Вход · Личные сообщения() · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS Наша группа в ВК!
Модератор форума: dinalt, Gita_Ogg  
Форум » Школа писателей » Уголок Мастеров » Клуб любителей исторической прозы (история моих предков)
Клуб любителей исторической прозы
sadco004Дата: Понедельник, день тяжелый(((, 29.03.2021, 07:22 | Сообщение # 196

Великий мастер
Сообщений: 760
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
- Рискни, - усмехнулся Кондрат. – Тебе Корсакодну руку оторвёт, а второй будешь пол мыть в этой тошниловке. - Корсак, Корсак, - Мустафа выругался. –Спекулянтов крышует, а нормальному человеку жить не на что.- А ты, Али, на завод иди, к станочку, - Дымоходпохлопал приятеля по плечу.- Только и осталось…За окнами стемнело. Посетителей набилось полныйзал. Запах сивухи, табачного дыма, бесконечный гул разговоров. За стойкой
появилась барменша, в зале – две официантки.Дымоход вытащил из кармана колоду карт.- Эй, Адам! – крикнул он и помахал рукой. –Сыграем на выпивку?- Я занят, - ответил хозяин заведения, нооставил свои дела и придвинулся ближе, готовый поддаться уговорам. Судя по тому, как засверкали его глаза изатряслись беспокойные руки, жадность и расчётливость были не единственными пороками
тощего еврея. - Ерунда. По кружечке на брата и литровку белойприцепом. А я тебе, Адам, свой перстень попытаюсь проиграть. - Подделку свою выкинь, Яша.- Я за базар отвечаю, а вот ты нарываешься -честного человека оскорбить норовишь. Садись, Адам, садись. Если ты со своей
Соней в раздоре, то тебе сегодня должно повезти.- Шулер ты, Яша, не игрок. Так не может быть,чтоб всегда в одни ворота.- Ну, конечно, же. Был, есть и буду таковым, но,как говорится: не пойман – не вор. Вот когда за руку схватишь – перстень твой,
а меня хоть на базар к «положенцу». Садись, в горле пересохло.Бармен скривился, но не мог более противитьсяискушению. Игра началась и быстро закончилась.- Иди, иди, Адам, а то, не ровен час, Сонязаявится.Хозяин заведения с мрачным видом вернулся застойку, а на столе приятелей появились пиво, водка и закуска. Они налили в
стаканы, чокнулись, выпили, запили пивом.- Разминай извилины, Адам, через часик повторим!- крикнул Дымоход. - Я кому-то сейчас повторю! – за стойкойпоявилась тучная женщина. Она столь решительно несла свои необъятныетелеса, что Адам испуганно юркнул в зал и вернулся к стойке с пустыми кружками
в руках.- Сонечка, какие карты? – Адам недоумённопожимал плечами. – Я просто угостил друзей. - Каких друзей? Эту шпану безработную? – хозяйказаведения кивнула в зал. - Ну, блин! – Мустафа повертел бритой головой нашироких плечах. – Онаглел народ. Совсем страх потеряли.- Ну-ну, - Дымоход пошлёпал его по сжатомукулаку и к женщине. – Здравствуй, Софочка! И всё-та она в делах, и вся-то она в
заботах. Когда отдыхать будешь, хозяюшка? Повезло тебе, Адам - должна была
появиться на свет твоя жена, чтобы ты стал тем, кем ты стал. Скажи, Софочка,
который час?Женщина взглянула на него и презрительноскривила губы, кивнув на круглый циферблат за спиной:- И сам не слепой, смотри!- А я и не знал, спасибо за совет. - Ну, успокойся, успокойся, моя любимая гадюка,- Адам, видимо, знал, как успокоить свою жену. Он прилип губами к её уху, и она
закивала головой, подобрев взглядом.Тут Чинарик, которого совсем развезло, влез не кместу, буркнув Мустафе:- Так базаришь, косорылый, будто тебя кто-то ираньше боялся.
 
sadco004Дата: Четверг, 01.04.2021, 02:21 | Сообщение # 197

Великий мастер
Сообщений: 760
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
- Что? – Мустафа не замедлил с ответом, и от егозатрещины Чинарик ткнулся носом в тарелку с селёдочными останками, приправленными
окурками. Он так и подскочил - с рыбьей костью во лбу и сприлипшим к подбородку окурком, вооружившись пустой бутылкой, бросился на
верзилу. Но тот, даже не оторвав седалища от стула, завернул нападавшему руку,
обезоружил и принялся душить, примостив буйную голову у себя на коленях.
Чинарик хрипел и брыкался тощим телом, выпучив глаза. - Совсем обалдели, - сказал Дымоход, устраиваясьпоудобнее, наблюдая за дерущимися.Наверное, Чинарик отдал бы концы в лапахрассвирепевшего татарина, но провидение в облике незнакомого спортивного парня
вмешалось в потасовку и спасла ему жизнь.- Ну-ка, отпустил его.- Что? – Мустафа от изумления разжал пальцы, иЧинарик свалился на пол, завертелся ужом, закашлялся, вцепившись в своё горло.
– Что ты сказал?- Кто ты, дружок? – спросил Дымоход.- Я – Гарик, - парень сел на стул Чинарика икивнул на него, уже стоящего на коленях и блеющего через рот и ноздри. – Кент
вот этого бедолаги. Мы с ним в одном почтовом ящике парились. - Значит, откинулся? С освобожденьицем! За этоследовало бы выпить, - Дымоход пошарил взглядом по столу. – Может, угостишь?Гарик достал пухлый бумажник, раскрыл.- Кто бы мог подумать - парень с зоны и прибабках. Эй, Адам! – Дымоход помахал рукой. – Убери здесь всё да накрой по новой
- мы платим. Мустафа ногой придвинул свободный стул отсоседнего столика, поднял за шиворот и усадил полуживого Чинарика:- Садись, брюнет крашеный, и кента своегоблагодари. Слышь, брат, продаю эту тварь за пару масеньких.- Идёт, - Гарик кивнул головой и подошедшемуАдаму. – Литр белой, на всех пива и закуски.- Ха! – Дымоход оживился, хлопнул в ладоши ипотёр их. – Заседание продолжается.Безучастным оставался лишь Кондрат, однако,принимая поднесённое пиво, буркнул:- Дикий Запад.Разлили водку, чокнулись, выпили. Немногооживший Чинарик заявил, глядя на своего спасителя:- Я тебя не знаю.- Не важно, - усмехнулся Гарик. – В Калачовкепарился?- Ну.- А я вчера оттуда, привет тебе привёз, от Бобапокойного.Чинарик поёжился и беспокойно заёрзал на стуле.- От Боба, не от Боба…, - рассуждал Дымоход. –Мир как тесен - всегда найдётся хороший человек, готовый угостить правильных
пацанов. - Ну, вот и хорошо, - Гарик поднялся. - Вы тутугощайтесь, а нам пора. Пойдём?Испуганный взгляд Чинарика забегал по лицам, дажеотыскал Адама за стойкой, а одурманенный мозг лихорадочно работал, соображая,
что безопасней - уйти с незнакомцем или остаться с друзьями, вдруг ставшими
такими не дружелюбными. - Иди, иди, - сказал Мустафа. – Братан тебя честновыкупил, а то б головёшку я тебе завернул. Дымоход развёл руками с видом – «а чтоподелаешь?». Кондрат буркнул, мотнув головой:- Дикий Запад.
 
sadco004Дата: Воскресенье, 04.04.2021, 03:41 | Сообщение # 198

Великий мастер
Сообщений: 760
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Адам, всё слышавший, энергично тёр стакан застойкой и на Чинарика даже не взглянул.Чинарик поднялся и поплёлся вслед за незнакомцем.Лишь только за ними закрылась дверь, поредевшаякомпания мигом подхватилась с места и устремилась вслед. Адам, проводив их
взглядом, покачал головой.Минут десять спустя, если б кто-нибудь заглянулв скверик напротив Адамова заведения, то увидел такую картину. Двое лежали в
траве, а трое стояли кучкой и торопливо делили деньги из чужого бумажника. - Ты поровну дели, - шипел Кондрат.- Нет, Миша, по-честному, - Дымоход держал вруках бумажник, извлекал купюры и рассовывал в протянутые ладони, не забывая
свой карман. – Твоё участие какое? Свидетель ты, лишний… Лучше тебя совсем
убрать.- Припомню я тебе эти слова, - злился Кондрат,но протянутую ладонь не убирал, а быстро и ловко схватывал с неё банкноты
другой рукой. – Впрочем, парень если настучит, сам прибежишь…Делёж закончился. Дымоход взглянул нанеподвижного Гарика:- Слышь, Сашок, добить бы надо - к чему лишниепроблемы.- Сам мочи, - огрызнулся верзила.- Корсак не простит мочилова, - буркнул Кондрати пошёл прочь, остановился, оглянулся. – Весь город на уши поставит, а найдёт
весельчаков. - Ладно, - махнул рукой Дымоход, - пошли отсюда.Кильку эту прихвати.Мустафа легко перекинул через плечо недвижимоетело Чинарика, и троица удалилась.Адам, провожая последних посетителей, не сталзакрывать дверь, а распахнул её, чтобы проветрить помещение. Подождав, пока
звук шагов растворится в темноте, осторожный еврей окинул взглядом улицу и
просеменил в сквер. Вернулся он с Гариком, опиравшимся на его плечо,уже пришедшим в себя, но всё ещё слабым, чтобы двигаться самостоятельно.- Соня, ласточка моя, - крикнул Адам, усадивГарика на стул, – помоги - человека надо перевязать.Короткие волосы Гарика поблёскивали от крови, иеё потёки алели на щеке и шее. - Надо бы в травмпункт, - Соня осторожнымидвижениями смыла кровь и перебинтовала парня. – С головой шутки плохи.- Врачи в ментовку позвонят, - сказал Адам изаглянул парню в лицо. – А нам с органами альянс заказан?- Чёрт! – выругался Гарик. – Как же яподставился!- Такой народ – сторонится надо, - сказала Соняи поставила перед парнем рюмку водки. – Выпей - обезболивающее. Гарик даже не взглянул на водку, думая о своём,и тем понравился Адаму. Он присел рядом и возразил жене:- Не сторонится, а наказывать, чтоб неповаднобыло. - Щас! – возмутилась Соня. – Хватайте ружья ибегите догонять. И ты туда же, Илья Муромец.Адам махнул рукой, поморщившись, с видом – наглупости не отвечаю, и Гарику:- Тебе к «положенцу» надо, к «смотрящему» загородом - он и деньги вернёт, и бригаду эту, «восьмую», накажет. Тебя ведь
из-за денег?Гарик похлопал себя по карману, из которогопрежде доставал портмоне, а теперь пустому, и кивнул головой. - Я тебе телефончик дам, - суетился  еврей. – Николай Аркадьевич беспредел неодобряет. Он ушёл, вернулся с бумажкой, которую сунулГарику в нагрудный карман:- Будь осторожен в словах, говори только по делу ибез эмоций - там пустословия не любят. За меня не бойся: спросят, откуда
телефон – так и скажи: Адам из «Радуги» дал.
 
sadco004Дата: Среда, 07.04.2021, 04:02 | Сообщение # 199

Великий мастер
Сообщений: 760
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Гарик молчал и думал о своём, но постепенно донего стало доходить - еврей дело говорит. Уезжать из города, не окончив дело с
Чинариком, ему не хотелось, а жить без денег не умел. Адам, будто читая его мысли, положил на столпятисотенную купюру:- Разбогатеешь – вернёшь. Есть где ночевать?Гарик одним кивком ответил на оба вопроса,забрал деньги и ушёл в ночь через распахнутую дверь, пожав Адаму руку. 10 Все дороги в ночном городе ведут на вокзал – этоГарик знал по опыту прожитых лет. Но сколько он не бродил по незнакомым улицам,
ничто не выдавало его близости. Все звуки шли из-за высоких заборов заводов.
Поблукав между ними, Гарик вернулся в спальный район, где были сплошь
двухэтажки и скверы со скамейками. На одной из них он и примостился. Среди ночи на соседней улице зверем в джунгляхвзвыла сирена. Вой перешёл в животный стон и стих, удаляясь. Менты поганые, подумал Гарик и поёжился то ли отхолода, то ли от прихлынувшей ненависти.Утро пришло и выманило людей на улицу. Когдасхлынул поток, спешащих на работу, Гарик нашёл какую-то забегаловку.
Позавтракал, побродил ещё немного и, наконец, решил - пора. Найдя
телефон-автомат, опустил монету и набрал предложенный Адамом номер. После двух гудков раздался мужской голос:- Алё.- Мне нужен Николай Аркадьевич.- Вы кто?- Я приезжий. Дело в том, что меня вчераограбили в вашем городе, и я остался без гроша в кармане. Прошу защиты и
справедливости.- Ваше имя?- Гарик.- Откуда знаете наш телефон?- Мне дал его Адам из «Радуги», там меня вчера ибомбанули.- Вы где?- А чёрт его знает - я второй день в вашемгороде. - Почитайте вывески.- Ага. Ну, вон вижу: «Эдельвейс», « Сильвер»,игровой клуб…- Достаточно. Стойте там. Как вас узнать?- У меня башка в бинтах.- Понятно. Ждите.Гарик правильно решил, что за ним подъедут намашине. Он подошёл к обочине, и через пятнадцать минут перед ним тормознула
серебристая иномарка. Опустилось тонированное стекло. Сняв тёмные очки, мужчина
лет тридцати пяти с минуту очень внимательно разглядывал Гарика. Надев очки,
спросил:- Гарик?Тот шагнул вперёд и кивнул головой.- Садись. Машина легко развернулась на узкой улице ипомчалась в ту сторону, откуда появилась.
 
sadco004Дата: Суббота, 10.04.2021, 02:39 | Сообщение # 200

Великий мастер
Сообщений: 760
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Одна из квартир многоэтажного жилого дома имеласобственный вход с вывеской у стеклянной двери в стиле «Евро», гласившей:
«Общественная приёмная депутата областного собрания». За дверью – кабинет в том
же стиле, с креслами вдоль трёх стен, а у одной длинный стол со стульями. Во
главе его сидел мужчина в зелёной спортивной футболке и с красиво уложенными
волнистыми волосами пепельного цвета. За его спиной – Российский флаг величаво
оформлял стену, а над ним герб с орлами. Другой мужчина спортивного сложения
сидел за столом, облокотясь на него рельефными руками. Внимательно рассматривая
Гарика, говорить не торопились. После продолжительной паузы кивком предложили
сесть.- Садись, - сказал провожатый, и сам плюхнулся вкресло, вытянув ноги.- Гарик, - представился Гарик.Присутствующие кивнули.- Рассказывай, - приказал мужчина в зелёноймайке.Гарик говорил, а сидевшие за столом слушали, неперебивая, изредка перекидываясь взглядами и короткими фразами. Гарик закончил.
- Всех знаешь, Валёк? – спросил пепельноволосыйпровожатого.Тот вскочил на ноги, кивнул.- Вези.Валёк обернулся у двери:- Адама?  - Дапока нет.Водитель серебристой иномарки уехал, аоставшиеся продолжали расспрашивать Гарика - кого из авторитетных он знает по
Калачовке, какое дело у него к Чинарику.На этом вопросе Гарик запнулся, а егособеседники переглянулись. Через полчаса на пороге выросли Мустафа сДымоходом, прошлись по кабинету, здороваясь за руку со всеми, в том числе и
Гариком, как ни в чём не бывало. - Твоих рук дело? – спросил сидевший под флагом.Дымоход плюхнулся в кресло и горестно покачалголовой.- Жить не на что, Макс. Брюхо подвело – на людейкидаюсь. Замолви словечко, братан - я же свой, буржуинский. - Крыса ты Дымоход, и за крысятничество наказан.Мужиковать будешь столько, сколько Николай Аркадьевич сказал, потом посмотрим.
Деньги где?- Да мы что, мы ни что, - засуетился Дымоход,поднялся к столу и стал выкладывать на него смятые купюры из карманов. Рядом
встал и Мустафа, длинные руки которого заметно тряслись.- Все?Друзья-грабители кивнули положительно, Гарикотрицательно.- А сколько было?- Десять штук – стандартный Калачовскийдембельский набор, - сказал Гарик.- Где остальные?- У Кондрата, - сказал Дымоход.Макс кивнул приятелю за столом, и тот добавилнесколько американских купюр из своего портмоне. - Чинарик где?- Да, поди, в Челябу укатил - химик он.- Здесь где ошивается?- У шмары одной.- Знаешь адрес?- Али знает, - Дымоход кивнул на Мустафу.Макс кивком отправил за Чинариком Валька сМустафой.- Наказать тебя придётся, Яша. - Наказывай, - уныло махнул рукой Дымоход. –Сколько я просил у Аркадича хоть деревеньку на прокорм - я бы там навёл
порядок. - Это верно - взять-то с тебя нечего. Ну,Николай Аркадьевич что-нибудь придумает. Ты этого бабая, зачем за собой
таскаешь?- Сам вяжется.- А я подумал, Дымоход свою тему затевает.
 
sadco004Дата: Вторник, 13.04.2021, 01:52 | Сообщение # 201

Великий мастер
Сообщений: 760
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
- Какая тема, Макс? Весь город на Аркадьичамолится: у пацана жвачку не отымешь – у всех свои права вдруг появились. - Плохо разве? Демократы Россию развалили-продали- мы порядок навели.- Я что, я разве против порядка?  Да только кушать шибко хочется.- Был ты, Яша, при делах – сорвался: зачем же усвоих красть. - Так ведь не доказано.- А-а, брось, - махнул рукой Макс. – Будь рад,не удавили - Аркадич крови не любит. И к Гарику:- Так что у тебя за тема к Чинарику?Гарик опять смутился:- Да так, тюремный должок.- Расскажи - у тебя сегодня день удач ипокаяний…Под колючим взглядом Макса Гарик почувствовалсебя неуютно. Вернулись Валёк с Мустафой, а между ними Чинарик– взъерошенный, запуганный, будто воробей после птичьей драки. Вошедшие сели,
Чинарик стоял.- Прогуливаешь? – строго сказал Макс. –Неделя-то рабочая.- У меня вертухай на привязи. - С трудом верится, - Макс с презрением осмотрелего жалкую фигуру. – Что Гарику задолжал?- А? Этому? – Чинарик оглянулся на Гарика. –Ничего. Ему ничего. Был разговор с другим кентом, а этот прицепился, сел на
хвост.- О чём разговор?Чинарик глубоко вздохнул, выдохнул и началрассказывать:- Задумали мы на зоне дельце одно. Мамка у меняв деревенскую контору  в любое времявхожа.  Рассказывала: там, в сейфе иногдатакие суммы ночуют – на всю жисть хватит. Главное, мамка у меня с понятиями - и
подскажет, и поможет, если в долю взять. - Красть не хорошо, - сказал Макс укоризненно иповернулся в кресле к Гарику.Чинарик замолчал удивлённый, а хмурый Гарикотвернулся.- Как, говоришь, деревня твоя обзывается? - Рождественка.- Я к Аркадичу, - негромко сказал Макс своемуприятелю, всё время молча сидевшему за столом, и остальным. – Поскучайте часок.Вышли вместе с Вальком. 11 Всякий раз, когда Колька Чирков, известный вопределённых кругах под кличкой Чинарик, появлялся дома, мать начинала его
ругать:- Дурак ты, дурак: воруй да не попадайся, зазряне сиди - ума в тюрьме набирайся.Чинарик не пререкался. Катерина Петровна была человеком очень сложным итрудным. Испытания, выпавшие на её долю в детстве и юности, незарубцевавшиеся
раны ревности  в недолгом замужествеизломали её характер, сделали раздражительной, нетерпимой, капризной и даже
жестокой.Она была вся соткана из противоречий, вела нескончаемые войны с
соседями, с начальством, и по неуживчивости характера одна только работа и была
ей доступна – поломойки: не с кем было конфликтовать. Колька жалел свою мать, но больше одного дня вгостях у неё не выдерживал - мать на радостях немедленно напивалась, и все
«достоинства» её характера выпирали острыми углами. Схватиться за кухонный нож,
кочергу или полено на любое возражение для неё было плёвым делом. В таком
состоянии Чинарик боялся свою мать вполне обоснованно. В этотраз, появившись на пороге отчего дома, Колька решил взять «быка за рога», не
дожидаясь, когда мать возьмётся за крышку фляги с брагой.
 
sadco004Дата: Пятница, 16.04.2021, 02:32 | Сообщение # 202

Великий мастер
Сообщений: 760
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Катерина Петровна сунула пятерню в рот иопустилась на лавку, удивлённо глядя на сына:- Так что ж ты, Коленька, родную мать в тюрьмуупечь хочешь? На дом что ль позарился?- Дура старая! Кому нужна твоя развалюха? Я делопредлагаю - срубим бабки и в город переберёмся, чего тут хвосты коровам
крутить. - Так ить поймают – посадят. - Никто тебя не поймает - ты вообще не при делахбудешь. Брякнешь, когда надо, по этому телефону - подъедут люди специально
обученные. А ты тем временем в конторе всю работу не проворь, скажи - позже
вернусь. Постучишься ночью, сторож дверь откроет, а тут они, а дальше - дело
техники. - Убьют сердешного? - Да зачем же убивать? Прыснут в лицо, он вбеспамятстве проспит до утра.- А проснётся, меня и вложит.- Тогда убьют.- Да как же можно, родимый? Живого-то человека….- Мать, хватит причитать. Ты подумай, какая нашадоля будет. Это такие бабки! На всю оставшуюся жизнь….Катерина, забыв про сына на пороге, задумалась -жуткое дело, но не сама ли она про то Кольке говаривала, и не раз. - Только разик, мам, только разик, - уговаривалЧинарик, – как поют бурлаки. А потом мы с тобой всю жисть сыты и пьяны.- Люди-то надёжные?- А то…- Увидеть бы: тебе-то я не шибко верю – дуракови в церкви бьют.- Увидишь, мам, увидишь в деле - зачем лишнийраз рисоваться.- А ну, как меня убьют? Нынче из-за денег такоетворят.- Да нет же, говорю. Теперь кровь только дуракипроливают, их ловят и сажают. Да и сами деловые их не жалуют - не в понятиях
это. - А сторожа?- Расходный материал. Тут, как говорится, необойтись…. Или его тоже в долю брать?- Нет, что ты. - Ну, вот и договорились. Позвонишь, мам, когдаденьги в контору завезут?- Ой, страшно мне, сынок.- А жить вот так: в грязи, в нужде – не страшно?Действительно, что хорошего в её жизни? Мужизменял ей налево и направо, перессорил со всеми товарками. Сын в тюрьму
угодил, школу не закончив. А потом - ходка за ходкой… Матери позор и унижения
по всему селу. Вырваться бы отсюда да зажить по-человечески где-нибудь в другом
краю.- Вот знала б, что ты такой у меня уродишься,тюремщиком станешь, мать будешь позорить, так во младеченстве за ноги
разболтала да об стенку так и тарарахнула насмерть.  12 Среди ночи в окно легонько постучали. Вот оно,началось! Непослушными ногами Катерина Чиркова прошлёпала к выходу.- Кто там?- От сына вам привет, Катерина Петровна.Через приоткрытую калитку во двор вошёл Гарик:- Всё в порядке? Вы одна? Готовы? Пойдём.Тёмными улицами спящего села прошли к конторе. Гарик затаился, прижавшись к стене, толкнулКатерину в локоть - давай.
 
sadco004Дата: Понедельник, день тяжелый(((, 19.04.2021, 02:44 | Сообщение # 203

Великий мастер
Сообщений: 760
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Руки ходуном ходили, по лбу из-под косынкипобежала струйка пота. Она затарабанила в дверь:- Митрич, открой! Спишь, пень трухлявый.Не сразу за дверью раздался скрипучий глас:- Ты что ль, Катерина? Чё так поздно припёрлась?- А лучше рано?- Ты сказала, до свету вернёшься, а ещё ночь непреломилась. А вот не открою - иди домой.- Я тебе не открою! Я тебе так не открою, пеньтрухлявый. Все рёбрышки твои гнилые пересчитаю.Она штурмом бросилась на дверь, а та взяла да иоткрылась. На пороге старичок с весьма добродушной, густо поросшей щетиной
физиономией.- Заходи, коль не боишься. А то возьму и сотворюнад тобой мужскую потребу.- И-ии, творильщик, - Катерина ткнула пятернёйему в пах. - Есть хоть чем?Старичок охнул и согнулся.- Ты, блин, баба…!И тут он увидел Гарика.- Это ктой-то с тобой? Стой! Сюда нельзя.Гарик ловко прыснул ему в лицо аэрозоль избаллончика, и старик, закинув руки за спину, будто через голову кувыркнулся,
затих.- Подожди закрывать, - Гарик шмыгнул за дверь.Через несколько минут перед конторойпритормозила машина, а потом звук её мотора растворился вдали. В дверь протиснулись
двое.- Показывай мать, - взял на себя руководствооперацией Дымоход.Замок на двери кассы Гарик открыл без труда, ссейфом произошла заминка. Несколько минут он скрежетал отмычками, а потом начал
тихо материться.- Пили, маэстро, - Дымоход протянул ему ножовку.Какие красивые и лихие парни, думала Катерина,томясь нетерпением, и живут они красиво. Она чуть не всплакнула,
расчувствовавшись, над своей судьбой. Но Бог даст, нынче это кончится – будет и
на её улице праздник. Спустилась вниз, склонилась над поверженнымсторожем. Прислушалась - дышит, нет?Что ж они его не убили? Проспится и каюкКатерине Чирковой - менты заметут, в кутузку упрячут. Что ж мне с ними что ль
бежать? А возьмут ли?Потопала наверх.Гарик пилил дужку замка – методичный скребущийзвук, заполняя комнату, в щель под дверью протекал в коридор. Жалобно
звенькнуло полотно, ломаясь.- Чёрт! – выругался Гарик. – Металл тяжёлый.- Руки кривые, - не согласился Дымоход,протягивая новое полотно. – Держи.- Послушай, Яша, Казахстан рукой подать, зарулём Мустафа, берём бабки – и ищи ветра в поле.- Корсак найдёт, - усмехнулся Дымоход. – Да и небабки мне сейчас важны - хочу в Движение вернуться.- Продашь?- Пили. Забыли.Вошла Катерина.- Слушайте, вы сторожа думаете кончать?- А зачем? - откликнулся Дымоход.- Как зачем? Очнётся - меня вложит. Ну, а я вас.Дымоход направил ей в лицо луч фонаря.- А ты нас знаешь? Так может лучше тебя положить- здесь след и оборвётся.- Вот вы какие, - Катерина попятилась к двери. -Сейчас побегу, заору, всё село подниму.
 
sadco004Дата: Четверг, 22.04.2021, 18:57 | Сообщение # 204

Великий мастер
Сообщений: 760
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
- С тебя, тётка станется, - Дымоход повернул лучфонаря к сейфу. - Пошутил я. Никто тебя не тронет. Шеф наш не любит крови, и за
сторожа не пожалует. Так что ты сама. Неужто с беспамятным не совладаешь?Сволочи, думала Катерина, спускаясь вниз - какиеже все сволочи. Только на себя и можно рассчитывать.Склонилась над сторожем. Митрич, родненький, ты ж сердешный инфарктперенёс. Так возьми и окочурься - что тебе стоит.  Не заставляй грех на душу брать.Тем не менее взяла, не доверяя просьбам разума -накрыла рот поверженному ладонью и двумя пальцами ноздри прищемила. Держала
долго, пока рука не занемела. Работа продвигалась медленно - ломались полотна,матерился Гарик. Лишь Дымоход невозмутимо подсвечивал ему фонарём.Катерина дважды спускалась на первый этаж,припадала ухом к дряблой стариковской груди. Душила сторожа за горло. Потом
открыла пожарный щит.Поднялась наверх:- Что ж долго так, «спецы» - рассвет скоро.- Сейчас, сейчас, - сказал Гарик, отложил пилкуи сломал замок руками.Дверь сейфа распахнулась. Луч фонаря осветил двеполки набитые деньгами- Это мы хорошо зашли, - присвистнул Дымоход. –Иди сюда, тётка. При тебе считаем и смываемся.Вместе с Гариком они опустошили сейф, разложилиденьги на столе, пересчитали и отложили несколько пачек на край, одну
распечатали.- Твоя доля, тётка – точно, как в аптеке.Телефончик верни и про всё забудь. А нам пора.Деньги сгребли в пропиленовый мешок, прикрылисейф, закрыли кассу на замок, спустились вниз.- Эк, она его.Луч фонаря высветил сторожа с красным топором вчерепе и лужу растёкшейся крови.- Для верности, - поддакнул Гарик. - Ну, иправильно. - Только вот что скажет Аркадич? - покачалголовой Дымоход. - Ты, тётка отпечатки-то затёрла?- Мать свою учи! - огрызнулась Катерина и, прижимаяпачки денег к грудям, засеменила домой 13 Сидя друг напротив друга за длинным столом, Максс Вальком играли в нарды, когда в «Общественную приёмную» вошёл Чинарик. - Прошу «добро».- Получено, - буркнул Макс, не оглядываясь.Чинарик прошёл к столу, предложил свою ладоньдля пожатий. Макс смерил его одним быстрым и цепким взглядом:- С чем пришёл? Работы ищешь?- Справедливости.- На «химии» прессуют?- Мать на бабки развели.- Кто?- Да ваши люди - кто ж ещё.- У нас за это карают строго.- Ну, а Дымоход – ему что ль в первый раз, илиГарик – личность тёмная.Макс достал сотовый телефон и перешёл в креслопод флагом. Окончив разговор, поднялся, кивнул Чинарику:- Доиграй за меня.
 
sadco004Дата: Воскресенье, 25.04.2021, 07:27 | Сообщение # 205

Великий мастер
Сообщений: 760
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
И Вальку:- Ключи. Я к шефу.В молодости Николай Аркадьевич Кузьмин вёлбеспокойную воровскую жизнь  и былизвестен под кличкой Колька Корсак. Прозвали его так за сходство со степной
лисицей, и такую же изощрённую хитрость. Не раз «парился у хозяина», а когда
остепенился, попал в Движение, которому стал служить верой и правдой. И не
прогадал. После свержения коммунистов, официальная властьслабела день ото дня, а страну прибирала к рукам организованная преступность.
По поручению Движения появился Колька Корсак в небольшом, но перспективном
южноуральском городке, где две банды вели нескончаемую борьбу за единоличное
влияние. Массовые драки, перестрелки, три-четыре трупа ежедневно приводили
жителей в ужас, а милицию в панику. Корсак встретился с лидерами банд, предъявилмандат Движения, потребовал прекратить междоусобицу, замириться и служить
единой организации. Макс согласился, а Большак нет. Большака убил приезжий
киллер. Его сторонники частью покорились, частью разбежались, особо строптивые
переселились на кладбище, по соседству со своим лидером. В город пришёл Порядок. Заводы работали иплатили Движению. Коммерсанты торговали и платили Движению. Прекратились не
только драки и убийства, воровство преследовалось и искоренялось твёрдой рукой
«Смотрящего». Девчонки потеряли стыд и страх – до утра гуляли уютными аллеями в
мини-юбочках, а насильников застращали раз и навсегда, отрезав одному из них
орудие преступления нестерильным ножом. Весь город знал, что настоящая и справедливаявласть – за стеклянной дверью «Общественной приёмной». Здесь лишали капиталов
недобросовестных бизнесменов, здесь решали, что и где строить, чему в городе
быть, а без чего можно обойтись.Николай Аркадьевич по праву гордился заслугами,считая бум деловой жизни и процветание города исключительно своей заслугой и
главным делом жизни. Выстроив за городом двухэтажный дом свеликолепной усадьбой, доступ в которую был позволен лишь ограниченному кругу
лиц, он большую часть времени проводил у телевизора, интересуясь российскими и
международными новостями, которые немедленно обсуждал по телефону с друзьями,
осевшими, как и он, по всей стране. Если бы не преклонный возраст, думал
Николай Аркадьевич, он мог бы стать Президентом и точно навёл бы должный
порядок в России-матушке. Жил он одиноко - воровской закон запрещал иметь семью,но детей любил. Иногда бывал в школах или детских садах, и всегда его визит
сопровождался внушительным денежным даром - городской общак соперничал с его
бюджетом. Администрация города, от Главы до секретарши,страшились Николая Аркадьевича. Не раз он, депутат областного собрания, заявлял:- Мне рентген не нужен, я вас, плетей-бюрократов,насквозь вижу.И казалось, действительно видит. О егопроницательности в городе легенды слагали. Никто не решался врать ему в глаза –
маленькие, невыразительные, с мутными зрачками, но с цепким и безжалостным
взглядом, наводящим цепенящий ужас на собеседника. Верша в городе и прилегающих сельских районахсуд скорый и правый, Николай Аркадьевич, напрочь исключил смертную казнь для
виновных. Пытки, мордобой применялись крайне редко. Обычная мера – денежный
штраф, если провинившийся мог платить, работая. В отсутствии таких перспектив,
преступившего закон, обирали до нитки и отправляли на зону перевоспитываться,
повешав на него всё, что было у ментов нераскрытого к тому времени. Как правило, Корсак обращал внимание ивмешивался лишь в дела людей состоятельных, известных в округе. За то снискал
симпатии простого населения. «Наш Виссарионыч» - говорили о нём в народе.Кивнув Максу, что информация получена и понята,Николай Аркадьевич задумался.
 
sadco004Дата: Среда, 28.04.2021, 07:44 | Сообщение # 206

Великий мастер
Сообщений: 760
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Касса эта проклятая в селе Рождественка вот уженесколько дней отравляла его душевный покой. Верно ли он поступил, что дал
добро на операцию? Хотел наказать «Ариант», скупивший там все земли. Ох, уж этот «Ариант»! Синдикат самонадеянныхвыскочек, не признающих Движение, как спрут, буквально за несколько лет
щупальцами своими опутал всю область, протянул их далеко за её пределы. Они
умели делать то, что не мог Колька Корсак – создавать и развивать новые
предприятия. Ариантовцы скупали разорившиеся заводы и вдыхали в них новую
жизнь. У них были люди, которых не было в Движении. Они умели рассчитывать и
предвидеть, они могли работать и производить, брать кредиты и давать в долг,
привозить оборудование из-за кордона и продавать там свои товары. И главное,
они умели защищаться - подобраться к ним обычным нахрапом не было возможности. Николай Аркадьевич не пустил их в город,выпотрошил бюджет и общак, отстаивая молокозавод, на который позарился
«Ариант», и с которым не знал, что теперь делать.Чёрт! Нет деловых людей, нет грамотных, думающихинженеров, предпринимателей - одни «гориллы» кругом. Разве с такими далеко
упрыгаешь? Он покосился на Макса и тяжко вздохнул:- Привези-ка мне эту тётку.Николай Аркадьевич Катерине Чирковой понравился.Был он стар, лыс, мудр. Говорил понятно.- В нашей жизни не так уж много тепла было. Даразве  женщина – нас война родила.За этими словами сразу же зримо вставал живойобраз целого поколения твёрдых, как камень, надёжных и честных людей. В отличие
от слезливых стариков, этот считал себя счастливчиком. Прошёл тюрьмы – не
помер. Перемог войну – не погиб. Не изувечен, не ранен даже. С пятью классами,
как говорится, в люди выбился. Вон и кабинет у него какой, и молодцы
услужливые. А Колька страх как его боится. - Мне всегда всё удаётся, - говорил НиколайАркадьевич, угощая Катерину чаем, и женщина чувствовала - в этих словах нет
хвастовства, не зря говорит. В этом невзрачном старике чувствовались и ум, и
воля, и несгибаемость характера.- Не страшно было первый раз-то за топорвзяться?Катерина отмахнулась:- Аборты делала - слеза не задавила, а тутчужой, ни на что не годный старикашка.- Интересное сравнение, - усмехнулся НиколайАркадьевич, ткнул свою чашку с чаем в катеринину. - Ну, с почином….Потом ещё говорили.- Не могу судить о человеке, не посмотрев ему вглаза. Тебе верю, и потому ты не пострадаешь, - Корсак кивнул Максу, и на столе
перед Чирковой в штабель сложились пачки денег. – На моих хлопцах греха тоже
нет. Значит, был ещё кто-то, кто мог знать или видеть. Кто?Вид запечатанных в банке купюр заполонилвосторгом Катеринину душу.- А? Что? Кто-то был? Да, наверное, соседЛукашка, зловредный старик, и покрал. Больше некому.- Сосед?- Пенсионер. Вечно за всеми подглядывает, всёчто-то вынюхивает. Партию их разогнали, а партийцев-то на свободе оставили, а
зря - пересадить-то их не мешало бы.- Сосед, - раздумчиво повторил НиколайАркадьевич.- Доставить? – встрепенулся Макс.Корсак покачал указательным пальцем:- Давай, Стасик, прокатимся, проветримся, гостьюнашу к дому доставим.
 
sadco004Дата: Суббота, 01.05.2021, 08:53 | Сообщение # 207

Великий мастер
Сообщений: 760
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
14 Чёрный Мерседес мягко затормозил у облезлых,покосившихся ворот. Катерина выпорхнула, прижимая к груди целлофановый свёрток.- Зайдёте?- Конечно, ставь самовар, - Николай Аркадьевич,потоптался на месте, разминая затёкшие ноги, вздохнул полной грудью. – Хорошо в
деревне летом!- Вот он, тут живёт, - Чиркова ткнула пальцем всоседние, нарядные, с петухами на коньке ворота.- Покурите, - приказал Корсак Максу и охраннику.Его палец не успел коснуться кнопки звонка –калитка распахнулась. Опрятная старушка с авоськой в руках слюбопытством взглянула на него:- Вы к кому?- Хозяин дома? Я – депутат областного собрания,- Николай Аркадьевич предъявил удостоверение.- Да, да, - старушка охотно закивала головой. –Проходите. Собака в клетушке. Я в магазин.Корсак прошёл опрятным двором, поднялся навысокое крыльцо, толкнул дверь. Остановился на пороге комнаты, застеленной
половиками. Навстречу из глубины дома вышел высокий седойстарик его возраста. Приветливая улыбка озарила мужественное лицо:- Проходите, проходите, не разуваясь - на улицегрязи нет, а дорожки всё равно не сегодня-завтра стирать. Николай Аркадьевич прошёл к столу, представилсядепутатом и сел на стул, с любопытством оглядывая убранство кухни. - Не поздно в политики-то? – поинтересовался ЛукаФатеич. – С какого вы года?- Тяжковато, конечно, на закате жизни, -согласился гость. – Но когда-то надо исправлять ошибки - дров-то наломали не
мало.- А сейчас не ломаем, значит?- Есть, конечно, но всё же не тридцать седьмойгод. Запугал этот год русского человека на два поколения вперёд. Схватят тебя
ни за что ни про что и в прах изведут, даже не узнать – куда сослан. Только так
и делали, чтобы от человека следа не осталось, будто его никогда и не было на
белом свете. Коли жена у тебя была – её в одну сторону, детишек в другую.
Раскидают семью по разным углам. Сколько же детей от голода мутноглазых бродило
по сибирским околицам. «Подайте Христа ради!», - пели они. А родители их в
гулагах загибались. Хоронить в тундре копотно – в мешок зашьют и в воду, топь
болотную ногами затопчут. Будто и не было человека. Но выживали. Русский народ,
слава Богу, в целом свете народ особенный, отличается умом, силою, догадкой.Лукьянов реплику бросил, накрывая стол приборамидля кофе:- Что ж теперь обнищали? На весь мир срамимся.- Дураки потому что в правителях - за водой кречке через ручей ходят.- Сами говорили, товарищ депутат - шибко умныхнадолго садят.Николай Аркадьевич смерил хозяина долгимизучающим взглядом:- Я своё отсидел – закончил все университеты. Теперьэта вся садильня вот здесь, под рукой у меня. Любого раздавлю, только сок
брызнет.Лукьянов тоже ещё раз внимательно оглядел гостя:- А я так думал - депутаты всё больше языком. - Давно уж я не вру – нет нужды. Сказывалабабушка - лжа что ржа. Ошибки, признаюсь, бывают. Так на то и человек живой,
чтоб проявлять живой интерес.- Ваш интерес какой? - Лука почувствовалтревожные симптомы и начал напрягаться.- Всяк человек кормится, как может – за всеми неуглядишь. Наш депутатский долг присматривать, чтоб на столе человечиной не
пахло. Ведь нам, русским людям хлеба не надо - друг друга жрём и тем сыты
бываем. А ведь Христос учит - нельзя жить чужим горем. И воровать тоже с
оглядкой надо - где взять, у кого взять. Лука Фатеич побледнел лицом:
 
sadco004Дата: Вторник, 04.05.2021, 07:25 | Сообщение # 208

Великий мастер
Сообщений: 760
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
- К чему вы эти разговоры?- А ведь ты не признал меня, мамлей. – НиколайАркадьевич усмехнулся одними губами. – Мудадзян сорок пятого помнишь? Ну же!
Божка ты у меня тогда отнял золотого. Стало быть, должок за тобой.- Колька? Корсак!- Признал, стало быть. Это хорошо. И должок,конечно, помнишь. Или думал, похоронил Кольку-штрафника навеки? Вот я тебе
сейчас предъяву сделаю и не одну. Ты деньги из скворечни умыкнул? Вижу, что ты.
Сядь и не дёргайся. За воротами люди мои - хулиганить не позволят.- Счёт, стало быть, приехал предъявить, -усмехнулся Лука Фатеич и сел, оставив свои хлопоты гостеприимного хозяина.- Стало быть, - подтвердил Корсак. – Ведьсколько верёвочке не виться, а … ответ держать придётся. - Отвечу, - пожал плечами Лукьянов.Николай Аркадьевич погрозил ему пальцем:- Ты на льготы свои ветеранские не рассчитывай.Дом продашь, книжки свои сберегательные выпотрошишь, бабку детишкам сплавишь, а
сам – на нары. Таков мой вердикт, мамлей. Ты не бойся, на зоне не страшно –
везде можно жить, где люди есть. - Что, и суду можешь приказать?- Весь твой суд – здесь, - Корсак сжал костлявыйкулак и сунул Луке Фатеичу под нос. Лукьянов упёр руку локтём в стол, сжал ладонь вувесистый кулак и сунул его Корсаку под нос:- Лямки на штанах не порвутся?- Поговорили, мамлей, - Корсак поднялся из-застола и попятился к выходу. – Я думал, встретил старого боевого товарища -
попьём чайку-кофейку, вспомним бывальщину. А ты, оказывается, был гнидой и
остаёшься. Я таких ногтём давлю. Лука тоже поднялся, сверля Кузьмина взглядом:- А не рано ты себя хозяином жизни возомнил? Ты,возможно, настоящих мужиков и не встречал ещё. - Сейчас один из них будет визжать, какпоросёнок под ножом, - сказал Корсак и захлопнул за собой дверь.- Посмотрим, - сказал Лука и вышел следом.За гостем хлопнула калитка, но Лукьянов не сталпреследовать. Он прошёл в уютную малуху и достал из тайника «Вальтер»,
завёрнутый в тряпицу – подарок капитана Коробова. Пока осматривал и заряжал пистолет, былсосредоточен, как исполняющий смертельный трюк акробат. Сосредоточен и спокоен.
Напрочь отсутствовали мысли и волнения о возможных последствиях задуманного. Он
был уверен, что поступает правильно, и только так должен поступать мужчина,
защищая свой дом и близких. В калитку ввалились двое, сильно торопились,мешая друг другу. Из малухи глухо стукнули выстрелы, дваждысверкнуло белым огнём. Бывший преступный лидер города, а ныне помощникдепутата областного собрания продемонстрировал, как надо умирать. Он тихонько
опустился на землю и сложился в комочек, как маленький замёрзший воробей в
конце ноября. Могучий охранник вздыбился жеребцом на аркане.Пуля угодила ему в горло, перебила артерию, и кровь фонтаном хлестала во все
стороны. Его, хрипящего, угасающие силы бросали по всему двору и наконец
оставили навсегда на ступеньках крыльца. Лука покинул убежище, не торопясь,  пересёк двор, покосившись на тела незваныхгостей. Стёкла в мерседесе были тонированы, но дверцы не заперты. Корсака в
салоне не оказалось. Лукьянов кинул взгляд в оба конца улицы и уверенно зашагал
на Катеринино подворье. Сокрушительный удар по голове настиг Луку сразуза порогом дома. Лукьянов упал на колени, выронив пистолет, а костлявые пальцы
Корсака стиснули ему горло. У Луки потемнело в глазах, всё же он сумел, падая,
подмять под себя тщедушного противника.Корсак хрипел и задыхался под его тяжестью. Онпонял, что не в силах продавить пальцами мускулистое горло и теперь тянулся к
нему зубами. У Луки кружилась голова, кровь, вытекающая из проломленного
черепа, заливала глаза, силы были на исходе. Он напрягался всем телом,
отстраняя горло от оскаленных зубов. Под кроватью вдруг увидел испуганную физиономиюхозяйки дома.- Помоги, Катерина, - прохрипел он.Корсак тоже её увидел и приказал:- Дай мне нож.А Катерина, цепенея от страха, плакала итихонько подвывала.
 
sadco004Дата: Пятница, 07.05.2021, 07:35 | Сообщение # 209

Великий мастер
Сообщений: 760
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Последние короли Увелки Нет героев от рожденья - они рождаются вбоях.(А. Твардовский) 1 Это случилось в последний день хмурого февраля.Низкое небо вдруг задымилось, понеслось куда-то с бешеной скоростью, повалил
снег, и на улицы нежданно-негаданно ворвался буран. Пешеходы быстро пересекали
улицы, скрывались в  магазинах иподъездах жилых домов, и вслед за ними в двери ломился ветер. Мело весь день. К вечеру ветер ещё задувал, нокак будто бы приустал и гонялся за прохожими уже без прежней ярости, хотя и
разогнал всех по домам. С наступлением темноты на улицах совсем обезлюдело. Я не страдаю ни манией подозрительности, ниизбытком робости, но уж очень необычно выглядела группа молодых людей на
автобусной остановке как раз перед моим двором. Что их держит тут в такую
дохлую погоду да ещё без выпивки? Насколько позволяет судить мой жизненный
опыт, такие компашки обычно делятся на две категории, исходя из того, как они
реагируют на случайных прохожих. Если они остановят меня, то это хулиганы, и
наоборот.- Эй, Толян, куда плетёшься?Я остановился.И всё-таки это были нарушители порядка. Нельзясказать, что их предложение ошарашило меня, но всё же потребовался минутный
тайм-аут для размышлений. - Ледовое побоище? Ладно, но при условии, что вытут же не драпанёте в разные стороны, бросив меня, хромоного.- Мы-то как раз побежим, но смотри сюда…Я заглянул в свой двор и обалдел - сотня, аможет и поболее парней, вооружённых кольями, цепями, дубинками и ещё черте чем,
томились в молчаливом ожидании, будто засадный полк Александра Невского. Знакомый, окликнувший меня, со всейоткровенностью обрисовал ситуацию, в эпицентр которой я попал. Вкратце это
звучало так. В последнее время южноуральские парни стали пошаливать у нас на
танцах, и местные ребята дружно собрались посчитать им рёбра. - Прямо чикагские будни, - подивился я. – Хоть ине хожу на танцы, но как патриот и мужчина, готов биться за правое дело –
укажите моё место. Впрочем, больше пользы от меня будет ни как от участника
сражения, а как от его очевидца - ведь кто-то ж должен описать нашу славную
победу над зарвавшимися горожанами. Со мной немедленно согласились.
 
sadco004Дата: Понедельник, день тяжелый(((, 10.05.2021, 07:41 | Сообщение # 210

Великий мастер
Сообщений: 760
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
После летней травмы на футбольном поле, ядействительно сильно хромал, зато меня охотно печатала местная газета. Неплохо
было бы нацепить на рукав белую повязку и брать интервью у противоборствующих
сторон прямо на месте сражения. Но, поразмыслив, решил, что, вряд ли молодёжь
знакома с международным этикетом ведения боевых действий, и, возможно, ни у
одной буйной головушки возникнет желание не интервью мне дать, а дубиной по
голове. Поэтому вместо белой повязки на рукав я выдернул ремень из тренчиков
брюк и намотал его на кулак. Конечно, это совсем не то, что было у меня во
флоте. В лучшем случае он мог бы отпугнуть не особо кровожадных противников, в
худшем – на нём можно повеситься. Время шло. Ноги мои замёрзли и настойчивопросились в тепло. Оптимизм улетучился. - Я, пожалуй, пойду, перекушу - дом-то вон он, -указал я на светящиеся окна.Мне никто не возражал. Чтобы мой уход не походил на бегство, решилповорчать.- Драться нехорошо. Толпой тем более. Раньше всеспоры решали поединщики - честно и благородно на виду у всех. И вообще, я знал
парней, которые втроём весь Южноуральск на уши ставили.- Ну-ка, ну-ка, расскажи…Меня завлекали от скуки, но озябшие ноги нерасполагали к красноречию.- Расскажу, но не здесь и не сейчас. Читайтепрессу, друзья, - прорекламировав районную газету, ушёл домой и за несколько
вечеров «накатал» эту повестушку. А побоище, кстати,  не состоялось. Южноуральские парни, получиввызов, ничуть не испугались. Они оккупировали два автобуса, и смело ринулись
усмирять Увелку. Только в пути эскорт перехватили стражи порядка и повернули
домой. 2 Тот солнечный первоапрельский день был чертовскищедр на сюрпризы. Сначала в конюшне трёхгодовалый жеребчик Буран укусил хозяина
за плечо. А едва Тимофей Гулиев вышел в огород, как его окликнули. Какая-то
молодая особа, закутанная в шаль, сидела на заборе. Тимофей замер удивлённый,
чувствуя, как подступает к сердцу необъяснимая тревога – ведь неспроста
оседлала его забор эта крашеная девица. Была она белокурой, но без той томной
бледности, которая присуща русским женщинам-блондинкам. Тимофей подошёл ближе, прислушиваясь иприглядываясь. Светло-синие глаза гостьи были слегка прищурены, уголки губ чуть
приподняты улыбкой.- Я – Маша Иванова, - сообщила она.- Хорошее имя, - согласился Тимофей. – Что тебенужно на моём заборе?- Разве Султанчик не сказал вам, что я приду?- Нет, - удивился Тимофей. Пустую болтовню он нелюбил, но шутку ценил и ждал, чем продолжит незнакомка. Как бы в ответ на его
мысли, девица рассмеялась весело. - Я вам радость принесла, - так просто исказала. – Я от Султанчика беременна. Так что с внуком вас, дядя Тимофей.Девушка опять рассмеялась, беспечно запрокинувголову. Тимофей в эту минуту почувствовал, что жизнь егозамерла на мгновение, качнулась и приняла какое-то новое направление. Он всегда
был спокойным и дружелюбным человеком и не мог теперь примириться с тем, как
захлёстывали его поочерёдно волны гнева, ненависти и отвращения. Вот что
особенно противно – грязь и убожество ситуации: не смотря на внешнюю
привлекательность, девица была явно умственно недоразвитой. Как мог Султан
соблазниться такой? «Запорю! - скрипнул зубами Тимофей, отыскав вмыслях образ сына. – А потом женю!» Что ещё делать? Злоба, клокочущая в горле,
чего-то требовала. Тимофей даже испугался самого себя, своей внезапно
вспыхнувшей ненависти к сыну. А эта русская девица бесстыже улыбалась ему прямо
в глаза.
 
Форум » Школа писателей » Уголок Мастеров » Клуб любителей исторической прозы (история моих предков)
Поиск:

 

 

 
200
 

Како вариант книги вы предпочтете?
Всего ответов: 102
 





 
Поиск