Вход · Личные сообщения() · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS Наша группа в ВК!
  • Страница 1 из 3
  • 1
  • 2
  • 3
  • »
Модератор форума: Lord, Cat-Fox  
Форум » С пером в руках за кружкой горячего кофе... » Ориджинал » Порванный мир. Книга 1. Я так не играю. (фэнтези (черновик). Очень прошу оставлять отзывы и критику.)
Порванный мир. Книга 1. Я так не играю.
Gita_OggДата: Понедельник, день тяжелый(((, 30.07.2012, 16:02 | Сообщение # 1

Просто менестрель
Сообщений: 1019
Награды: 14
Репутация: 6
Статус: Offline
Название: Я так не играю.
Автор: Gita Ogg (Анна Безкровная)
Рейтинг: PG-13
Жанр: фэнтези
Саммари: Если вся твоя жизнь - это сетевая игра, а главная мечта - мир, где правит оружие и магия, не вздумай никому об этом рассказывать. Даже если собеседник - уличный кот, может случиться так, что желание будет исполнено. А вот устроит ли результат ?
Статус: в работе
Разрешение на копирование: с личного разрешения автора.
Дисклеймер: права на мир и оригинальных героев принадлежат автору.
От автора: так как книга готовится к изданию, очень прошу не поскупиться на отзывы, критику и замечания.


История только тогда ненапрасна, когда в неё верят.
 
Gita_OggДата: Понедельник, день тяжелый(((, 30.07.2012, 16:02 | Сообщение # 2

Просто менестрель
Сообщений: 1019
Награды: 14
Репутация: 6
Статус: Offline
Глава 1. Кот.

- Мочите его!

- Кто это сказал? Всем стоять на месте до моей команды! Три-два-один, пул ! Валите его, ребята!

- Не стойте в лужах! Хил, уйди от него! Куда ты побежал, хант? Это вайп, вашу мать! Ну что за…

Вадим раздраженно откинулся на спинку шаткого потертого кресла, которое тут же тоскливо скрипнуло, пытаясь сообщить, что с него хватит всех этих падений, скачек, прыжков и ерзаний. Но куда там хлипкому пластмассовому предмету достучаться до «отца» сетевых игр.
В наушниках наперебой кричали девять непохожих голосов, выясняя, кто стал причиной неудачи в уничтожении компьютерного монстра. Вадим решил не участвовать. Обычно он кричал громче всех и щедро сыпал обвинениями, но сегодня чувствовал себя стариком, в сотый раз пытающимся провести безногих через горный перевал.

Вопрос, остро стоявший на ежедневной повестке, оставался нерешенным: как могут девять взрослых мужиков так хорошо играть по-отдельности и до такой степени тупить, стоит им собраться вместе? Вадим знал уйму причин, но ни одна из них не могла быть легко устранена, и, скорее, являлась непреложным фактом. Тут были и постоянные разговоры на отвлеченные темы, и частое отсутствие то одного, то другого игрока в назначенное время, и запредельное самомнение каждого члена группы, а отсюда игра вполглаза, да и просто то, что его друзья за эти три года, успели обзавестись женами и даже детьми. Что и говорить, на качество игры это накладывало существенный отпечаток, который периодически обретал материальную форму в виде женского или младенческого ора на заднем плане.

Вадим нервно постучал пальцами по столу и рывком сорвал с головы наушники. Почему только он один серьезно относится ко всему этому? Разогнать всех к чертовой бабушке! Или самому уйти к тем, кто не мучает целую неделю одного несчастного дракона. Но что-то держало его здесь: может то, что он сам создал гильдию, или то, что считал этих людей друзьями, а, может, просто лень было начинать строить отношения с нуля. Скорее, и то, и другое, и третье.

До конца заявленного пятнадцатиминутного перерыва оставалось еще десять минут. Он специально взял столько времени, чтобы иметь возможность хоть немного успокоиться. Боялся, снова разорется, перейдет на личности и развалит с таким трудом собранный рейд.
Захотелось есть. Пошелестев десятком пакетов из-под чипсов, покрывавших стол в радиусе протянутой руки, Вадим сунул ноги в резиновые шлепанцы и поплелся на кухню. Безудержное желание постучаться головой о клавиатуру сейчас можно было компенсировать только жевательными движениями.

Холодильник бережно хранил несколько кастрюль и пустых полиэтиленовых пакетов из-под того, чем парень питался последние дни. Похлопав крышками, Вадим понял, что внутри каждой емкости весьма успешно происходит процесс зарождения новых цивилизаций. Новорожденная жизнь выглядела пугающе и отталкивающе пахла, следовательно, было бы благоразумнее оставить всё как есть, дабы не допустить захвата территории побольше. Странно, Маринка не терпит подобные миры, нещадно их изничтожая. Вот! Маринка же!

Оглядевшись, Вадим на всякий случай позвал:

- Марина!

Безрезультатно. Тишина и только мерное гудение вентилятора в системном блоке, доносящееся из соседней комнаты. Где же ее носит-то? Вадим задумался. Маринка – его девушка, и хотя у них, что называется – без обязательств, всё-таки она должна бы сообщать, куда и на сколько уходит.

Девушка работает кассиром в супермаркете недалеко от дома, где Вадим снимает квартиру. Там они и познакомились. Маринка – пухлая смешливая блондинка и он, Вадим - сутулая жердь с внешностью угрюмого пуделя. Девушки не часто баловали его вниманием. А тут вдруг она сама, пробивая очередные пакеты пельменей, вдруг спросила, питается ли он чем-нибудь кроме замороженного теста или это такая специальная диета. Он пробубнил, что еще ест пиццу. Девушка рассмеялась и предложила сварить ему борщ в обмен на чашку кофе. Вадим написал ей адрес только из любопытства, хотя был уверен - она не придет. Но Марина появилась на пороге в тот же вечер с большой сумкой овощей и банкой кофе. Это сразило наповал. О кофе он, конечно же, не вспомнил. Очень вкусный борщ плавно перетек в неплохой секс. Еда и секс – два веских аргумента, заставивших Вадима уже через пять дней предложить Маринке переехать к нему.

С тех пор прошел всего год, но девушка умудрилась стать такой же привычной частью его жизни как, например, компьютер. Правда, теперь Вадим нередко жалел о том, что в отличие от последнего у Маринки не предусмотрен регулятор громкости или хотя бы маленькая кнопочка отключения. Всё чаще она капала на мозги с напором бронетранспортера. Становясь позади Вадима, как раз в тот момент, когда он начинал сбор рейда, девушка нескончаемым потоком вываливала на него все свои обиды и неудовлетворенности. В такие моменты ему казалось, что мозг шипит и пузырится, грозя эпическим взрывом и фигурными брызгами на мониторе. Во избежание подобного неуместного спецэффекта, Вадим надевал наушники, и если в них не звучали голоса согильдийцев, то уж тяжелой громкой музыки было хоть отбавляй
.
Остановившись напротив санузла, Вадим, для верности, еще раз позвал девушку по имени, протянув последнее «а», так как любила делать она, называя его «вадимка». От слащавых интонаций собственного голоса, появившихся благодаря этому приему, Вадима покоробило. Решив навсегда завязать с такого рода речевыми экспериментами, парень вернулся в кухню и взглянул на круглые настенные часы.
На плоском металлическом циферблате вместо цифр ютились математические примеры. Марина ненавидела несчастный механизм, периодически пыталась заменить его более банальным и при этом твердила, что не обязана разбираться в формулах и напрягаться каждый раз, когда нужно просто узнать время. Вадим терпеливо напоминал, что часы жили здесь задолго до ее появления, поэтому стоит их уважать хотя бы за это, а для выяснения времени можно и телефоном воспользоваться.

Толстая стрелка указывала на корень кубический из семьсот двадцати девяти, а тонкая почти дошла до три факториал.

«Полдесятого, - разозлился Вадим. – Где можно шляться?»

Схватив со стола мобильник, он потыкал в кнопку, перебирая имена и, остановившись на записи «это мое девушко», нажал вызов. В трубке послышались приторные звуки. Парень отодвинул телефон от уха, чтобы этот розовый бред вперемежку с выкриками «шиншилла» был подальше от его чувствительного слуха.

«Называть такое песней, - раздраженно подумал Вадим, – всё равно, что приносить в жертву младенца в надежде получить кулек конфет».

Наконец, гламурная какофония оборвалось, и в трубке раздался довольно пьяный женский голос, что, впрочем, не мешало уловить в нем крайнее раздражение.

- Ну! Чего ты хочешь?

Вадим растерялся. Никаких «вадимка», «котик», «мася» и вообще ничего из этого пушистого семейства обзывалок, которыми любила награждать его Марина. Конечно, иных чувств, кроме брезгливости это не вызывало, но хотя бы было привычно. Ее «ну» сбивало с толку. Кое-как собравшись, парень сердито спросил:

- Марина, ты домой собираешься?

Девушка хохотнула и проговорила елейным голоском куда-то в сторону:

- Мы домой собираемся?

Ей ответил мужской басовитый смех.

- Что ты там, черт возьми, делаешь? И кто это с тобой? – крикнул раздосадованный такой наглостью Вадим.

- Я там, пьем, - весело проворковала в трубку Марина и снова обратилась к невидимому для Вадима собеседнику. – А со мной сильный, красивый мужчина, который хочет увезти меня к себе прямо сейчас. Да, котик?

Вадим задохнулся от негодования.

- Ну, знаешь! – закричал он. – Тогда и перебирайся к своему мачо из семейства кошачьих, а ко мне можешь больше не приходить!

На пару секунд в трубке повисло молчание, потом Марина произнесла довольно жестким тоном, почти не выдававшим ее алкогольных возлияний:

- Вот скажи мне, Крайнов, ты дебил или прикидываешься? Я тебя бросила и вернулась к себе в общагу еще неделю назад, так что какого хрена ты…

Она не договорила, но телефон уже издавал отрывистые гудки. Вадим тупо уставился на трубку пытаясь осознать всё то, что услышал.
Огорошенный новостью, парень вернулся в комнату, отодвинул створку шкафа и теперь недоверчиво оглядывал пустые полки. Он что, не заметил, как она ушла? Вадим попытался извлечь из памяти день, когда последний раз видел Марину. Та услужливо подсказала, что девушка и правда что-то орала, кидаясь в него его же собственными носками. Вадим тогда врубил музыку на полную громкость. Не смотря на то, что зашкаливающие децибелы вызывали ощутимую боль ушных перепонок, это здорово помогло отвлечься и заглушить отвратительный визг. Привычный к шуму мозг, сразу же отключился от происходящего, полностью погрузившись в мир компьютерный.
И так было всегда. Да, он мог целый день не замечать ее отсутствия, но чтобы неделю? Может, врет? А, возможно, все потому, что сдав очередной проект и распрощавшись с заказчиком долбаного сайта зоотоваров, он сам почувствовал себя наполнителем для туалетов и, взяв двухнедельный отпуск, решил устроить праздник безделья.

Вконец расстроенный Вадим взглянул на экран монитора. На нем согильдийцы, а точнее персонажи, которыми они играли, производили что-то в стиле эмоционального арт-хауса. Кто-то танцевал на морде спящего дракона, кто-то подпрыгивал и вертелся вокруг своей оси, периодически строча в чат: «я каруселька», кто-то пускал вокруг себя по полу узорчатые руны, пытаясь добежать до их края, пока те не исчезли. В общем, каждый убивал время, как мог. Вадим сразу забыл обо всём, прыгнул в кресло и громко сказал:

- Здесь!

На этот раз парень не сдерживался. Отдавая команды, он орал так, что голос время от времени срывался на неприятные высокие звуки почти за гранью человеческого восприятия. Но это помогло, и уже через пять с лишним минут дракон был повержен. В избытке чувств Вадим яростно потер ладонями виски и громко выдохнул в микрофон.

Быстренько обменявшись радостными возгласами и поздравлениями, его товарищи по игре, ссылаясь на различные семейные дела, покинули голосовой чат.

- Вот так всегда, - прошипел Вадим вслух. – Как вовремя прийти, так никого нет, зато уходят точно по часам.

- А что ты хочешь? – услышал он голос «на том конце». – Семья, это тебе не по клавишам тыкать. Ты, кстати, чего такой лютый, что-нибудь случилось?

Это Серега. Он в гильдии со дня основания, и для Вадима уже стал неким символом постоянства и надежды на лучшее. В игре строго с шести вечера, но, порой, до самого утра. Что он делает в то время, когда не ходит в рейды - непонятно. В строке поиска напротив его персонажа всегда светится название какой-нибудь самой отдаленной и неинтересной локации. Но, зато, он не прочь поболтать, дать дельный совет, или же просто выслушать. Сколько Сереге лет и кто он в обычной жизни остается загадкой. Тот на подобные вопросы отвечает, что всю сознательную жизнь занимался отращиванием «жилетки», в которую теперь удобно плакать. Это он, собственно, и предлагает всем нуждающимся. То ли «жилетка» у Сереги действительно мощная, то ли его манера общения и умение хранить чужие тайны располагают к откровениям, но, что правда, то правда - он единственный в курсе личной жизни каждого из членов гильдии.

Вадим вздохнул.

- Ты знаешь, - протянул он. – Меня Марина бросила.

- Марина? – хохотнул Сергей. – Девушка с дельфиньим голосом? Если я не ошибаюсь, это именно она каждый раз своими вскриками сигнализировала, что ты начал собирать рейд. И давно бросила?

Вадим улыбнулся. Нужно отдать должное умению Сергея обращать всё происходящее в фарс.

- Неделю назад, - неуверенно ответил он.

- А чего молчал так долго? Не похоже на тебя, – удивленно сказал друг.

Вадим цокнул языком. И когда за ним закрепилась репутация болтуна? Хотя, чего греха таить, молчать он долго не мог, вечно или говорил, или писал. Но так было только здесь, в другом мире, где он был героем – нужным, уважаемым, значимым. В жизни реальной он, скорее, немного походил на чеховского человека в футляре, зависящего от правил и общественного мнения. Кто вообще придумал эту реальную жизнь? Игровой мир – вот где настоящая свобода. Свобода от условностей, опостылевших лиц и необходимости заниматься нелюбимым делом, танцуя под дудку ничего не смыслящих в этом самом деле людей.

Резким движением Вадим задвинул подставку для клавиатуры в стол, так что та громко стукнула.

- Я сам узнал десять минут назад, - раздраженно сказал он.

Несколько мгновений наушники передавали только тишину, потом разразились пронзительным похрюкивающим смехом.

- Ой, Вадька, ты меня убил! – заявил друг, отсмеявшись. – Как можно переживать из-за того, на что ты в течение семи дней не обращал никакого внимания?

Вадим хотел обидеться, но подумав немного, решил, что Серегины слова действительно не лишены смысла. По поводу чего печаль? Что он не будет больше слышать ее воплей – замечательно. Будет иметь возможность включать музыку на полную громкость или сможет общаться с друзьями, не опасаясь получить по голове подушкой – просто великолепно. Деньги теперь можно тратить только на себя. Разрешено курить в квартире и тому подобное. Единственный минус: придется вернуться к холостяцкому рациону, как в еде, так и в личных потребностях. Но ведь это уже было, и от этого еще никто не умирал. Настроение заметно улучшилось.

- Серега, ты как всегда прав, - радостно сказал Вадим.

- А то! - подтвердил друг. – Давай, завалимся в какой-нибудь кабак и выпьем по паре пива по случаю твоего досрочного освобождения.
Само собой, Серега имел в виду игровое пространство, и пили они всегда чокаясь бутылкой о монитор. Но даже это грело посильнее, чем пьяные вакханалии в конторе, где имел несчастье работать Вадим.

- Секунду! - крикнул парень и, сдернув наушники, помчался к холодильнику.

Осмотрев его со всех сторон и не найдя ничего достойного быть выпитым, Вадим переключился на кухонные шкафчики. Поиски заначенной банки пива или, на крайний случай, энергетика, не увенчались успехом. Вадим вернулся к компьютеру. Приложив к одному уху наушник, он спросил:

- Подождешь немного? Я быстро сбегаю за пивом.

- Не вопрос, - с готовностью отозвался Сергей. – У меня тут полно дел.

- Что за дела? – усмехнулся Вадим. – Оседлать одного из сотни твоих маунтов и посидеть на нем посреди безлюдной степи?

- Ладно уж, иди, хохмач, - оскорбленно проговорил Сергей. – Как вернешься, зови.

Вадим накинул куртку, порылся в карманах, проверяя наличие бумажных купюр, схватил небольшой рюкзак и уже открыл дверь, но вдруг кое-о-чем вспомнил. Возвратившись в комнату, он несколько минут рылся в старом полированном серванте, перебирая горы ненужного хлама и бурча себе под нос незамысловатые ругательства. Наконец, он нашел, что искал и, радостно вытащив это из-под груды застиранных простыней, ласково улыбнулся находке. Небольшой глиняный слон с наполовину отбитым хвостом был любовно выставлен на самое видное место.

- С возвращением, - сказал Вадим слону. - Больше никто не будет звать тебя уродом.

Похлопав статуэтку по макушке, он покинул квартиру.

Маринка в данный момент, скорее всего, предавалась плотским утехам в объятиях брутального самца и не могла быть на своем рабочем месте, но Вадим все же обошел супермаркет стороной.

Перепрыгивая через лужи и заставляя себя думать не о девушке, а о предстоящих «посиделках» с другом, он направился дальше по улице, к маленькому круглосуточному магазинчику. Рядом со входом в последний, словно миниатюрное море, рябила крошечными волнами гигантская лужа. Бочком обойдя природный розыгрыш, созданный невероятными усилиями дорожных работников и усердным трудом недавнего дождя, Вадим протиснулся в дверь магазина.

Пока неухоженная продавщица набивала его рюкзак бутылками, пакетами чипсов и банками орехов, парень разглядывал тесное помещение. Рядом с прилавком он заметил большого черного кота, с интересом глядевшего в глаза копченой рыбы. Тот чуть раскачивался из стороны в сторону, как видно, пытаясь взглядом заставить рыбу проникнуть сквозь витринное стекло поближе к его ухмыляющейся морде.

Безусловно, коты не обладают мимикой, но Вадим мог поклясться, что этот именно ухмылялся. В искусственном свете лоснящаяся шерсть животного отливала синевой, а вытянувшаяся в струну фигура напоминала статуэтку из подарочной лавки. Только хвост, будто единственный живой элемент, плясал из-стороны в сторону, отбивая незамысловатый ритм по кафельному полу.

Продавщица любопытно высунулась из-за прилавка, чтобы взглянуть, что так заинтересовало покупателя, и тут же сердито звякнула бутылками в его рюкзаке.

- Товарищ! - сказала она с напором.

Вадим вздрогнул и повернулся к ней. Употребление старомодного обращения с головой выдавало истинный возраст дамы, а также срок ее службы в торговле. Тетя перегнулась через прилавок, вручила Вадиму рюкзак и обеими руками замахала в сторону кота.
- Заберите его отсюда, – сказала она тоном чистокровного вахтера.

- Я? – Вадим искренне удивился. – Но это не мое.

На этих словах кот отвел взгляд от витринного великолепия и так же, не мигая, как до сих пор гипнотизировал рыбу, уставился на молодого человека. Снова состроив несвойственную его виду ухмылку, он вальяжно направился к Вадимовым ногам, утробно пробасил «мау» и потерся о них боком.

- Как это не ваш? – угрожающе заявила продавщица. – Когда он вас знает.

- Да? – глупо переспросил Вадим, чуть отпихнув кота ногой.

Тот бросился обратно, заурчал, старательно вытирая о джинсы парня свою и без того блестящую шкурку и жалобно глянул в лицо уже рассержено пыхтящей тетки. Всем своим видом он как бы подтверждал, что вот этот негодяй только что всенародно отрекся от самого преданного друга.

- Забирайте кота и уходите, - повысила голос продавщица, посмотрела на наглое животное, и, мгновенно смягчившись, добавила. – Может, рыбки ему возьмете? Вон, он какой у вас голодный.

Меньше всего это довольное жизнью существо походило на голодающего, но под напором грозной тети Вадим сдался, купил копченую рыбу, так нравившуюся нахалу и, открыв входную дверь, ехидно сказал:

- Не соизволит ли сэр покинуть сию обитель?

Гордо задрав голову и превратив хвост в прямую вертикальную линию, кот вышел на улицу. Вадим ошарашенно последовал за ним. Притормозив у входа и подперев филейной частью стену, животное глянуло с таким презрением, что Вадим невольно поежился. В ту же секунду мимо них на полной скорости пронесся автомобиль. Наученный горьким опытом, парень инстинктивно спрятался за ближайшее дерево. Кот же получил сполна грязной водой, что с радостным хлюпающим звуком вырвалась из-под колеса, въехавшей в лужу машины.
Вадим злорадно ухмыльнулся. Совершенство, высокомерию которого еще недавно мог бы позавидовать любой монарх, теперь представляло собой жалкое зрелище. Грязные капли стекали по слипшейся шерсти, придавая ей тусклый мышиный оттенок и форму игл больного ежа. Фыркая и отряхиваясь, кот мелко дрожал своим, как оказалось, довольно поджарым тельцем и, защищаясь от промозглого ветра, пытался вжаться в дверной проем.

Вадим прекратил веселиться, перебросил рюкзак через плечо и хотел уже отправиться домой, но кот вдруг несколько раз громко чихнул, после чего состроил довольно несчастную мину святого мученика, несправедливо обиженного судьбой. Глядя на вполне убедительный трагический спектакль, Вадим раздумывал минуты три, но потом все же выудил из кармана куртки большой носовой платок, брезгливо обернул им животное поперек тушки и, подхватив его одной рукой, обреченно сказал:

- Пойдешь со мной, согреешься и, в конце концов, рыбу съешь, тебе же куплена. А за это построишь еще пару раз такие вот рожи, будет хоть что в Интернет выложить.

Зайдя в квартиру, Вадим оставил рюкзак с пакетом у порога и, держа кота на вытянутой руке, отправился в ванную. Животное, все это время висевшее печальной расслабленной тряпкой, и теперь оставалось безучастным к происходящему. Бросив на пол собственное полотенце, Вадим водрузил сверху кота и вытер его насухо. Сразу после завершения процедуры, он разжал руки, позволяя животному действовать самостоятельно, а сам вернулся в коридор за рыбой.

Уже на кухне парень размотал тщательно упакованную кошачью мечту, порубил кусками и, выложив на объемное блюдо, поставил на пол. У Вадима никогда раньше не было домашних питомцев. В детстве не разрешали родители, а позже он и сам утратил желание подбирать за кем-то отходы. Вследствие этих двух обстоятельств Вадим понятия не имел, как стоит обращаться с неожиданным гостем, но был полностью уверен, что такой смышленый кот отлично справится с едой без помощи человека, поэтому тактично оставил его наедине с копченой возлюбленной.

Перетащив рюкзак поближе к компьютеру, парень открыл о край столешницы первую бутылку пива и, сделав глоток, довольно зажмурился. Янтарный напиток зарябил мелкими пузырями, искушая, не терять ни секунды и жадно приложиться к горлышку. С трудом сопротивляясь скребущей по горлу жажде, Вадим повесил наушники на шею, выдернул один разъем и, энергично елозя мышью по столу, «разбудил» компьютер.

- Серега, я готов забухать! – выкрикнул он, нарочно пиная ногой рюкзак, чтобы приятель услышал звон стекла.

- А я не готов. Сижу на ящере посреди болота, - разлился по квартире насмешливый голос Сергея, сопровождаемый звуком вскрываемой пробки и характерным шипением. – Ладно, шучу. Давай, за свободу!

Вечер неторопливо перетек в глубокую ночь, а приятели всё еще не покинули цифровой таверны. Изливая потоки псевдо философских изречений на голову хохочущего друга, подбадриваемый тостами и шутками, Вадим изрядно напился. Уже с трудом ворочая языком, и безнадежно спотыкаясь на словах «невозбранно» и «метафизически» он, наконец, пришел к выводу, что настало время закругляться. Но, перебравшись на кровать, тут же получил двумя парами острых лапок в живот, отчего согнулся, припечатав возмущенным взглядом вконец обнаглевшего кота. Тот, почти по-человечески, пихнул парня лапой в бок, сопроводив тычок своим протяжным, басовитым «мау». Вадим пьяно ухмыльнулся, схватил упирающееся животное в охапку и поднял над собой.

- Вот ты – кот, и это – счастье, - сильно коверкая слова, выдал он. - Ты тот, кем хочешь быть. А я – нет. Я мог бы стать чем-то большим. Даже героем. Но только не здесь, не в этом убогом мире. Мне бы большой меч, я бы знаешь как порешал...

Что бы он «порешал», Вадим не договорил. Шерстистый собеседник вырвался и спрыгнул с кровати. Махнув на него рукой, парень отвернулся к стене. Мозг отключился сразу, будто только и ждал подходящего момента, чтобы щелкнуть тумблером.

***
Кот вспрыгнул на стол. Склонив голову на бок, он с интересом вгляделся в монитор. Оттуда внушительный компьютерный воин в великоватых ему доспехах сердито смотрел на захламленную комнату. Пренебрежительно фыркнув, животное перебралось в кресло, засопело, потерло лапой усы и за одну минуту трансформировалось в крепкого абсолютно голого мужика.

Бородач поерзал, устраиваясь поудобнее.

- Такого раздутого паяца я из тебя, при всём желании, не сделаю, - произнес он, наморщив нос. - Хотя довольно интересно было бы взглянуть, как твоя глупая голова смотрелась бы на подобном теле.

Мужик ухмыльнулся собственным мыслям.

- Но вот сменить мир, так уж и быть, помогу, - продолжил он разговор с самим собой. - На менее убогий.

Обернувшись к Вадиму, который в этот момент уже обильно поливал слюнями подушку, бородач поморщился.

- Людишки. Хорошего пинка тебе под зад, а не портал.
---
* В данном диалоге использован игровой жаргон.
**Маунт – от англ. mount (посадка на лошадь) – игровое ездовое животное.


История только тогда ненапрасна, когда в неё верят.
 
Gita_OggДата: Понедельник, день тяжелый(((, 30.07.2012, 16:04 | Сообщение # 3

Просто менестрель
Сообщений: 1019
Награды: 14
Репутация: 6
Статус: Offline
Глава 2. Где я?

Вадим проснулся от стойкого ощущения, что его физиономия вздумала сделаться взлетной полосой. Помахав рукой у себя перед носом, он застонал и, схватившись за голову, сел. От резкого движения желудок подскочил к горлу. Вслед за этим немедленно решило потеряться равновесие. Вадим использовал руку, в качестве опоры для изнывающего от похмелья тела, нащупал странную мохнатую поверхность и осторожно приоткрыл глаза. Яркий свет с готовностью ударил по роговицам. Вадим сглотнул и хорошенько поморгал. То, что, в итоге, удалось разглядеть, никак не вязалось с воспоминаниями о прошлом вечере.

Со всех сторон, насколько хватало обзора, из земли торчали деревья, слишком зеленые для октября и чересчур ровные для того, чтобы успешно изображать природное творение. Прямо под ними топорщились ненормально круглые кусты. От каждой шарообразной шапки тянулось несколько длинных, желтоватых отростков, которые, достигая древесных стволов, закручивались на них идеальной спиралью. Складывалось ощущение, что кто-то, создавая ландшафт, пользовался исключительно линейкой и циркулем.

Похлопав глазами на лес, Вадим опустил голову и с изумлением обнаружил под собой плоский камень, густо заросший темным мхом. Он наморщил лоб, тщетно пытаясь восстановить в памяти цепь вчерашних событий. Жалкие, конвульсивные потуги понять, что происходит, были внезапно и бесцеремонно прерваны. За спиной кто-то громко кашлянул.

Подброшенный собственным страхом, Вадим отпрыгнул на метр вперед и только потом оглянулся. Напротив него, стоял невысокий мужчина средних лет. Пятерней он почесывал короткую бороду и довольно ухмылялся. Судя по рясе - монах. Однако по-светски выбритые усы, плавно переходящие в аккуратно подстриженную бороду, волосы, торчащие во все стороны, неестественно-зеленые, миндалевидные глаза, лучащиеся насмешкой, а больше всего эта ехидная ухмылка, никак не вязались в сознании Вадима с его представлениями о монастырских обитателях. Но парень не настолько часто встречал их, чтобы быть до конца уверенным в правильности внушаемых с детства штампов. Вместе с тем, загадочный лес и подозрительный монах наводили на мысль о просроченном пиве и городских легендах про психотропные вещества в чипсах.

Неизвестно сколько бы Вадим продолжал потрясенно мычать, если бы мужик в рясе не заговорил.

- О, ты соизволил очнуться, - сказал он, неподходящим к улыбке, безразличным тоном. – Я, как раз, не располагаю временем. Кроме того, этот камень совершенно не в восторге от твоего седалища, так что встань и отойди подальше.

- Кто вы? – промямлил Вадим.

Свой вопрос он сопроводил болезненным щипком тыльной стороны ладони, скривился и отступил на пару шагов назад. Монах воздел глаза к небу, словно изобличая собеседника в слабоумии.

- Надеюсь, слух не является одним из твоих многочисленных недостатков, - раздраженно произнес он. - Потому как больше одного раза я никогда и ничего не объясняю. По правде сказать, я вообще никогда не объясняю. Ну да ладно.

Монах махнул рукой у Вадима перед носом.

- Итак, ты на Мирре. В одной из Частей, называемой Фраттис. Ты пошел навстречу мне, я, соответственно – тебе. Долг оплачен. На этом наши пути расходятся, и да помогут тебе мирриды не сойти сума от радости.

С этими словами собеседник развернулся и зашагал вглубь леса. Шокированный Вадим посмотрел ему вслед и снова ущипнул себя, приложив куда больше силы, чем в первый раз. Вместе с болью пришла мысль, что он сейчас останется один посреди абсолютно незнакомой местности. Это заставило мчаться во весь опор.

Догнав монаха, парень преградил ему путь. Тот вложил во взгляд как можно больше презрения и сжал кулак, намереваясь хорошенько стукнуть назойливого юношу. Вадим спешно отскочил. Срывающимся голосом он затараторил:

- Простите, но я не понял ничего из того, что вы сказали. Какая Мирра? Что за долг?

Опустив руку, монах гадливо поморщился.

- Никогда не прощу себе, - недовольно изрек он. – Стоит только поддаться самой что ни на есть крошечной слабости, и вот уже на твоей шее гордо восседает очередной недоумок.

Он постучал ступней о землю и сложил руки на груди.

- Юноша, - монах четко проговаривал каждое слово, будто пояснял ребенку или глухонемому. – Ты сказал, что хочешь и можешь стать героем в другом мире, так? Я видел твою незадачливую куклу-переростка, которая выдает себя за воина. Ума не приложу, как ты дошел своим жучиным мозгом, но ты оказал мне услугу. Мне пришлось ответить тебе тем же. Что еще?!

- Я вам ничего не оказывал! – истерично выкрикнул Вадим. – Как вы попали ко мне в квартиру? Где я? Это что, какая-то секта?

- О, Вседержитель! – протянул собеседник. – Да ты, парнишка, совсем тугодум. М-да, несладко тебе придется. Однако, это уже не мои заботы. Дальше сам. У меня великое множество иных дел, а нянчить кретинов мне вера не позволяет.

В этот момент совсем близко от них что-то мелкое прошмыгнуло между деревьев. Бросив быстрый взгляд в сторону движения, монах припал к земле и уже совсем без пафоса, которым до сих пор обильно приправлял свои высказывания, крикнул,

- Эй, малыш, посторожи-ка тряпки!

На глазах у обалдевшего Вадима, он исчез, оставив на земле груду коричневой материи. Через мгновение тряпичный холмик зашевелился, из-под него выбрался удивительно знакомый кот и стремглав ринулся в сторону, скрывшись в кустах. Парень остался недвижим. Он попеременно то открывал, то закрывал рот, уподобившись большой лупоглазой рыбе из мутного магазинного аквариума.

Вскоре кот появился снова, бросил на землю безнадежный трупик мелкого пушного зверька и забрался в кучу одежды. Обернувшись мужиком, он принялся поправлять на себе съехавшую, задравшуюся рясу. Как только с балахоном было покончено, он плюхнулся на траву и без капли стеснения стал натягивать широкие штаны.

- И что же заставляет тебя так таращиться? – грубо спросил оборотень, не поднимая глаз на Вадима. - Надо полагать, ни разу в своей никчемной жизни не видел друида?

Покончив со штанами, бородач переключился на матерчатые мокасины.

- Не трясись, мне от тебя и желудя не надо, итак слишком много чести, - бросил он, ловко обматывая веревкой лодыжки.

Когда и эта работа была выполнена, друид удовлетворенно оглядел себя со всех сторон, а затем медленно перевел взгляд на оцепеневшего парня и растянул губы в саркастической усмешке.

- Ступай себе, герой! – он как-то особо выговорил последнее слово, что оно стало походить на оскорбление.

Поднявшись с земли и отряхнувшись, он указал за спину Вадима.

- Там владения тивисса Драхайза. Ему требуются такие, - друид снова издевательски скривил губы. - Как вернешься к камню, иди влево. Через пару дюжин шагов упрешься в указатель. Следуй согласно его направлению к имению Драхайза и смело стучись. Скажешь, что ищешь к кому бы наняться в услужение и не забудь объяснить кто ты. Тебе там несомненно найдут применение, да, к тому же, кормить станут. Как по мне – блестящее начало.

Мужчина подхватил с земли недавно убитое существо, сунул в карман и, почесав макушку, объявил:

- Ах, да. Там же, возле камня, твой меч. Эдакий, большой, - он насколько мог широко развел руки и отчего-то захохотал. – Признаться, я был озадачен, но, с другой стороны, это не мое дело.

Друид отвернулся, сделал пару шагов, но вдруг замер и уже без тени иронии зло выдохнул,
- И не вздумай за мной ходить, ни то тебя, ненароком, может постигнуть участь мышеницы.

Он достал из кармана бесформенную тушку, угрожающе повертел ей, намотав хвост на палец, затем вернул обратно и, как ни в чем ни бывало, продолжил путь.

- Как я сюда попал? – пискнул ему вслед убитый свалившейся информацией Вадим.

- Последний трансгриб на тебя перевел! - выплюнул друид и ускорил шаг.

«Значит, грибы таки были», - подумал парень, провожая взглядом странного мужика.
Когда случайный знакомый скрылся из виду, Вадим постоял еще немного нечеловечески напрягая мозг в поисках альтернативного решения, но так и не придумав ничего лучше, вернулся к камню. Осмотр мохнатого валуна действительно дал результат. Вадим нашел в траве длинный громоздкий меч. Тот был не намного меньше его нового долговязого хозяина и, к тому же, имел приличный вес. Ухватившись двумя руками за гарду, Вадим кое-как поднял его и поставил вертикально, уперев заостренным концом клинка в землю. Ладони, сжимающие прямую гарду, оказались чуть выше груди. По пальцам пробежала дрожь. Это же настоящий меч! Мечта! Вадим провел рукой по обтянутой толстой кожей рукояти. Жаль, что нельзя никому показать.

Рассматривая меч, Вадим почти забыл о том, что находится неизвестно где и неизвестно как теперь отсюда выбираться. А к тому времени, когда пугающая мысль возвратилась, он уже успел немного успокоиться, и поэтому решил действовать подобно тому, как действовал в игре. Он ведь уже получил что-то наподобие задания – идти к указателю, а оттуда в имение индивида со сложной птичьей фамилией. Или это было название самого имения? Вадим не запомнил, но надеялся прочесть на табличке.

«Совсем обнаглели, - думал он. – Уже свои дома имениями стали называть».

Самым большим минусом оставалось только то, что он не обнаружил ни на ногах, ни рядом с камнем никакого намека на обувь. Как был в носках, но, всё еще не теряя надежды, что это окажется дурацким розыгрышем, Вадим отправился в путь, волоча за собой огромный меч.
Указатель предстал всего-навсего слегка отшлифованной треугольной чуркой на ровной заусенчатой палке. На чурке были выжжены диковинные символы, очень похожие на руны. Естественно, понять, что они означают, не представлялось возможным. Только и спасало, что табличка страдала одиночеством, а потому выбор оказался очевиден.

«Ерунда какая, - злился Вадим. – Точно подстава. Узнаю кто так развлекается, дам в морду без разговоров».

Меч мешал нормально идти и ужасно оттягивал руки. Лезвие пропахивало за Вадимом длинную борозду в земле, заставляя прилагать немалые усилия для совершения очередного движения. Пыхтя, обливаясь потом и вздрагивая от впивающихся в ступни сучков и других местных «даров природы», Вадим всё же упорно продолжал путь.

Когда лес закончился, и на горизонте показалась группа строений, сердце его забилось чаще. Что он скажет? Как представится? Нет, о том, что твердил слишком увлекающийся грибами мужик, не было и речи. Тоже придумал: «услужение». Наркоман что-ли? Нужно просто выяснить, где он находится и как отсюда добраться домой.

Подойдя еще чуть ближе, Вадим ахнул. Открывшийся перед ним вид здорово впечатлял. Строения приобрели четкие очертания и оказались несколькими каменными домами разной величины. Треугольные крыши покрывал какой-то отражающий материал, благодаря чему в лучах солнца, проглядывающего между облаков, они периодически вспыхивали. От самого большого дома отходила огромная круглая терраса, расположившаяся под полупрозрачным, узорным навесом. Ткань последнего вздувалась на ветру, образовывая купол почти правильной формы. Но не это было самое грандиозное – весь архитектурный ансамбль располагался на высоченной многоуровневой скале. В сущности, и сам Вадим находился, как он теперь видел, на скале, что глубоким обрывом уходила вниз. Подойдя к краю и выглянув за него, парень содрогнулся. Из-за густого сине-серого тумана, клубившегося внизу, дна видно не было. Зато от места, рядом с которым стоял Вадим через бездонный провал тянулся широкий мост из того же светло-желтого камня, что и дома и упирался в высокие ворота.

Осторожно попробовав ступней мост на прочность, Вадим поспешил на тот конец и остановился у внушительной деревянной двери. Как ни странно, к воротам не примыкало ни одной секции забора. При желании, их можно было вообще обойти. Но боясь показаться невежливым, Вадим всё же схватился за большое металлическое кольцо и энергично постучал, при этом, чуть не сбив себе до крови костяшки пальцев.

Первый опыт общения с дверным молотком получился настолько болезненным и неудачным, что это поубавило решительности, а следующим осознанным желанием стало повернуть обратно. Но дверь уже заскрипела и с лязгающим звуком отъехала в сторону. Вадим удивился. Она именно отъехала, а не открылась, как он ожидал.

На пороге возник круглый маленький человек с морщинистым лицом и беспрестанно бегающими глазками. Его одеяние прямо заявляло о том, что он либо не в своем уме, либо только-только с карнавала и представляло собой широкую рубаху до колен, поверх которой было надето что-то вроде шерстяного пальто без рукавов. Выступающее брюшко обвивал грубый кожаный пояс, с солидной связкой ключей на нем. Нижнюю половину тела обтягивали колготки. Толстяк в рубахе, странном пальто и колготках – убийственное зрелище. Нелепый образ довершали мягкие остроносые туфли на ногах и чепчик на голове. Всё это «великолепие» было выполнено в одном болотном цвете, отчего человечек довольно сильно смахивал на жабу-переростка.

- Какие-то вопросы? – спросил он неожиданно сиплым басом и его брови проделали стремительное восхождение вверх по лбу.

Осознав, что бесцеремонного пялится на незнакомца, Вадим растерялся и брякнул первое, что пришло в голову:

- А у вас забора нет. Вы в курсе?

Толстячок беспечно махнул рукой.

- Убрали за ненадобностью.

- Понятно, - сказал Вадим, но по его лицу стало очевидно - для него мало что прояснилось.

Человечек вздохнул, пропустил парня внутрь и велел оставаться на месте. Пыхтя, он подошел к одному из фигурно подстриженных кустов, тянувшихся вдоль мозаичной дорожки, отломал от него небольшую ветку и переместился к пустому пространству возле ворот. Заговорщицки подмигнув Вадиму, он помахал веткой перед собой. Та заискрила, затрещала и загорелась. Старичок бросил ее на землю, спешно затоптал огонь туфлей и с победоносным видом повернулся к Вадиму.

- Видал? И так будет с каждым.

Вадим почувствовал, как от самого крестца к затылку побежали мурашки.

- А если кто-то случайно? – спросил он, заикаясь и вспоминая, как сам недавно боролся с желанием просто обойти ворота.

Толстячок удивленно уставился на гостя.

- Как это случайно? Ворота не заметить нельзя. Ну, а если кто-то нарочно их не заметил, значит туда ему и дорога, - потом будто очнувшись, он добавил. – А ты, собственно, кто такой?

Задав вопрос, человечек, обошел вокруг Вадима, с любопытством осматривая его меч, затем смерил долгим изучающим взглядом самого парня. Оставшись, как видно, недоволен результатом исследования, он почесал за ухом и снова спросил:

- Лицедей, что ли?

- Нет, я Крайнов, из Питера, - спохватился Вадим. – Не подскажете, что это за местность?

- Чего-чего? – выпучил глаза незнакомец. – Каких крайнов? Какая испитера? Это имя твое что ль? Странное имя для юноши – Испитера. Ну и чудило, видать, твой отец.

Он хохотнул и по-свойски похлопал парня по спине.

- Здесь-то чего? Что умеешь?

Вадим, как мог, усмирил свои эмоции и пояснил.

- Мое имя Вадим. Крайнов – это фамилия, а Питер – город, где я живу. Неважно, что я умею. Важно то, что я не знаю, где нахожусь.

- Ты в имении тивисса Драхайза, - толстячок сделал руками несколько взмахов, пытаясь показать на всё, что находилось внутри двора. – Я Вазз, тутошний управитель.

- То, что это так называемое имение, я знаю, - вздохнул Вадим. – Область какая?

- Область? – Вазз озадаченно потер лоб.

- Административный округ, что там еще, - Вадим начал раздражаться тупости собеседника. – Губерния?

Человечек пожал плечами и замотал головой.

- Хоть Россия? – Вадим нервно сжал гарду меча.

- Россия? – переспросил Вазз.

- Какая это часть света? – отрывисто произнес Вадим, выкрикивая каждое слово, будто его собеседник внезапно оказался глухим.

- Ах, Часть, - заулыбался тот. – Фраттис.

- Вот опять, - Вадим уже орал. – Нет такого места – Фраттис!

- Постой, - управитель задумчиво потер пальцами подбородок. – Тот бред, который ты несешь, мне что-то напоминает. Как ты, говоришь, сюда попал?

- Я не говорил, - отмахнулся парень. – Я и сам не знаю. Человек, назвавшийся друидом, сказал что-то про трансгриб.

Глаза толстячка округлились, так что его жабий образ получил таки свое удачное завершение. Крикнув: «Не двигайся!», он убежал вверх по дорожке и, перескакивая через две ступеньки вымытых до блеска лестниц, скрылся в одном из домов.

Вадим решил не следовать указаниям сумасшедшего, а убраться отсюда как можно скорее. Что если тот вдруг задумал привести таких же больных друзей? Тогда может произойти непоправимое. Парень попятился к воротам, но они оказались плотно закрыты. Не было никакого намека на засов, или замок, или еще что-то, чем бы можно было их открыть. Вадим осторожно положил меч на землю и несколько раз толкнул плечом массивную дверь. Та не шелохнулась. Парень затравлено огляделся. Какие бы новые технологии не применяли вместо забора ненормальные богачи, сгореть, подобно несчастной палке, не хотелось.

Пока Вадим лихорадочно метался у ворот в поисках спасения, на краю уступа уже показался шизофреник Вазз. Он воодушевленно подскакивал и что-то объяснял, следующему за ним худому мальчишке в очках-половинках и длинном многослойном платье. То, что это был именно мальчишка, не оставалось сомнений, стоило взглянуть ему в лицо. Острые скулы и орлиный нос не особо добавляли мужественности, а вот слегка оттопыренные уши и угловатый подбородок, покрытый еще пушистой щетиной с головой выдавали его нежный возраст. Хотя держался подросток так, словно ему было не от силы шестнадцать, а как минимум лет тридцать. Что касается платья, то при ближайшем рассмотрении оно очень напомнило одеяние магов в сетевых играх.

«Костюмированная вечеринка, - догадался Вадим. – И тот мужик в лесу тоже отсюда».
Единственным вопросом оставалось, как друид превращался в кота. Может фокусник, а кот под рясой сидел?

Подойдя к Вадиму почти вплотную, мальчишка прищурился и высокомерно осведомился:

- Ты из какого портала? Какой ступени маг? Сам прорвался, или кто помог в пути?

- Он сказал, ему друид трансгриб дал, - услужливо подсказал Вазз.

- Хм, - подросток задрал подбородок еще выше и посмотрел на Вадима сверху-вниз. – Трансгриб нынче великая ценность. Даже в Мажединасе его от силы пару штук на весь город. Это не сорняк, он в лесу не растет. Представляется мне, что-то тут нечисто. И потом, друид…

Не договорив, мальчишка, приставил палец к собственной переносице и прикрыл глаза, изображая глубокую задумчивость.

- Отвечай мне, о чем еще говорил с тобой друид! – сказал он приказным тоном.

Остатки сдержанности лопнули, будто проткнутые огромной цыганской булавкой. От негодования Вадим даже красными пятнами пошел. Что корчат из себя эти наглые косплейеры? Не хотят ничего говорить так бы и сказали, зачем издеваться?

- Всё, что говорил друид, было сказано мне, – зло выдохнул он. - И это, пацан, не твое дело. Открывайте дверь. Пойду, найду кого-нибудь поадекватнее.

Продолжая прижимать палец к переносице, подросток вскинул свободную руку и тотчас же Вадим со страхом понял, что его ноги оторвались от земли. Ужасное нечто подержало его пару секунд в метре над твердой поверхностью, а затем, рванув спиной вперед, со всей силы приложило о деревянные ворота. У Вадима перехватило дыхание. Воздух со свистом вырвался из легких. Грудную клетку сдавил мучительный спазм, а то, что держало, исчезло так же внезапно, как и появилось. Вадим рухнул вниз и очень сильно ударился копчиком. Заорав от боли, он выругался отборным матом, и поглядев на счесанные ладони, нагромоздил на свой возглас несколько дополнительных «этажей».

Вальяжной походкой этот мелкий урод, как назвал его Вадим в самом начале своей емкой тирады, подошел к завалившемуся на бок парню, наклонился над ним и, прищурившись, ледяным тоном сообщил:

- То, что ты умеешь говорить на незнакомом языке, еще не дает тебе право оставлять мои вопросы без ответа. Выше, чем маг, в этом доме позиции нет. А маг - это я.

Он ткнул себя заостренным ногтем в грудь, потом им же указал на скривившегося Вадима.

- Ты – никто. И даже, когда мы выясним, кто ты, для меня ты всё равно останешься никем. Ты понял?

Вадим отчего-то вспомнил старые фильмы про партизан, и ему до зубовного скрежета захотелось плюнуть в эту наглую рожу. Но недавнее происшествие отдавалось острой болью, поэтому он просто повыше задрал голову, показывая тем самым, что не намерен сдаваться. Маг снова направил на него раскрытую ладонь. Вадим инстинктивно сжался, но на этот раз не взлетел, а почувствовал, что против собственной воли быстро-быстро кивает.

- Да кто вы такие, вашу мать? – истерично взвизгнул он.

Маг не обратил на его вопли никакого внимания. А столь милый, до сих пор, Вазз с интересом наблюдал за действиями своего приятеля.

- Я повторяю вопрос, - жестко отчеканил мучитель. – О чем еще говорил с тобой друид?

«А ну и хрен с ним, - подумал Вадим. – Он же не просил меня сохранить всё в тайне».

- Говорил, что я оказал ему услугу, - Вадим тщетно пытался справиться с дрожью в голосе. - А еще, чтобы я шел к вам. Типа это будет блестящий конец. Или начало. Я не помню!

Теперь маг выглядел озадаченным.

- Ты оказал услугу друиду, и он сам признался в этом? – спросил мальчишка, немного дав петуха на слове «сам». – Вседержитель тебя раздери! Что же ты для него сделал?

- Не знаю, - Вадим сел и потер пальцами виски. – Может, то, что высушил и накормил его кота.

- Его кота?

Маг снял очки, совсем по-детски хлопнул ресницами, затем прижал кулак ко рту и, судорожно дергая плечами, издал несколько звуков, отдаленно похожих на смех. Спустя пару мгновений, кое-как справившись с переживаниями, подросток снова приосанился.

- Что ж, видимо это, - бесстрастно изрек он, разводя руки в стороны. – Было твоим самым главным желанием, иначе друид не перенес бы тебя в наш мир. Всё, что нам следует понять, какими способностями ты обладаешь. Следуй за мной.

Маг двинулся вверх по дороге и через несколько шагов обернулся. Вадим всё так же сидел на земле. Мальчишка хищно оскалился.

- Ты идешь? - спросил он, снова выставив перед собой остро заточенный ноготь. – Или мне соблюсти церемонии и написать тебе официальное приглашение? Например, на лбу?

Наплевав на гордость, Вадим спешно подхватился, подобрал с земли меч, и, тарабаня им о мощеную дорожку, поспешил вслед за магом.


История только тогда ненапрасна, когда в неё верят.

Сообщение отредактировал Gita_Ogg - Понедельник, день тяжелый(((, 30.07.2012, 23:24
 
Gita_OggДата: Понедельник, день тяжелый(((, 30.07.2012, 16:05 | Сообщение # 4

Просто менестрель
Сообщений: 1019
Награды: 14
Репутация: 6
Статус: Offline
Глава 3. Не шутите так.

Боясь, что неуравновешенный подросток претворит угрозу в жизнь, Вадим старался не отставать. Наконец, они достигли самого верхнего уступа. На нем возвышалось небольшое строение, стены которого ходили ходуном от каждого порыва ветра. Мальчишка распахнул хлипкую дверь постройки, просунул голову внутрь и крикнул:

- Эй, хронист, ты здесь?

Изнутри раздалось кряхтение, перемежающееся стонами. Создавалось впечатление, что скрипит несмазанная телега.

- Проходи, отрок. Давно ты ко мне не захаживал, - послышался старческий голос.

Юный маг залился краской, сердито засопел, но подчинился, поманив за собой и своего спутника.

Внутри помещение выглядело не таким уж маленьким, как предполагал Вадим и, уж точно, не шаталось. Что тогда происходит снаружи оставалось загадкой, и молодой человек предпочел списать это на оптический обман зрения. В одной из стен просторной комнаты, словно пчелиные соты, теснились углубления, выдолбленные прямо в камне. Каждое из них занимал внушительный книжный том, будто специально созданный так, чтобы подходить к определенной выемке. Пол, усыпанный смятой бумагой, кое-где был залит непонятной желеобразной субстанцией.

Осматривая комнату, Вадим задрал голову и от удивления даже открыл рот. Прямо под толстыми деревянными балками с тихим гудением резвились десятки светящихся шаров размером с большой грейпфрут. Они сталкивались, искрили, отлетали к стенам или подскакивали вверх. Проделывая свои умопомрачительные кульбиты, шары неизменно натыкались на невидимую преграду и снова устремлялись друг к другу. Из-за их хаотичного движения, на стенах мерцали световые блики, что через некоторое время вызывало у Вадима легкое головокружение.

Завороженный необычным танцем, он выпустил меч, и тот с лязганьем повалился на пол, подняв в воздух бумажные комья. Парень протянул руку, пытаясь дотронуться до одного из шаров, но они оказались выше, чем он думал. Тогда Вадим несколько раз подпрыгнул вверх, выставив указательный палец и еще раз попытался дотянуться до чуда.

- На этом вьюношу, пришедшему из иных миров, настал печальный конец, - нараспев прошелестел всё тот же усталый старческий голос.

Вадим очнулся, резко опустил руку и посмотрел в сторону, откуда доносились звуки. В самой глубине комнаты тощий, будто высушенный старик, склонив обтянутый кожей череп над массивным столом, вглядывался в его поверхность. Послюнявив кончик заостренной палочки, он что-то записал, кивнул, мельком глянул на Вадима и снова заговорил:

- Вьюнош всё же убрал руку от скопления шаровых молний, а посему его отбытие в последний путь было отложено на некоторое время.

- Э-э, - только и смог выдавить из себя Вадим.

Маг, величественно восседавший чуть в стороне от старца, накрыл лицо ладонью.

- Не понимая языка гордых фуэр, пришелец оказался в глубочайшем затруднении, - продолжил старик и поднял палочку для того, чтобы записать проговоренную только что мысль.

- Он понимает, - вставил маг, отняв ладонь от лица.

Старец так и застыл, с занесенной над столом рукой. Медленно подняв взгляд на Вадима, он переспросил:

- Понимает?

Вадим кивнул. Всё происходящее казалось настолько нереальным, что начало затягивать в свой эфемерный водоворот, подчиняя себе и заставляя действовать согласно написанного кем-то сценария.

- Как это приключилось? – хронист через плечо поглядел на мага.

Двигался и говорил он настолько медленно, что Вадима охватило острое желание широко зевнуть.

- Друидский трансгриб, - скривился подросток. – Вторичный эффект.

Хронист потер плешивую макушку и сделал еще одну запись, проговаривая вслух:

- Счастливец, единожды вдохнувший трансгрибовы пары и возымевший честь говорить на великом языке Мирры, до сей поры не осознал своего счастья, и взирал на открывшееся ему, подобно марволлайскому жабуну, чей мозг, как известно, размером не больше зрачка лесной мошки.

Удовлетворенно цокнув языком, старик отложил письменную принадлежность в сторону. Чуть припадая на одну ногу, он подошел к магу и возложил ему на макушку узловатые пальцы.

- Благодарю тебя, отрок. Таких интересных домовых хроник у нас не было уже давным-давно.

Маг звонко щелкнул пальцами, отчего старец тот час же убрал руку.

- Не стоит благодарности, - ответил он с раздражением. – И, прошу тебя, не применяй ко мне это унизительное слово «отрок». Ты сам знаешь, что возраст не та черта, которой оценивается мое влияние.

Старик вздохнул, чуть поклонился мальчишке и захромал к Вадиму. Прищурив покрасневшие, слезящиеся глаза он оглядел парня, пощупал ткань его одежды, цепко ухватил за подбородок и развернул его голову сначала в одну, затем в другую сторону. Вадим предпочел не сопротивляться. Кто знает, что может сделать с ним старик, если даже мальчишка способен простым взмахом ладони переломать кости.

- Так что бишь, ты умеешь, вьюнош? – спросил старик, закончив осмотр.

- Я веб-программист, - сказал честно Вадим.

- Это что за тварь такая? – удивился хронист.

- Почему, тварь? – обиделся Вадим. – Нормальная профессия. Вот у Вас есть компьютер? А Интернет? Я мог бы показать мои работы.

- Угасших не держим, - спокойно сказал старик. – Хотя и среди них мне не доводилось встречать подобных мерзопакостных имен.

Тут он заметил на полу меч и направился к нему.

- Клеймор против угасших носишь?

- Нет, мне его друид подарил.

- Ты воин?

- Нет.

- Хорошо, а то я уж было напугался.

- Что вы, я не причиню вам вреда, - примирительно сказал Вадим и добавил шутливым тоном. - Я, конечно, мог бы им воспользоваться, но только если бы тут водились монстры.

Со стороны, где сидел маг, послышался громкий кашель, перемежающийся булькающим смехом. Старик же нахмурился и очень серьезно сказал:

- Монстра мы тебе можем устроить, но боюсь, последнее, что увидят твои глаза это твое же хлипкое туловище, причем отдельно от головы. А ну-ка прыгни!

- Что? – не понял Вадим.

Ему уже порядком надоели бесконечные оскорбления и издевательства, но он пока держался, напоминая себе, что не дома. Более того, появилось стойкое ощущение, что это и, правда, не совсем его мир.

- Возьми свое оружие и прыгни, - потребовал старик. - Например, на мой стол. Представь, что это чудовище, из которого ты жаждешь вышибить душу.

Вадиму показалось, что в голосе старца появилась ирония. Это вконец разозлило. Он схватил меч за рукоять, рванул его на себя, и с рычанием понесся вперед. Меч перевесил. Не добежав до стола, Вадим споткнулся, громко ухнул, и впечатался в пол, потеряв не только орудие, но и остатки самоуважения.

Мальчишечий смех стал громче. Хронист подал парню руку, помогая подняться. Судя по тому, насколько легко ему удалось поставить Вадима на ноги, в этом костлявом теле таилась недюжинная сила. Молодой человек старался не встречаться ни с кем взглядом, стыдясь того, что он только что сотворил. Тем не менее, старцу всё же удалось заглянуть ему в глаза.

- Я нисколько не сомневался, что именно так всё и будет, - сказал он спокойно. – Скажи, неужели друид посоветовал тебе этот ни на что не годный кусок металла?

Вадим мотнул головой из стороны в сторону и почувствовал, как запылали уши.

- Ты сам просил? Зачем? – на лице старика не было удивления, только интерес.

Опустив голову, словно нашкодивший мальчишка, Вадим поморщился.

- Мечтал быть героем.

Маг хрюкал во всю, уже не пытаясь, как раньше, скрыть за кашлем своего веселья. Хронист метнул в него обжигающим взглядом и тот, оборвав смех, недовольно поджал губы.

- Достойная мечта, - проговорил старик. – Только по плечу ли тебе? Давай-ка проверим. Как думаешь, устоишь против меня?

- Что вы, - смутился Вадим. – Я пожилых людей не бью.

Старец усмехнулся.

- От тебя этого и не требуется. Бить буду я, а ты попробуй, оставаясь на месте, не позволить мне к тебе прикоснуться.

Лихорадочно соображая, Вадим попытался вспомнить приемы рукопашного боя, которым обучался когда-то в детстве. Он целых полгода занимался в секции каратэ, пока его не поставили в спарринг с малолетним маньяком, и тот несколько минут нещадно его избивал. После этого Вадим наотрез отказался посещать не только эту секцию, но и все прочие, где можно получить по почкам или по другим, не менее важным органам. Однако несколько стоек и блоков он помнил до сих пор. Расставив ноги пошире, Вадим чуть присел, сжал кулаки и согнул руки в локтях.

- Начнем? – спросил он, вспоминая, как когда-то давно тренер учил не поддаваясь на провокации, аккуратно блокировать все атаки.

Старик вскинул руку. Вадим рывком поднял предплечье, защищая голову от удара. Но старец вдруг цепко ухватил его за это самое предплечье, потянул на себя и отвесил звонкую оплеуху. Вадим разозлился, вырвался и схватил старика за оба запястья. Противник крутанулся так быстро, что Вадим ничего не успел предпринять. Мгновение, и его собственные запястья уже были словно тисками зажаты ладонью старца и находились за спиной где-то на уровне головы. Парень снова получил увесистую оплеуху. Пока он, борясь с болью, пытался освободиться и вернуть своим конечностям естественное положение, затрещины, одна за другой, сыпались на его многострадальный затылок. В конце концов, ценой неимоверных усилий, Вадим обрел свободу, отскочил подальше и, потирая, то затылок, то ноющие плечи и покрасневшие запястья сказал:

- Ну, ладно, хватит уже, я же Вам не Чак Норрис.

- А это еще кто? – с любопытством спросил хронист.

Он стоял, сложив руки на груди, и дышал так же ровно, как и до начала «боя».

- Один воин, - буркнул Вадим, решив не вдаваться в подробности.

- Тут ты прав, - согласился старик. – То, что ты не воин, это совершенно точно. Что же с тобой делать?

В этот момент дверь скрипнула и приятный мужской голос проговорил:

- По всему видно, что в моем доме происходит нечто весьма забавное, а меня до сих пор никто не известил. Как это понимать?

Маг вскочил и побежал к выходу. Вадим проследил за ним. В дверном проеме стоял мужчина в длинных белых одеждах. Он сделал несколько шагов вперед, и его одеяние заискрилось в свете шаровых молний, мельтешащих под потолком. Новый участник действа оказался примерно на голову ниже Вадима и, как минимум, в два раза шире. Маленькие глазки, большой нос и скошенный подбородок делали его похожим на шарж. Но какое-то неуловимое обаяние от него всё же исходило. А судя по тому, как вел себя с ним маг, это и был тот самый хозяин, о котором все тут не раз упоминали.

Хозяин посмотрел на Вадима и вполне дружелюбно ему улыбнулся, потом повернулся к магу и задал сразу несколько вопросов:

- Что за олух? Из какого поселения? Странно одет, не помешанный часом?

- Нет, - спешно ответил маг, начисто убрав из своего голоса высокомерные интонации. – Он издалека. Прибыл в услужение. К нашему имению ему указал путь друид.

Хозяин улыбнулся еще шире.

- Нашему имению? – переспросил он, намеренно подчеркнув первое слово.

Юный маг побагровел.

- Вашему, Высокий тивисс, - пролепетал он. – Вашему имению.

Тивисс довольно ухмыльнулся, подошел к Вадиму, привстал на цыпочки и водрузил свою ладонь тому на голову. Вадим дернулся, но стоявший рядом старик, пребольно ущипнул его за плечо.

- Поскольку друид указал тебе на мой дом, олух, отказа от меня не последует, - объявил тивисс. – Ты получишь работу, а также еду и соответствующее жалование.

Он убрал руку и обратился к старцу,

- Хронист, ты уже выяснил, для какой работы он годится?

- Я нынче проверял это, Высокий тивисс, - ответил старик, еле заметно склонив голову.

- Ну и как успехи?

- Пока, довольно печально.

Хозяин заложил руки за спину и прошелся по комнате, о чем-то размышляя. Старик зашептал, так, чтобы его мог слышать только Вадим:

- Не вздумай обмолвиться про иной мир и трансгриб. И не смей ему перечить, если тебе нужна твоя жизнь.

- Олух, какой магией ты обладаешь? – наконец спросил тивисс.

- Меня зовут Вадим, - раздраженно заявил парень, подумав, что старик, вероятно, преувеличивает насчет жизни. – А что касается магии, если комп дадите, могу файерболы покидать.

Тивисс остановился, пристально посмотрел на Вадима и даже несколько раз моргнул.

- Что покидать?

Это было последней каплей. Вадима настолько достали все эти люди, их пренебрежительное отношение и насмешки, что он решил ответить им той же монетой. Хотят слушать о магии – получат.

- Ну, шары такие, огненные, - Вадима понесло. - Кастуешь секунд пятнадцать, а потом шарашишь по кому-нибудь со всей силы и, если у того здоровья немного или не видит тебя, то он уже, считай, труп.

Вадим подкрепил свои слова иллюстрирующим жестом.

- Потом, конечно, встанет и придет тебе в ответ настучит. Но это ж ему еще с кладбища бежать. А вообще я магов не люблю, они примитивные, знай себе одним пальцем тыкай и все. Другое дело, воин, тут уж точно без интеллекта не обойтись.

Вадим бы говорил и дальше, но его остановил сотрясающий стены, хохот хозяина.

- Огненным шаром… с кладбища бежать… у воинов - интеллект… - отрывисто повторял тивисс и почти задыхался от громкого безостановочного смеха.

Вслед за ним начал смеяться маг, и даже старик растянул губы в широкой улыбке.

Отсмеявшись, тивисс утер выступившие на глазах слезы и радостно воскликнул:

- Как же так, что ты сразу не разглядел, хронист? Он же великолепен! Он случаем не Туманный?

Старик отрицательно покачал головой.

- Неважно, - хозяин беспечно махнул рукой и снова взгромоздил ладонь Вадиму на макушку. – Дарую тебе самую важную позицию в этом доме. До сих пор никто не был удостоен подобной чести.

Он помолчал, придавая торжественности моменту. Вадим мельком взглянул на мага и гордо приподнял подбородок.

- Будешь моим личным шутом! – закончил свою речь довольный тивисс. – Маг, распорядись.

- Но, Высокий тивисс, - начал было тот, поймал грозный взгляд хозяина, осекся и бесшумно выскользнул за дверь.

Напевая какую-то мелодию, хозяин тоже удалился. Ошарашенный Вадим повернулся к хронисту.

- Кем я буду? – спросил он, всё еще не веря услышанному.

- Шутом, - спокойно повторил старец. – Наравне с магами, самая почитаемая позиция в доме. Благородные тивиссы настолько искушены в различных видах искусства, что развеселить их может только истинно талантливый человек. Что бы знать это, не нужно быть хронистом. Считай, тебе повезло, потому как наш хозяин весьма миролюбив. К тому же, никто, кроме него не станет указывать тебе, что делать.

- Офигеть, - крикнул Вадим. – Вот и ищите того, кто с удовольствием займет эту вашу «почитаемую позицию». Лично я не собираюсь тут оставаться.

- Любопытно, и куда же ты направишься? – осведомился старик.

Он подошел к стене с книгами, достал толстенный фолиант, водрузил на стол, и, раскрыв его, пригласил парня взглянуть. Вадим посмотрел на страницы книги. На них была изображена очень необычная карта, состоящая из восьми отдельных континентов, соединенных между собой широкими полосками. Старик ткнул пальцем в самый большой материк.

- Вот это Фраттис, - сказал он. – Именно здесь мы и живем. Рядом располагаются все остальные части Мирры. Каждая часть имеет отличный от других климат и рельеф. Скажу тебе, без преувеличений, мы как раз на самой благополучной земле. Более того, я вижу, ты совсем не знаешь наших обычаев и, могу поспорить, далеко тебе не уйти. Если ты, конечно, и в самом деле, не умеешь возвращаться с кладбища.

Старик сел за свой стол и прикрыл глаза, продолжая говорить.

- Придется остаться здесь, у тебя нет иного выхода. Но, насколько я понимаю, именно этого ты хотел. Можешь иногда заходить ко мне, я всё знаю о Мирре и буду рад, если у меня появится слушатель. А сейчас ступай, хозяин ждать не любит, да и меня ты сегодня порядком утомил.

- Пусть маг меня отправит обратно! – потребовал Вадим, борясь с лезущими наружу истеричными интонациями.

Он уже практически поверил, что всё это происходит на самом деле и Мирра так же реальна, как и он сам, а потому занервничал гораздо сильнее.

- Невозможно, - прошелестел, хронист, откидываясь на спинку большого стула. – Порталы давно скрыты от фуэр. Лишь друиды всё еще хранят это знание.

- Где мне найти друидов? – поглощаемый чувством отчаяния, Вадим снова начал кричать.

- Хотел бы я ответить тебе, но фуэр и это знание утеряли давным-давно.

- Да, кто такие, эти фуэр? И что мне теперь делать? – Вадим снова выругался.

- Фуэр – это мы все. Народ, населяющий Мирру, - старик нахмурился. – Прекрати кричать и убирайся. Ты задаешь слишком много вопросов. Я устал. Приходи потом. Завтра. Или лучше на новой луне.

В последнем порыве надежды Вадим перелистал еще несколько страниц, лежащего перед ним тома и, сглотнув, обреченно поковылял к выходу. Старик был прав, другого пути пока видно не было. Но это только пока. Позже он, наверняка, сможет выяснить, как вернуться, и обязательно это сделает.

- Да, и железку свою можешь здесь оставить, - сказал ему вдогонку хронист. - Тебе она больше не понадобится.


История только тогда ненапрасна, когда в неё верят.
 
Gita_OggДата: Понедельник, день тяжелый(((, 30.07.2012, 16:06 | Сообщение # 5

Просто менестрель
Сообщений: 1019
Награды: 14
Репутация: 6
Статус: Offline
Глава 4. Триству из Аньяллу.

Песок. На много километров вперед и в любую из сторон. Из-за лунного света отливает синим, что придает ему холодность и таинственность. Песок доволен. Утром он снова станет собой, а пока следует сполна насладиться образом, который подарила ему ночь. Такое вот развлечение - всё что осталось. Но песок помнит. Так, словно это было прошлым утром. Ласки волн. Они наполняли спокойствием и умиротворенностью. Тогда, давно, лишь океану было позволено прикасаться. Только он один знал каков песок наощупь и лишь ему были подвластны все тайны, что хранили в себе миллиарды песчинок и тысячи частичек перламутровых раковин. Но потом земля раскололась, а океан ушел. Песок так и не понял, почему Вседержитель принял решение оставить его одиноким, ведь тот отлично знал, что песок живой, и, как всё живое, отчаянно нуждается в том, чтобы кто-то был рядом. Каждая крупинка кричала об этом. И теперь тоже. Всегда. Но фуэр не умели слушать и потому слышали только шорох.

Аньяллу — уютный дом и личный ад. Когда в эту Часть Мирры пришли фуэр, стало немного веселее. Но они предпочитали селиться на глупых маленьких островках из твердых валунов, поближе к подземным ручьям. Забавные существа. Пробивали колодца и обкладывали булыжником. Они любили издеваться над камнями. Раскалывали их на части, сваливали в кучу, а потом строили такие же кучи, только полые с малюсенькими дырками для света и одной, побольше, чтобы забираться внутрь. Хорошо, что камни не чувствуют боли. Хотя они большие любители поспать, поэтому иногда мстят за растревоженный сон, падая на голову или со всей силы прикладываясь о пальцы на руках и ногах. Фуэр так смешно кричат и прыгают. Песку нравится. Он много раз пытался играть с ними в «океан» и бросал на их жилища огромные волны из сотен маленьких крупинок. От этого те громко вопили, забивались в свои кучи и сидели там до тех пор, пока песку и самому надоедали его забавы. Они вообще всегда сидели на камнях или в камнях. Это огорчало. Серым неповоротливым валунам всё безразлично, а песок любил движение, поговорить и еще много такого, о чем никто даже не догадывался.

Ночи сменяли дни, навевая скуку. Он играл, пел, вздыхал и купался в воспоминаниях. Больше ничего хоть сколько нибудь интересного. Но вот эта ночь удивила. Сегодня он следил за двумя существами. Путники брели по его поверхности, и, загребая ступнями, подбрасывали песчинки вверх. Ощущая приятную щекотку, песок взвивался маленькими вихрями или прокатывался легкой рябью возле их ног. Как большой единый организм Аньяллу, он слышал каждое слово и, впервые за миллионы лет чувствовал себя счастливым, а потому твердо решил сделать для них что-нибудь приятное. Например, изобразить океанский шторм, ведь это так красиво.

Хрупкая девушка в длинном светлом плаще с капюшоном и огромный бежевый демон с густой желтой гривой, что, судя по встопорщенным на одежде буграм, покрывала весь его позвоночник. Песок уже встречал демонов, но одетых – никогда раньше. Широкая холщовая рубаха и большой заплечный мешок не шли монстру, скорее выглядели смешно и несуразно. Но того, судя по всему, это совершенно не заботило. Диковинная компания вела непринужденную беседу. Всё это было так странно и, вместе с тем, безумно интересно. Прислушиваясь, песок замер каждой своей частичкой в трепетном ожидании и, сам того не подозревая, сделался очень похож на спокойный, величественный океан, что случалось с ним довольно редко.

- Почему ты не взяла дуни? – спросил демон.

Голос у него был тихий, мелодичный и, также как рубаха, абсолютно не подходил чудовищу.

- Дуни слишком своенравны для далеких походов, - вздохнула девушка. - Не поймешь, когда тому или иному пони вдруг заблагорассудится сменить облик и выкинуть тебя из седла.

- При мне бы не посмел, - сказал демон и почему-то тоже вздохнул.

- Может быть и так, - согласилась девушка. – Но ты же знаешь, насколько они болтливы, когда им скучно. Он бы утомил нас уже на полпути. И, потом, еще в поселении мог бы перебудить всех, не позволив спокойно уйти.

Демон не стал продолжать тему пони, а вместо этого спросил:

- Куда мы теперь?

- Шаман сказал, есть такая Часть – Фраттис. Там любому найдется место.

- Ты знаешь, где это?

- Нет, но я уверена, что ты знаешь, - девушка погладила демона по плечу. – Прости, что не спросила твоего согласия, но ты бы не отказался, правда?

- Я сделаю всё, что пожелаешь, хотя, что скрывать, Фраттис вряд ли обрадуется мне.

Чудище щелкнуло огромными острыми клыками, неизвестно как помещавшимися в его начисто лишенной губ пасти.

- Почему? – девушка удивленно хлопнула ресницами. – Ты же не делаешь ничего плохого.

- Сейчас нет, - демон, насколько мог, изобразил улыбку. – Но обязательно сделаю.

Путница остановилась и поднялась на носочки, чтобы заглянуть своему провожатому в глаза.

– Разве это не противоречит твоей натуре? - удивленно спросила она.

Демон мигнул двумя парами вертикально расположенных век и внимательно посмотрел на нее огромными зрачками, занимавшими всю видимую часть глаз. Несколько секунд он усиленно над чем-то размышлял.

- Триству, - наконец, сказал он мягко. – Они вынудят меня. Светоносные ненавидят угасших. Более того, ты должна знать, Сумеречных они тоже не жалуют.

- В таком случае, - беспечно заключила девушка. – Я им просто не признаюсь кто я.

- Ты наивна, Триству. Посмотри на себя и на того, кто у тебя в провожатых, - демон ткнул себя когтем в грудь. – Думаешь, не догадаются?

- Я тебя спрячу, - девушка дернула плечиком.

- Ничего не выйдет, - демон покачал головой. - Я не стану дожидаться, пока они сотворят с тобой что-нибудь ужасное…

- Но я так решила и доведу дело до конца! - воскликнула Триству. – Я должна отыскать тех, кому нужны мои умения!

- Осталась бы дома. Там всё же родня. Шаман хотел сделать тебя своей преемницей.

- Я не шаман, - девушка растянула губы в саркастической усмешке. – Кому как не тебе знать это. Кроме того, я больше не могу прикидываться тем, кем не являюсь и быть не хочу.

Некоторое время они шли молча, размышляя каждый о своем.

- Ты не устала? – вдруг спросил демон.

- Немного, - честно призналась Триству.

- Тогда пора немного отдохнуть, - демон остановился.

Стянув мешок с плеч, он достал из него большой кусок грубой материи, расстелил на песке в два слоя, подул, и часть материи приняла форму купола. Получилось что-то вроде шатра.

- Полезай внутрь, - сказал демон спутнице. – Отдохни. Я буду охранять твой сон.

Девушка повиновалась. Уже лежа внутри, но еще борясь со сном, она позвала,

- Диодеф.

- Да? – отозвался демон.

- Пожалуйста, помоги найти мое место, и я обязательно подарю тебе свободу.

Демон не ответил. Триству подождала немного, но глаза закрылись сами собой, и она мгновенно перешла в мир сновидений. Диодеф приподнял край шатра.

- Кто тебе сказал, что мне нужна свобода? – еле слышно проговорил он.

Песок пошел видимыми волнами. Отпустив ткань, Диодеф набрал в ладонь горсть крупинок и приблизил к глазам:

- Даже не думай, - сказал он. – Я отлично умею усмирять таких как ты.

Демон сжал кулак посильнее, затем повернул его вертикально и чуть ослабил. Песчинки тонкой струйкой высыпались к его ногам.

Песок благоразумно решил угомониться и тихонько зашуршал свою любимую песню про океан.

***

Согласно собственным расчетам, Вадим жил в имении Драхайза больше двух месяцев, а выяснить что-либо о возможности возвращения в родной мир, так и не удалось. Должность, которую ему навязали, хоть и была непыльной – знай, беседуй себе с тивиссом на разные темы, которые тот сам же и придумывал но всё таки ощущение никчемности положения постоянно грызло. Стоило сделать шаг, и маленькие колокольчики, которыми был сплошь увешан его колпак, противным звоном тут же напоминали об унижении. Вдобавок от бесконечного глупого смеха окружающих, сопровождавшего любые действия шута уже сводило зубы.

Хорошо еще, что кормили. Но абсолютно пресная еда уже не лезла в горло и Вадим часто думал, что отдал бы многое за ненавистную маленькую солонку в виде дурацкого мухомора, которую притащила когда-то Марина. Вадим язвил, что ему в пару просто необходима перечница-поганка и тогда смело можно приглашать на обед тех, кого терпеть не можешь. Но сейчас даже этот шедевр кустарного производства был нужнее многих гораздо более ценных вещей.

При каждом упоминании о том, что неплохо бы подавать к столу специи, Вазз делал круглые глаза, а тивисс только хохотал. Но Вадим всё же сумел выяснить в чем причина такого странного поведения. Оказалось, что фуэр считают соль водными испражнениями, поэтому едят ее только крестьяне и военные, которым, по большей части, всё равно какой дрянью набивать желудок.

Несколько раз шут пытался поговорить с магом про трансгриб, но тот отказывался общаться, делая вид, что перед ним никого нет. Если бы не крайняя необходимость, Вадим и сам не стал бы разговаривать с заносчивым мальчишкой. Неужели маг завидует? Глупость. Конечно, в отличие от других, Вадиму разрешалось жить в доме тивисса, а не ютится в общем строении для прислуги. Но у мага там хотя бы была личная комната, а шуту полагалось спать у двери хозяина на большом жестком матрасе, набитом, судя по запаху, сушеной травой. Причем сушили ее явно не в этом году.

Сначала Вадим сопротивлялся правилам, как мог. Он возмущался, кричал, что это унижает его человеческое достоинство и тому подобное, но Драхайз насмехался и предлагал разные идиотские решения проблемы, как то: спать стоя, накрыться матрасом, чтобы не видеть где он находится или не спать совсем. В конечном итоге, Вадим сдался и начал понемногу приспосабливаться.

Вскоре, он стал замечать, что никто из наемных работников не ведет себя так фамильярно с тивиссом, как он сам. Напротив, фуэр старались не встречаться с хозяином взглядом, а если это когда и происходило, то тут же принимали благоговейное выражение лица. Шут же мог позволить себе отпускать нелестные замечания в адрес «шефа», как он называл его, и вообще общаться как с приятелем. Тивисс не только не обижался, но всячески потакал этому. Вадиму льстило и доставляло немалое удовольствие такое положение дел, так как в питерской конторе он в числе прочего офисного планктона влачил унизительное существование под неусыпным взглядом «большого босса» и в тайне всегда мечтал наговорить ему хоть десятую часть того, что выдавал здесь. Оставалось всего ничего – узнать побольше о Мирре и понять, где искать того, кто поможет найти ответ на главный вопрос, а так же постараться как можно реже заглядывать в зеркало.

Хронист, как и обещал, учил Вадима всему, что знал, в том числе и грамоте фуэр. Теперь шут мог читать некоторые надписи в книгах. Он уже полностью осознал, что говорит на чужом языке. Об этом свидетельствовали ноющие лицевые мышцы, непривычные к воспроизведению незнакомых звуков.

Почти сразу Вадим попросил у старика лист бумаги и письменную палочку, чтобы вести свой собственный календарь, так как тут считали по луне, а это довольно сильно путало. Учить названия видимых той или иной ночью кусков луны, Вадим не собирался, хотя ему было приятно, что здесь тоже есть луна, пусть даже такого ненормально синего цвета.

Обучая шута, хронист, как и все старые профессора, у которых Вадим учился в вузе, начал с сотворения мира. Только если для институтских преподавателей Вадим использовал это словосочетание в переносном смысле, то хронист именно с сотворения и начал. Однако беседовать со стариком было приятно. Он не страдал старческим маразмом, не впадал в детство и не засыпал в середине разговора, а всегда с большим увлечением рассказывал, не забывая при этом отвечать на все вопросы, которые задавал слушатель.

Так Вадим узнал, что Мирра когда-то была цельным «шариком», но вследствие столкновения с хвостатым небесным телом ее разорвало на куски. Само собой, о дальнейшем существовании жизни на планете не было и речи, но тут на помощь пришел Вседержитель. Старик так и не смог внятно объяснить, откуда он взялся и кто это такой. Ясно только, что Вседержитель – фуэрское божество и, по совместительству, конструктор миров, а Мирра – одно из его творений. Поскольку она была то ли вообще первым, то ли первым удачным детищем конструктора, ему было жаль оставлять ее мертвой и разбитой, и он соединил, как мог, все куски между собой, скрепив их лентами из звездной пыли и солнечных лучей. На этом месте Вадим долго смеялся, а хронист сердито махал на него руками.

Но факт оставался фактом, и если карта не врет, то планета действительно состоит из отдельных частей соединенных широченными мостами. Как это всё может держаться вместе, старик объяснил просто – никак. Поэтому-то Вседержитель и пропитал землю магией, чтобы она помогла скрепить его неказистую работу. Более того, Фраттис – единственная часть, сохранившаяся в первоначальном варианте, все остальные разлетелись на мелкие куски, так что божеству пришлось соединять их словно паззл, подбирая одинаковые по цвету детали. Вот так и получилось, что каждый кусок имеет свой собственный неповторимый пейзаж, погоду, а соответственно, растительный и животный мир.

Вадим слушал всё это как сказку, поскольку с детства знал, что такого быть не может. Но, с другой стороны, ребенок, прочно засевший в его душе, жаждал чего-то очень похожего на то, что Вадим переживал сейчас. За исключением, разве что, должности шута, чья жизнь была неинтересна, однообразна и в некотором смысле оскорбительна.

Дом с его особенностями перестал удивлять и если бы не рассказы старика, книги, да болтовня Драхайза, можно было бы вообще двинуться от скуки. Отсутствие некоторых благ цивилизации уже практически не раздражало. Вот только до ломоты не хватало любимого компьютера, а особенно возможности побродить по просторам интернет, пообщаться с народом, а может быть даже завести собственный блог, где вылить на неподготовленного читателя сумбурный рассказ о Мирре и пободаться с особо яростными комментаторами.

С этими размышлениями Вадим покинул дом хозяина и поднялся к хронисту. Что бы там они все не говорили, но глядя на условия, в которых жил старец, не оставалось сомнений, что именно он занимает основную позицию в доме, хотя это казалось вполне естественным.

Вадим глубоко уважал старика. Хронист был единственным, кто относился к нему как к человеку, а не как к клоуну или пустому месту. Вместе с тем, он был невероятно спокоен и терпелив, стойко выдерживал обожающего спорить парня, и лишь изредка вставлял в его переполненные эмоциями словесные потоки веское: «тебе пора перевести дух».

Войдя в комнату, Вадим остановился и прислушался. От кресла хрониста доносился громкий храп. Шут тихонько подобрался к столу и заглянул в лежащую на нем книгу. На ее страницах, наползая друг на друга, расположились несколько зеленых рисунков.

Благодаря субстанции, которую выделяли письменные палочки, во всех книгах символы и иллюстрации были одного и того же травянисто-зеленого цвета. Старик объяснял, что фуэр используют для письма, остро отточенные ветки куста Литир, которые обладают свойством даже отдельно от самого куста в течение продолжительного времени выделять вязкий, быстро застывающий сок. Такие кусты фуэр выращивают самостоятельно, так как дикий вид этого растения в итоге дает неприятный для глаз желто-коричневый оттенок.

Вадим всмотрелся в первое изображение. На нем высокие красавцы, выставив перед собой короткие мечи, грозили низеньким уродцам в лохмотьях. На второй картинке уродцы уже бежали прочь, а на третьей прекрасные и довольные великаны теми же самыми мечами забивали мохнатое чучело. Судя по рисунку, существо вовсе и не сопротивлялось, а только печально глядело на палачей. Под каждой картинкой была надпись, начинавшаяся со слов «героическое изгнание», и заканчивающаяся несколькими непонятными символами. Вадим никак не мог разобраться, что такого героического в том, чтобы разогнать безоружных нищих или проткнуть десятком лезвий пессимистичное страшилище, которое итак уже обижено природой. Но не исключено, что в этом был какой-то скрытый смысл, и чтобы попробовать понять это, он аккуратно перевернул страницу. Храп оборвался. Не открывая глаз, старик проговорил,

- Шут, скажи на милость, тебе мало того, что ты звенишь, словно стадо мурианов? Так ты еще и обычными страницами производишь больше шума, чем самый могучий ураган.

- Значит, Вы слышали, как я вошел? – Вадим решил не обращать внимания на подковырку хрониста.

- Не просто слышал, а потратил много сил на то, чтобы ты, наконец, понял, что пришел не вовремя. Ужели так сложно уяснить, что когда старец спит, ему не стоит мешать. Знать бы, кто так упустил твое воспитание…

На последней фразе старик открыл глаза и взглянул на нахально улыбающегося Вадима. Покачав головой, он не стал продолжать мысль о том, чтобы он сделал с нерадивым наставником и, облокотившись о стол, подпер кулаком подбородок.

- Снова я вижу в твоих глазах неуемное желание засыпать меня вопросами, - сказал он. - Можешь начинать, только, будь добр, не задавай их все сразу, я уже не молод и не так быстро соображаю.

- Вы на себя наговариваете, - Вадим улыбнулся еще шире. – Любому юноше фору дадите.

- Твоя лесть мне приятна, - спокойно проговорил старик. – Только от нее пользы, что от бедняка податей, так что можешь следующий раз не трудиться.

Вадим стушевался, но заставил себя продолжать разговор.

- В книге на вашем столе я увидел рисунки и даже немного понял из того, что там написано, - он приосанился, гордясь тем, насколько быстро ему удается справляться с фуэрскими рунами.

- Очень плохо, - недовольно проворчал старик, возвращая, перевернутую шутом страницу, на место. – Слишком медленно. Ты должен бы уже все понимать.

Внутри себя Вадим возмутился. Когда он был студентом, многие его сокурсники за два месяца успевали выучить только название предмета, а тут целый незнакомый язык. Старик прищурился.

- И что же ты понял? – спросил он.

- Здесь говорится о героическом изгнании, но меня смущают картинки. Они настолько не соответствуют тексту, что я не уверен, правильно ли прочел.

- Что означают твои слова? – удивился хронист.

- Мне всегда казалось, что героизм это способность противостоять силе, превышающей твою собственную. А тут я этого не вижу, - Вадим ткнул в картинку, где были изображены несчастные оборванцы.

- Хм, - старик взглянул на иллюстрации и потер блестящий затылок. – Это от того, что тебе не ведомо слово «долг», вдобавок, ты, видимо, не до конца понял, что тут происходит.

- Вот это я, как раз, и собирался выяснить.

- Когда-то, - старик по обыкновению принялся рассказывать с самого начала. – Все фуэр были одним народом и мирно жили на землях Фраттиса, чтя законы предков и выполняя свой долг. Но потом некоторые из нас стали вести странные разговоры о развращенности, неравенстве и необходимости перемен. Они забыли о долге, забыли о законах. Умело приплетая мораль и справедливость в свои лишенные смысла речи, отступники умудрились склонить на свою сторону сотни фуэр. Сначала мы считали, что это какая-то, помутившая разум, болезнь, и старались их изолировать, пока не найдется лекарство. Но таких становилось все больше и больше, и они уже не просто говорили, а подкрепляли свои слова действиями. Пытаясь разрушить то, что мы строили много тысяч лун, подлые изменники стали нападать на тивиссов, убивать, силой уводить их жен и дочерей. И тогда нашему терпению пришел конец: самых злобных мы уничтожили, а остальных изгнали из Фраттиса навсегда. Благо на Мирре достаточно земель. Мы – Светоносные фуэр всегда славились благородством души и чистотой помыслов, поэтому-то и оставили им их жалкие жизни, пообещав не трогать, если только они не возьмутся за старое.

Старик остановился и торжествующе взглянул на Вадима. Не найдя желаемой поддержки у слушателя, он немного сник, но продолжил,

- Они называют себя Сумеречными фуэр, хотя надо было бы запретить им применять к себе священное имя народа. До сих пор никто из предателей не пересекал границ Фраттиса, но сейчас до меня стали доходить слухи, что в Динасе несколько раз видели их. Так что, сомневаться не приходится - грядут смутные времена.

Взгляд хрониста подернулся скорбью.

- Именно поэтому, тебе не стоит покидать дом хозяина, - добавил он. - Если в городе Сумеречные, скорее всего, побоятся что-либо предпринять, то за его пределами вряд ли будут долго думать. Мерзкий народец, знаешь ли.

- Значит, ваш народ расколот на два воюющих лагеря? – осведомился Вадим.

- Не совсем, - ответил старик. – Во-первых, никакой войны нет. По крайней мере, пока слухи о Сумеречных не подтвердятся. А во-вторых есть еще Туманные, но этих совсем мало. А вот угасших много больше, но они настолько примитивны, что предпочитают действовать в одиночку.

- Стойте, - Вадим тряхнул головой, и колокольчики на его шапке зазвенели, наполняя комнату веселой трелью. – Туманные, угасшие. Давайте по порядку.

- Туманные – это фуэр, которые либо осиротели, либо были украдены в младенчестве. Они - приемыши миридов, то есть духов, призванных хранить определенный баланс всего, что есть на Мирре, будь оно материально или нематериально. Но, поскольку, само существование миридов основано на чувствах и эмоциях, их воспитанники мало приспособлены к жизни реальной, однако всегда обладают необыкновенным талантом в каком-либо из искусств. Туманные безобидны, хотя неимоверно глупы и от этого нелюдимы. Всё на что они способны, это делать толпу счастливой, демонстрируя свой дар. Многие из тивиссов хотели бы заполучить для себя кого-то из них, но никому пока не удавалось. У нас достаточно таких, кто просто выдает себя за Туманных, а кроме того, неизвестно как на пленение приемышей отреагируют сами мириды.

Старик помолчал, собираясь с духом, потом чуть понизив голос, сказал:

- Угасшие – это самые страшные твари нашего мира, ужаснее самых диких и злобных животных. Если животные пользуются инстинктами, то угасшие сохранили изворотливый ум при чистейшем отсутствии души. Есть три вида угасших: демоны, оборотни и пробудившиеся. Демоны – это фуэр, которых мириды за какие-то невиданные злодеяния после смерти не пустили в иной мир. Они опасны и хитры, их невозможно заставить подчиняться, они действуют лишь по собственной воле и принимают только понятные им одним решения. Хотя я слышал, что некоторые из Сумеречных способны с ними общаться. Оборотни – это души сами не пожелавшие покинуть этот мир и обрекшие себя на вечные скитания. Они могут быть собой, но умеют принимать иную форму. Оборотни злобные и кровожадные. Всё, что они делают, нередко приводит к смерти того, с кем они решат «поиграть». Ну и, наконец, самые страшные – пробудившиеся. Это мертвецы, которых подняли из могил некроманты. Они не ведают ничего, кроме воли хозяина, их ничто не страшит, им нечего терять.

К концу рассказа Вадим уже боролся с липким комком подступившим к горлу. Живя в имении, он и не подозревал, что вид, открывавшийся со скалы на лес и дальше, может быть не так безопасен, как кажется на первый взгляд. Демоны, оборотни, некроманты, ходячие трупы - этого было навалом в его любимых играх, но встретится с ними воочию, желания как-то никогда не возникало.

- А эти ваши угасшие, - Вадим сцепил пальцы в замок, чтобы они не выдали охватившего его страха. – Много их тут, во Фраттисе?

- Их везде полно, - отмахнулся старик. – Но ты не бойся, тут они тебя не достанут. Позже, я, на всякий случай, научу, как с ними справляться.

- Надеюсь, «всякого случая» не будет, - выдохнул Вадим.

Входная дверь с громким стуком распахнулась, и в дом хрониста стремительно вбежал Вазз.

- Ох, - крикнул он с порога. – Шут, там все уже с ног сбились, тебя ищут. Высокий тивисс гневается, а ты преспокойно сидишь здесь, и тебя ничто не тревожит.

- Я не закончил, - буркнул Вадим, даже не оглянувшись на управителя. – Приду попозже.

- Как это? – управитель оторопел. – Да ты в своем уме? Там полно гостей, все тебя ждут…

- Подождут, - перебил его Вадим. – Им что заняться больше нечем?

Вазз побагровел. Он выглядел так, будто у него из ушей вот-вот повалит пар.

- А ну-ка живо работать! – заорал он. – Пока тебе дурную башку не открутили!

Шут растянул губы в недоброй ухмылке и медленно оглянулся на управителя, тот в нетерпении переминался с ноги на ногу. Недавний страх Вадима перерос вначале в раздражение, а потом в настоящую ярость.

- Повтори, что ты сказал! – прошипел он и сжал кулаки.

- Вадим! – строго сказал хронист.

От удивления шут забыл о злости и о том, что собирался выместить ее на управителе. Впервые старик назвал его по имени. Всё это время Вадим думал, что в имении никто не помнит или, скорее, не хочет помнить, как его зовут. Раньше такое обращение обрадовало бы, но сейчас вызвало только чувство острого беспокойства. Вадим повернулся к старику, тот легонько дотронулся кончиками пальцев до его руки и тихо сказал,

- Ступай, сынок, продолжим позже.

Вадим подчинился. Два необычных обращения за одну минуту, это уже перебор, поэтому спорить как-то перехотелось.


История только тогда ненапрасна, когда в неё верят.
 
Gita_OggДата: Понедельник, день тяжелый(((, 30.07.2012, 16:06 | Сообщение # 6

Просто менестрель
Сообщений: 1019
Награды: 14
Репутация: 6
Статус: Offline
Глава 5. Побег.

На террасе перед домом хозяина толпилось десятка два разодетых мужчин. Они пили, смеялись, разговаривали. Ни один из них не находился в ожидании и вполне весело проводил время. В самом центре, окруженный группой особо расфуфыренных вельмож, стоял довольный Драхайз. Вадим раздраженно засопел. Ну и кто тут кого ищет? Стоило ли Ваззу так орать.

Шут подошел к краю террасы. Звон привлек внимание хозяина и тот поманил Вадима пальцем.

- Вот, это мой шут, - Драхайз широко улыбнулся. – Презабавный малый, скажу я вам. У него даже собственный меч есть, очень большой.

Тивисс широко развел руки, показывая длину меча. Ближайший от Вадима жирный гость, одетый в одежды цвета птичьего помета, затряс тремя подбородками и высоким, писклявым голосом спросил:

- И кого же ты низвергаешь в бездну своим мечом, шут?

- Чудищ всяких, - безразлично ответил Вадим.

Гость был ему неприятен, но оставлять вопросы без ответа здесь не полагалось.

- Например, каких? – спросил другой, выглядевший так, словно проглотил длинный негнущийся штырь.

Вадима так и подмывало ответить, что таких же заносчивых и противных, как те, что наводнили сейчас террасу, но он, сцепив зубы, сдержался и брякнул первое, что пришло на ум:

- Драконов, например.

- Драконов? – переспросил жирдяй и все его подбородки заходили ходуном от смеха. – Ты, наверное, просто показываешь им меч, и они сами дохнут, так?

- Совсем нет, – Вадим раздражался всё больше. – Вначале запрыгиваю к нему на спину, а затем протыкаю голову насквозь.

- Запрыгиваешь? На дракона? – спросили хором те, кто стоял рядом.

– Да ты изверг! – радостно перебил другой мужчина, до этого не участвовавший в разговоре. – Несомненно, несчастные малютки издают громкие хлопки, когда лопаются под тяжестью твоего веса.

Гости засмеялись, зашушукались, одобрительно закивали головами. Тивисс чуть приподнял подбородок и торжествующе оглядел толпу. Шут презрительно поморщился. Глупые шутки, идиотское положение. Когда же это кончится?

Проглотив липкий комок, Вадим решил отойти в сторонку от группы слишком навязчивых фуэр, но путь ему преградил молодой человек с идеальными чертами пластмассовой куклы и примерзшей к губам фальшивой улыбкой. Вадим недовольно хмыкнул и посмотрел ему прямо в глаза. Молодой гость удовлетворенно кивнул.

-Передай Драхайзу, - громко начал он, затем наклонился к самому уху шута и прошептал несколько фраз.

Вадим отпрянул и возмущенно уставился на гостя.

- Но это же чистой воды оскорбление! – воскликнул он. – Я не стану говорить такое. Вы вообще отдаете себе отчет?

- Шут! – громко выкрикнул хозяин. – Что просил передать мне тивисс Кестадлиол?

- Вот пусть сам и говорит, - недовольно буркнул Вадим.

- Шут, - Драхайз сделал несколько шагов вперед и угрожающе постучал об пол длинной тростью. – Я жду!

Молодой гость мерзко ухмыльнулся. Вадим глянул на него, возненавидел всей душой, а потому не стал подбирать слова.

- Этот гад, - проговорил он мстительно. – Сказал, что тебе, Высокий тивисс, даже не стоит помышлять о женитьбе, потому как ты настолько уродлив, что любая дурнушка будет слишком хороша для тебя.

Тивисс масляно улыбнулся гостю, высоко поднял трость и со всей силы огрел шута по плечу. От неожиданности Вадим сжался. Острая боль вонзилась в тело. Плечо тут же онемело, а боль последовала дальше, ударив сразу в руку и шею. Вадим отскочил, схватился за предплечье и ошарашенно уставился на хозяина.

- Ты что творишь, Драхайз? - заорал он, прибавив к вопросу несколько ядреных ругательств.

- Отвечаю нашему дорогому гостю, - спокойно ответил тот.

- Разуй глаза, - Вадим негодовал. – Ты бьешь меня!

- Разве? – тивисс засмеялся. – Вовсе нет. Ты тут совершенно ни при чем. Будь другом, подойди.

Вадим осторожно приблизился. Драхайз прошептал ему на ухо несколько слов и показал на молодого нахала. Всё еще озадаченный, но неистово жаждущий мести, шут повернулся к наглецу и с нескрываемым злорадством сообщил:

- Тивисс Кестадлиол, ты просто вонючий грамп.

Вадим не знал, что такое «грамп», но звучало вполне оскорбительно. По крайней мере, остальные гости прекратили разговоры и теперь с интересом глядели на происходящее.

Скрестив пылающий ненавистью взгляд с не менее враждебным взглядом хозяина, молодой тивисс сделал несколько быстрых шагов к Вадиму и со всей силы врезал ему кулаком в лицо. На какое-то мгновение свет в глазах шута померк и, чтобы не упасть, он отступил на несколько шагов.

Быстро очухавшись, Вадим поднял кулаки, намереваясь как следует ответить нападавшему, но услышал гневный крик Драхайза, замешкался и пропустил момент, когда на него обрушился неожиданный и страшный удар со спины. Ноги подкосились. Выставляя руки перед собой, чтобы хоть как-то защититься, Вадим съежился и согнулся. Кровь бухала в виски, подобно оголтелому шаману, стучащему в свой зловещий бубен, а удары продолжали сыпаться с двух сторон один за другим, не давая даже короткой передышки. Боль раздирала тело. Мысли спутались тугим клубком, и только ужас выбивался наружу вздернутыми, лопающимися нитями.

Очень скоро страх обратился в панику. Конечности отказались слушаться. Шут закричал и безвольным мешком повалился на пол, но удары стали только сокрушительнее. Лицо заливала кровь. Перед глазами заплясали багровые пятна. Бессвязный комок сознания сжался, вздулся невыносимой болью и лопнул одной единственной мыслью: «Господи, только бы выжить!». Последнее, что увидел Вадим, прежде чем потерять сознание, как недавние противники примирительно возлагают ладони друг другу на головы.

Очнулся шут уже в другом, незнакомом ему помещении. Всё тело ныло и болело. Он попробовал повернуться на бок, но от этого стало только больнее и, вдобавок, закружилась голова. Вадим застонал.

- Пришел в себя, - услышал он смутно знакомый голос где-то неподалеку.

- Уже хорошо, - ответил другой, который Вадим узнал сразу, голос принадлежал хронисту.

Шут снова застонал, сделал над собой усилие и, схватившись за голову, попытался сесть. Получилось только чуть приподняться и разглядеть, кто находится в комнате. На кровати у его ног действительно сидел хронист, а чуть поодаль у маленького окна стоял маг.

- Да, крепко тебе досталось, - покачал головой старик. – В первый раз и сразу так крепко.

- То ли еще будет, - пробубнил маг.

- Что это значит? – вскрикнул Вадим, тут же ощутил, как в легкие будто бы вонзились сотни острых шипов и бессильно откинулся на подушку.

- С сегодняшнего дня хозяин враждует с тивиссом Кестадлиолом, - стараясь не издавать резких звуков, проговорил старик. – Оказалось, что они претендуют на руку одной и той же дамы. Отныне такие вот потасовки станут их обычным занятием.

- Потасовки? – Вадим предпринял слабую попытку побороть истерику. – Они меня избили! Сначала заставили наговорить друг другу гадостей, а потом ни с того ни сего стали бить.

- Всё верно, - вздохнул хронист. – Благородным тивиссам запрещено оскорблять равных, а уж тем более применять силу. Это карается смертной казнью.

- А я здесь каким боком? – Вадим накрыл лицо ладонями, сдерживая рвущийся наружу вопль.

- Так ты для этого и нужен, - холодно пояснил маг. - Они не могут ничего сделать прямому обидчику, а тебе могут. Ты вроде соломенного пугала, что сжигают крестьяне, когда недовольны очередным указом. Это хороший выход из ситуации.

- Что? – Вадим не поверил ушам. – Да кто они, чтобы позволять себе творить такое с живым человеком?

- Ты разве еще не понял? – печально усмехнулся маг. – Они не считают тебя человеком, скорее, домашним животным.

Подросток снял очки, посмотрелся в них, отшвырнул в сторону и отрешенно уставился в окно.

- Пока не появился ты, я был твёрдо уверен, Драхайз – истинно благородный тивисс, - проговорил он. - Ты всколыхнул в нем все низменные чувства. И теперь я не знаю даже как мне оценивать самого себя. Будет лучше, если ты покинешь этот дом. Без тебя всё станет, как раньше.

- Ему не выжить за пределами имения, - удрученно констатировал хронист.

- Ты полагаешь, здесь он проживет дольше? – криво усмехнулся маг.

- Объясните, что это всё значит, – выкрикнул Вадим. – И перестаньте говорить обо мне в третьем лице!

Старик тяжело вздохнул.

- Мальчик прав, - сказал он. – Я ошибался, но теперь вижу яснее некуда. Твое тело настолько непривычно к побоям, что тебе их долго не выдержать. А дальше будет только хуже, уж можешь мне поверить.

Он задумчиво поглядел на мага.

- Хватит сил устроить ему побег?

Маг смерил старика высокомерным взглядом.

- Проще простого, - ответил он.

- Хорошо, - хронист перевел взгляд на Вадима. – Сегодня ночью ты покинешь имение.

- А как же вся та жуть, о которой вы рассказывали? – Вадима била нервная дрожь.

Все происходило слишком быстро, чтобы он успел это как следует осознать. Шут уже понял, что здесь его не ждет ничего хорошего, но и там, за невидимым забором открывались перспективы, одна ужаснее другой.

- Чтобы избежать козней угасших, важно помнить несколько непреложных правил, - сказал старик. – Двигайся только по дороге, которую тебе укажет маг. Не сворачивай в лес ни при каких обстоятельствах. И упаси тебя Вседержитель хотя бы голову повернуть в сторону всех тех, кто будет приставать с различными предложениями, насколько заманчивы они бы тебе не показались. Будешь все делать правильно, до города доберешься без приключений, а уж там попроще будет.

Хронист отвязал от пояса небольшой кожаный мешочек и повесил Вадиму на шею.

- Здесь двадцать арианов, - пояснил он. - Это всё, что должен хозяин за службу. Если вести себя скромно, можно прожить на них в Динасе несколько недель.

Он положил ладонь Вадиму на голову, сопроводив движение глубоким вздохом.

- Надеюсь, за это время я успел научить тебя чему-то, что поможет достойно продолжить путь. Прощай, Вадим. Память о тебе навсегда останется в домашних хрониках, и я сделаю всё, чтобы она была хорошей.

- Спасибо, - сдавленно отозвался Вадим.

Когда старик покинул комнату, маг приблизился к шуту и склонился над ним.

- Теперь спи, - приказал он.

Несколько раз ткнув Вадима растопыренной пятерней в грудь, маг прибавил.

- Я приведу твое чахлое тело в порядок и разбужу, когда настанет пора.

- Послушай, - возмутился Вадим, стараясь не орать после каждого прикосновения подростка. – Если ты будешь так делать, вряд ли я смогу уснуть. И вообще, о каком сне может идти речь, когда на меня столько всего свалилось?

Маг оскалился, легонько стукнул шута в лоб и тот мгновенно отключился.

Через какое-то время Вадиму показалось, что рядом кто-то есть. Из тени на него выдвинулось большое зеленое существо. Шут инстинктивно закрылся от него руками, но вдруг увидел, что существо подобострастно склонило колени и грубым, но приятным голосом произнесло:

- Как вождь своего народа, я пришел лично выразить тебе почтение, достославный герой. Ты наш спаситель и мы воздадим тебе почести, которые, бесспорно, и на половину не вознаградят тех великих деяний, что ты совершил!

Вадим, наконец, разглядел в нем орка и, более того, узнал его. Он осторожно положил ладонь на плечо вождю, тот поклонился еще ниже.

- Поднимись, - сказал Вадим благосклонно. – Достаточно того, что ты сам пришел, сказать это. Большего мне не нужно.

Орк осклабился, вскочил, схватил Вадима за плечи и встряхнул с такой силой, что зазвенело в ушах.

- Вставай! – гаркнул он грубо. – Просыпайся, глупый шут!

- Я и не сплю, - обиженно ответил Вадим и открыл глаза.

Над ним возвышался пыхтящий, злой маг.

- А где вождь? – тупо спросил Вадим.

- Какой еще вождь? – раздраженно крикнул мальчишка. – Тебе пора убираться отсюда. Идем!

Вадим понял, что орк был всего лишь сном и разочарованно вздохнул. Он хотел сказать, что в его состоянии быстро подняться, а уж тем более куда-то пойти будет довольно непросто, но, чуть пошевелившись, с удивлением обнаружил, что чувствует себя настолько же хорошо, как и до всей этой истории. Уже не сопротивляясь, шут встал с постели. Маг сорвал с его головы колпак, бросил на пол и вытолкал наружу. Осторожно прикрыв дверь, он устремился по темному коридору, шепча ругательства каждый раз, когда шут умудрялся наступать на скрипучие половицы.

Выбравшись во двор без особых затруднений, они, пригибаясь, побежали вниз по плиточной дорожке. Когда цель уже замаячила впереди массивными очертаниями, маг неожиданно кинулся в кусты и утащил за собой шута. Отплёвываясь от комьев влажной земли, Вадим увидел, как от ворот отделилась фигура и потопала по направлению к дому прислуги. Это был Вазз.

Остановившись недалеко от заговорщиков, управитель поднял над головой фонарь с хаотично пляшущей в нем шаровой молнией. Маленький светящийся шарик постоянно бился в стекло, издавая глухой стук. Каждый удар заставлял шута вжиматься в землю все сильнее.

На лице управителя читалось сильное беспокойство. Вглядываясь в темноту, он подошёл к кустам почти вплотную. Световой луч скользнул по листве, грозя раскрыть все тайные планы. Вадим зажал рот рукой, чтобы шумным дыханием не привлечь внимания чрезмерно любопытного толстяка и мельком взглянул на мага. Тот оставался абсолютно спокоен и лишь беззвучно шевелил губами. Вазз нахмурился, шагнул в кусты, но внезапно застыл. Видно было, что он вдруг перестал понимать, почему всё ещё здесь, когда давно пора на боковую. Почесав затылок, управитель в последний раз окинул взглядом растительность, пожал плечами и, круто развернувшись, зашагал прочь. Стук стал удаляться.

Как только всё стихло, маг вскочил и, впиваясь острыми ногтями в плечо шуту, поволок его в сторону от дорожки через царапающиеся кусты к невидимому забору. Уже около него, он грубо оттолкнул Вадима и принялся быстро нашёптывать нечто непонятное. Выдыхая сумбурные фразы маленькими трепещущими облачками пара, он медленно поднял обе руки. В воздухе заискрило. Раздался тихий хлопок и ближайшая к ним часть забора стала видимой. У Вадима отвалилась челюсть. Перед ним предстало нечто. Оно было огромным и полупрозрачным, мерцало голубоватым светом и рябило от постоянно вздувающихся то здесь, то там пузырей.

Маг направил указательный палец в загадочную преграду и, продолжая приговаривать, нарисовал в воздухе окружность. Такая же окружность появилась на «стене», образовав в ней дыру. Мальчишка поспешно ухватился за края и стал тянуть их в противоположные стороны, увеличивая отверстие в размерах. Шепот оборвался. Лицо мага исказила судорога. По всему было видно, что эта процедура дается ему очень и очень нелегко. Кривясь от боли, подросток хрипло сказал:

- Прыгай, шут, быстрее!

- Проход слишком узкий, - неуверенно заметил Вадим.

- Прыгай, оборотня тебе в чресла! – зашипел маг.

Вадим разбежался и прыгнул. За его спиной раздался треск. Свет померк. Шут потер ушибленное колено, поднялся и повернулся к мальчишке. Тот тяжело дышал, прижимая к груди трясущиеся руки.

- Теперь уходи, - сказал маг приглушенным голосом. - Выйдешь на дорогу, следуй в обратном направлении. Как дойдешь до второй развилки, сверни направо. Через пару сотен шагов наткнешься на указатель, он покажет, какой из путей ведёт в сторону Динаса, а там уже все время прямо. Не ошибешься.

- Спасибо, - сказал Вадим.

- Не стоит, - хмыкнул маг. – Не для тебя стараюсь.

- Неважно, - Вадим тряхнул головой. - Всё равно спасибо.

Маг поджал губы.

- Ладно уж, скажу, - процедил он.

Мальчик поднял дрожащую ладонь и Вадим заметил, что кожа на ней покраснела и кое-где уже пошла волдырями.

- Пусть хранят тебя мириды, шут, - произнес маг торжественно, опустил руку и язвительно добавил. – Только смени одежду, ты своим ярким нарядом всех хищников к себе привлечешь, а то и кого покрупнее.

- И как же я это сделаю? – не менее язвительно спросил Вадим. – Моя-то одежда в доме осталась.

Маг кашлянул и скривился.

- Так ограбь кого-нибудь, – раздраженно бросил он. – Тупой что ли? Только выбери того, кто еще слабее тебя, не то сам огребешь.

Развернувшись, он пошел прочь, бубня себе под нос витиеватые ругательства. Вадим собрал волю в кулак и зашагал в противоположную сторону.


История только тогда ненапрасна, когда в неё верят.

Сообщение отредактировал Gita_Ogg - Понедельник, день тяжелый(((, 30.07.2012, 23:29
 
ЛиссаДата: Понедельник, день тяжелый(((, 30.07.2012, 21:09 | Сообщение # 7

Увлеченный
Сообщений: 67
Награды: 3
Репутация: 3
Статус: Offline
ЫЫЫыы! )))))) Я прочитала только первую главу, но я в восторге. biggrin Мой внутренний бет может спать спокойно. Текст у вас очень чистый, хорошо написанный. От смысла тащусь, как тот удав по стекловате. Давненько не читала таких правдоподобных Мэри Сью. Это я шучу, конечно. Пока М.С. тут даже не пахнет. И если так будет продолжаться, я смогу только порекомендовать сразу отправлять эту вещь в издательство. smile
 
Gita_OggДата: Понедельник, день тяжелый(((, 30.07.2012, 21:20 | Сообщение # 8

Просто менестрель
Сообщений: 1019
Награды: 14
Репутация: 6
Статус: Offline
Спасибо большое. Очень вдохновляет на то, чтобы дописать книгу до конца. Ведь так мало осталось smile (синопсис и 21 глава готовы, не хватает только отзывов для последнего рывка). Ещё раз спасибо.

История только тогда ненапрасна, когда в неё верят.

Сообщение отредактировал Gita_Ogg - Понедельник, день тяжелый(((, 30.07.2012, 21:25
 
ЛиссаДата: Понедельник, день тяжелый(((, 30.07.2012, 22:23 | Сообщение # 9

Увлеченный
Сообщений: 67
Награды: 3
Репутация: 3
Статус: Offline
УПД. Дочитала. Выходит интересно. Кое-где меня правда немного смутили эмоции. Например повисание у друида на рукаве, и подпрыгивание от удара во время "потасовки" тивиссов (человек обычно приседает, или сжимается от такого).
Ну и в паре мест буквально орфография хромает, например, "итак" в том смысле, что у вас, пишется раздельно, "ни то сам огребешь" - "не то".
" оставалось только, что" и ниже "Спасало только, что" -в обоих случаях нужно добавить "то" перед запятой.
 
Gita_OggДата: Понедельник, день тяжелый(((, 30.07.2012, 22:36 | Сообщение # 10

Просто менестрель
Сообщений: 1019
Награды: 14
Репутация: 6
Статус: Offline
Большое Вам спасибо. Обязательно исправлю. Эмоции тоже перечитаю и подправлю. Вот, то о чём я говорила, очень не хватает свежего взгляда. Надеюсь, в остальном Вас не разочаровало то, что Вы прочли.

История только тогда ненапрасна, когда в неё верят.

Сообщение отредактировал Gita_Ogg - Понедельник, день тяжелый(((, 30.07.2012, 22:40
 
Gita_OggДата: Понедельник, день тяжелый(((, 30.07.2012, 23:30 | Сообщение # 11

Просто менестрель
Сообщений: 1019
Награды: 14
Репутация: 6
Статус: Offline
Всё исправила, не могу найти только "итак". Вроде бы все "итаки" в том контексте, что у меня должны писаться раздельно. Подскажите, пожалуйста.

История только тогда ненапрасна, когда в неё верят.
 
ЛиссаДата: Вторник, 31.07.2012, 01:20 | Сообщение # 12

Увлеченный
Сообщений: 67
Награды: 3
Репутация: 3
Статус: Offline
Gita_Ogg, нет, не разочаровало. Пока все нравится. И очень. smile Немного напрягла только девушка с демоном. По опыту остальных чем-то похожих историй показалось, что вот она, готовая любовная линия, а такие любовные линии, которые понятны уже с первых строчек появления "пары" меня всегда нудят (ну... это для меня как детектив, где с первых строчек уже угадывается убийца). >____< Впрочем, это исключительно мои личные тараканы. Многим это нравится и совершенно не напрягает. А может, я вообще просто дую на воду. ))))

По поводу "итак" - мне жутко стыдно. Выцепила где-то в середине текста, и понадеялась, что вы с ним знакомы лучше меня, поэтому найдете... crazy Сейчас уже и сама не могу найти... В любом случае, это не критично. Я сама некоторое время назад допускала эту же ошибку. Здесь достаточно запомнить только, что оно пишется слитно, когда автор или герой подводит итог, или, наоборот, приступает к чему-то. Например: "Итак, давайте начнем с самого начала". Или "Итак, у нас есть все улики". В остальных случаях оно раздельно. "Мы и так уже задержались". Ну да это на всякий пожарный на будущее (вдруг вы сами это знаете, просто допустили очепятку).
 
Gita_OggДата: Вторник, 31.07.2012, 01:30 | Сообщение # 13

Просто менестрель
Сообщений: 1019
Награды: 14
Репутация: 6
Статус: Offline
Да, спасибо. Как раз из-за этого правила и не смогла найти, где же я ошиблась. Но поищу ещё. По поводу девушки с демоном, могу Вас успокоить (и себя заодно) - между ней и главным героем любовной линии не предвидится.

История только тогда ненапрасна, когда в неё верят.
 
PretorДата: Среда, 01.08.2012, 06:56 | Сообщение # 14

Специалист
Сообщений: 198
Награды: 7
Репутация: 6
Статус: Offline
Gita_Ogg, хороший слог. Правда, многовато прилагательных. Ненужных. Совсем. Отчего некоторые обороты становятся громоздкими и неестественными.

Повторюсь, к изложению особых вопросов нету, но к содержанию... Вы серьезно? Очередной попаданец? Ну доколе ж?

Я, конечно, понимаю, так проще во многих аспектах. А может, "проще" - не всегда значит "лучше"? Неужели никак по-другому нельзя ввести читателя во вселенную, только на плечах очередного неудачника-эскаписта с Земли? Воля ваша, конечно. Мир увлекательный (вроде бы, пока рано судить), интересные типажи, но завязка просто вышибает слезу.


I'm just a segment of your imagination
 
Gita_OggДата: Среда, 01.08.2012, 09:43 | Сообщение # 15

Просто менестрель
Сообщений: 1019
Награды: 14
Репутация: 6
Статус: Offline
Простите smile Так уж получилось, что начала с поподанца. Действительно легче, а кроме того, хотелось, что бы этот конкретный отличался от многочисленных представителей своего вида. Видимо, не получилось (один из штампов я всё-таки впихнула, да ещё и в первую главу). И как ни горько мне осознавать вышесказанное, но теперь жалко незадачливого товарища (книга почти дописана, он мне, как родной), поэтому придётся с ним мириться smile Надеюсь, что у меня получится убедительно и читатели простят. Конечно, правильнее было бы начать что-то новое, но я - слабак (не знаю женского рода этого слова) и признаю это.

Прилагательные буду чистить, спасибо. У меня к ним особая привязанность, есть такой грешок.

Обещаю, впредь избегать штампов в творчестве.


История только тогда ненапрасна, когда в неё верят.
 
Форум » С пером в руках за кружкой горячего кофе... » Ориджинал » Порванный мир. Книга 1. Я так не играю. (фэнтези (черновик). Очень прошу оставлять отзывы и критику.)
  • Страница 1 из 3
  • 1
  • 2
  • 3
  • »
Поиск:

 

 

 
200
 

Оцените наш сайт
Всего ответов: 235
 





 
Поиск