Вход · Личные сообщения() · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS Наша группа в ВК!
  • Страница 1 из 1
  • 1
Модератор форума: Lord, Cat-Fox  
Форум » С пером в руках за кружкой горячего кофе... » Фанфикшн » "На зеркальной поверхности". (D.Gray-man, Джен, ООС, АУ, драббл)
"На зеркальной поверхности".
Kir_LugaruДата: Суббота, 17.03.2012, 10:37 | Сообщение # 1

Любитель
Сообщений: 20
Награды: 1
Репутация: 0
Статус: Offline
Название: На зеркальной поверхности.
Автор: Kir Lugaru
Фэндом: D.Gray-man
Персонажи: Лави, Дик; мельком - Канда Юу, Аллен Уолкер
Рейтинг: G
Жанры: Джен
Предупреждения: OOC
Размер: Драббл, 5 страниц
Статус: закончен
Описание: Минутная стрелка против идет часовой. (с)
Публикация на других ресурсах: С разрешения. Поделиться с ссылкой.
Примечания автора: Закончен не так давно, начат аж в январе прошлого года.


Dead come back home on Samhain.

Сообщение отредактировал Kir_Lugaru - Суббота, 17.03.2012, 10:38
 
Kir_LugaruДата: Суббота, 17.03.2012, 10:37 | Сообщение # 2

Любитель
Сообщений: 20
Награды: 1
Репутация: 0
Статус: Offline
Минутная стрелка против идет часовой.
(Сплин – Лабиринт)


Безумие в зелени глаз. Губы искажены кривой ухмылкой. Дрожащие руки тянутся к лицу, скользят во взлохмаченные рыжие короткие волосы, сжимаясь в кулаки, чуть тяня, потом отпуская и взъерошивая, еще больше путая, и безвольно падают вниз. А взгляд не отрывается от отражения. Или это не отражение вовсе?...
Тихий смех с нотками отчаяния и злости эхом отзывается от стен в пустой комнате. Мгновенье – и холодная поверхность стекла остужает огонь внутри, но безумие не заканчивается. Оно только начинается.
Ладони с легким трепетом прикасаются к стеклу, будто человек пытается дотронуться до своего отражения, которое улыбается…не так, как он. Как-то понимающе, с мимолетным сочувствием и нескрываемым превосходством.
У него вышло. Тот, что с другой стороны, что сейчас заливается хриплым смехом, теперь его. Полностью. До дна. И он никогда не сможет вернуться обратно, даже с чьей-то помощью – слишком не позволительная роскошь.
-Лави, - тишина. Мимолетное неверие в глазах сменяется гневом. Дик лишь усмехнулся – 49ый все еще пытается бороться с ним, тем самым сильнее затягивая веревки на своем теле. На их теле.
-Глупый Лави… - приглушенное рычание в ответ заставляет шире улыбнуться и еле сдерживать смех, - мой глупый Лави.
Приговор. Тишину разрывает звон падающих на пол осколков и капающая с глухим звуком алая кровь.
-Никогда, - тихий шепот, и руки сильнее сжимаются в кулаки до побеления костяшек, - никогда.

Он сходит с ума. Нет. Его намеренно сводят с ума. Ученик книжника старается избегать любых поверхностей, что способны отражать предметы – он видит не себя, а Дика, своего предшественника. И это вызывает почти не контролируемое желание разбить, сломать, уничтожить то, откуда на него, улыбаясь, смотрит 48ой. Не-вы-но-си-мо. Видеть себя и понимать, что это – не ты. От этого губы поневоле растягиваются в оскал, но нужно же придерживаться маски весельчака. Только шутки в последнее время не такие дружелюбные, а порой кулаки сами собой сжимаются, и, лишь добравшись до своей комнаты, Лави может выплеснуть накопившееся напряжение, до крови разбивая костяшки рук о стены. Потом, на следующий день, как ни в чем не бывало, улыбаться «друзьям», знакомым. Каждому встречному. Так правильно. Нет. Так – надо.
Корочку запекшей крови на руках легко можно объяснить тренировками. И все купятся. И только виновник этого будет знать правду разбитых рук и появления алых разводов на стенах комнаты.
Так же масла в огонь подливает тихий-тихий шепот Дика где-то на уровне бессознательного, каждый раз вытягивающий все терпение ученика книжника, что тот предпочитает умолчать или вести мысленные споры с предшественником. Ну как споры…была б возможность – Лави собственными руками создал бы для Дика отличительные знаки на его физиономии, чтобы точно знать, где отражение, а где - этот ненормальный. И чем больше юный ученик книжника позволяет себе уходить из реальности, чтобы в очередной раз порычать на своего предшественника, тем больше он превращается в марионетку в умелых руках кукловода.

***

«Заткнись…» - одними губами вторил своим мыслям юноша с огненными волосами, прикрыв ладонью глаза, чтобы скрыть от своих спутников раздражение. Мерный стук колес двинувшегося поезда постепенно успокаивает. Но этот чертов голос, так похожий на его собственный…
«Нет, ну ты только посмотри, Лави! Любо-дорого смотреть, как эти двое готовы друг другу глотки грызть!» - Дика явно забавляли споры Канды и Аллена. Была бы возможность, 48ой аплодировал бы стоя этим экзорцистам.
- Лави, ты себя хорошо чувствуешь? – а это, кажется, голос Уолкера. Или нет? Ученик книжника заставил себя открыть глаза и посмотреть на подростка, который обеспокоенно вглядывается в его лицо.
«Так, улыбочку, мальчик, и с песней!»
«Заткнись!»
- Все в порядке, Ал, просто задумался, - послышалось чье-то тихое фырканье, потом возмущенная реплика мальчишки. И вновь перебранка, которая и в драку-то нормальную не вылезет. Все слишком банально. Слишком…
«Это сводит с ума, да, Лави?»
«Ты меня сводишь с ума, сукин сын, заткнись уже!»
«Нахватался выражений от того экзорциста? Какой плохой пример ты для себя взял! Ай-яй-яй…»
«Дик, клянусь, не заткнешься…»
«А что ты мне сделаешь, Лави?».
Еле сдержавшись от тихого грудного рыка, молча забрался на вторую полку, повернувшись «к миру задом», игнорируя удивленный взгляд Аллена и подозрительный – Канды, и закрыл глаза, впиваясь ногтями в обивку полки.
«Он видит, он все видит.… И скоро он либо сдаст тебя старику или Комуи, либо хорошенько вдарит тебе по мозгам – ему ведь не нужны сумасшедшие напарники… А представь, если та малышка с темно-зелеными волосами заметит! Подобно курице будет с тобой носиться, шагу не даст ступить, а если…»
«Дик... Будь хорошим мальчиком – захлопни пасть!»
И так тошно от того, что 48ой прав, так еще этот его тихий, но странный, почти убаюкивающий шепот, что звучит в голове, заставляет разрываться от желания убиться или убить этого ублюдка. Но вся загвоздка в том, что он в его голове. И это кажется таким бредом, таким безумием.… Будто ученик книжника спит, и ему снится этот сумасшедший, ненормальный сон, который, кажется, никогда не закончится.
«Лави… Мой милый Лави…» - последнее, что юноша слышит перед тем, как провалиться в забытье под стук колес. И легкое прикосновение теплой руки к своей щеке.… Но это могло и показаться.

***

- Лави…. – почти неслышный звон отражающегося эха, который словно звучит отовсюду и исчезает где-то на губах. Чье-то осторожное прикосновение к непослушным рыжим прядям спящего юноши, почти порхающее, невесомое, словно человек боится причинить боль. Ученик книжника едва заметно хмурится сквозь сон, а чужая кисть скользнула ниже, кончиками пальцев, чуть касаясь, проводит замысловатые линии на лице Лави, повторив контур губ, спустившись к шее, чтобы в следующее мгновение сомкнуться стальной хваткой на ней, заставив спящего прогнуться, распахнуть глаза и резко сесть, с удивлением не увидев рядом с собой никого. Глотая воздух, держась ладонью за шею, все еще ощущая горящие на коже следы от чужих пальцев, ученик книжника смотрит вокруг и замирает, вновь слыша свое имя, что будто отражается от стекла – такой же холодный, чуть вибрирующий звук.
- Сука… - прошипел сквозь стиснутые зубы Лави, поднимаясь на ноги и вглядываясь в полумрак, где видны блики на зеркальных поверхностях. Собственный голос тихим эхом отозвался в зеркальных коридорах, пропадая в тяжелом полумраке. Холодно, но отнюдь не от того, что стоит босиком на каменном полу и что на нем из одежды только штаны. Холод идет от тусклого, мертвого блеска зеркал. Подойдя ближе и не увидев своего отражения, огневолосый юноша удивленно прикоснулся ладонью к гладкой поверхности стекла.
- Ты ведь этого хотел, Лави. Не видеть себя в зеркалах, - голос, звучащий из-за спины, пронизывающий все тело, звеня натянутой струной, заставил резко обернуться, чтобы наткнуться взглядом на очередное зеркало, в котором кроме того тяжелого полумрака нет ничего.
- Что за шутки, Дик? – стараясь держать себя в руках, ученик книжника заметил какое-то движение за углом и рванул туда, почти врезавшись на повороте в стекло. Непонимающе смотря по сторонам, видит только зеркала, не отражающие его. Словно его нет и никогда не было. Полумрак кажется почти физически ощущаемым, давящим на плечи, на грудь, не давая вздохнуть нормально, заставляя делать вздохи короче и чаще. «Спокойно, это всего лишь сон…»
- Ты прав, мой милый Лави, это просто сон, чего так волноваться? – вновь этот шепот, но уже звучащий откуда-то с боку, заставив юношу с огненными волосами отступить на несколько шагов в сторону, ударившись плечом о зеркало. «Да сколько их тут?!» - пятясь, то и дело натыкаясь на очередную пустую стеклянную преграду, смотрит по сторонам в надежде увидеть хоть что-то, хоть какое-то движение, помимо этой мертвой тишины в отражениях. Дышать с каждым разом все труднее, ноги не слушаются, а рук он не чувствует – слишком часто прикасается ладонями к ледяной поверхности своего личного Ада.
- Ты ненормальный, - прошептал ученик книжника, пытаясь найти выход из этого чертового лабиринта зеркал. Дик усмехнулся, наблюдая за тем, как самообладание постепенно уступает место панике, как страх наполняет сознание 49го, как безысходность кошачьей поступью приближается к нему из зеркал, запрыгивает на грудь, вонзает свои коготки в сумасшедшем темпе бьющееся сердце, медленно разрывая его на мелкие кусочки, упиваясь застывшим в горле криком, сыто, хищно урча прямо в широко распахнутые глаза, в черных омутах зрачков которых - зеркала….
Лави, тяжело дыша, замер, прижавшись спиной к холодному стеклу, неотрывно смотря на выходящего из зеркала напротив Дика, который спокойно улыбается, будто пригласил соседа на чашку чая. Хотел было дернуться, чтобы от души заехать по этой наглой рыжеволосой морде, да только тело не слушается, будто прикованное невидимыми путами к зеркальной поверхности. По спине – сотни, тысячи холодных, противно-липких мурашек пробежали, когда 48ой подошел ближе, почти вплотную, что можно ощутить его теплое дыхание на сухих и чуть посиневших от холода губах.
- Ты боишься меня? – наигранное удивление и почти невинная улыбка в сопровождении угрожающего рычания со стороны 49го, - посмотри, Лави, - Дик грубо развернул юношу к себе спиной, по-хозяйски обнимая, - Тебя ведь не существует….
Дрожь по телу от тихого, почти по-отечески ласкового шепота 48ого, который не упускает возможности привести своего последователя к прозрачной грани его – нет, их - сумасшествия. Юноша с огненными волосами с ужасом смотрит на не отражающую поверхность зеркала, не в силах оторвать взгляда и не в состоянии дернуться, вырваться – слишком крепка тонкая паутина, обвившая руки и ноги.
- Не правда… - тихий шепот сорвался на выдохе с холодных губ и растворился в стеклянной пытке, звоном отозвавшейся, словно смеясь над бледным пленником своих страхов и прошлой жизни, - не правда…
- Лави, тебя ведь никогда не было, - не выпуская из рук свою добычу, не слушая дрогнувший голос 49го, Дик с немым восторгом одной рукой перебирает спутанные рыжие пряди Лави, чувствуя неконтролируемую дрожь этого тела, наслаждаясь расширенным от страха зрачком не скрытого повязкой глаза. «У страха глаза велики, да, Лави?». Усмехнувшись, 48ой сильнее прижал к себе парня, дрожащими губами повторяющего:
- Не правда… Ты лжешь…
Каково это? Смотреть в зеркало и не видеть самого себя? Каково, когда в мысли врывается спокойный уверенный голос, говорящий, что ты – миф? Когда этот голос, похожий на твой собственный, заставляет поверить в это? Просто нет, и никогда не было….
Не смея закрывать глаза, словно боясь не проснуться, медленно опускаясь на колени и не отрывая взгляда от поверхности стекла, Лави прислонился дрожащими ладонями к зеркалу, водя по нему в неверии и в слепой надежде увидеть хоть что-то рыжее, как шерсть лисицы, или зеленое, как утренняя весенняя трава. «Не правда… Я есть, я живой…» - мысленно повторяет юноша, в поисках доказательств самому себе, что это так, что речи Дика являются ложью, что ученик книжника по имени Лави существует, живет. Неотрывно наблюдая за парнем, 48ой самодовольно хмыкнул, наклонившись и резко потянув за волосы, заставил запрокинуть голову и посмотреть на него, вызвав болезненно-озлобленное шипение рыжеволосого.
- Смирись, Лави, - улыбнувшись на сдавленный мат ученика книжника, вновь заставил того смотреть в зеркало, сильнее сжав волосы. Кусая губы в кровь, 49ый рвано выдохнул, вцепившись в держащую его волосы руку предшественника, до боли в спине выпрямляясь, пытаясь ослабить хватку или хотя бы не позволить снять скальп с себя.

- И почему ты мне упрямишься? Это ведь я тебя создал, - тихий шепот на ухо, - я тебя придумал. Полностью: характер, взгляд, улыбку, даже интонацию голоса… Все в тебе создано мною.
Где-то треснуло зеркало, и мелкие осколки посыпались с едва слышным звоном на пол.
- Да неужели? Прямо-таки все? – как будто кто-то щелкнул переключателем, зажигая где-то вдалеке тусклую лампочку, что с трудом освещает крохотное пространство вокруг себя. 48-ой заинтересованно посмотрел на своего пленника, не скрывая того, что ему нравится вновь проснувшееся сопротивление в Лави, как пауку – трепет упрямой мухи в его сетях. А ведь самое сладкое только впереди.
- Сам посмотри, мой глупый Лави, - ухмыльнулся Дик, приблизив 49го ближе к зеркалу, почти ткнув того носом о холодную поверхность стекла, - Ты мое создание, мое отражение. А не наоборот.
Собравшийся было возмутиться, попытавшись вырваться, рыжеволосый полу-экзорцист, полу-книжник замолк, с удивлением наблюдая за тем, как в зеркале перед ним и его предшественником почернело, а в глубине тьмы начали появляться люди, очертания которых все четче и четче проявляются, и можно узнать старика и парня с огненными волосами, на чьих губах даже тени улыбки нет. Но что пугало сильнее, так это то, как этот незнакомый человек, так похожий на 49го, преображался, становясь с каждым разом все больше походить на того, кого сейчас зовут Лави.
- Н-не-ет… Не может быть… - едва слышно прошептал, затаив дыхание, наблюдая за тем, как его «создавали». Как презрительный, но полный скуки, взгляд постепенно становится мягче, загораясь озорным огоньком. Как то и дело беззаботная, веселая улыбка на первых порах исчезала, превращаясь в насмешливую ухмылку.
- Может, еще как может, - тихо, почти ласково прошептал на ухо Дик, с восхищением ощущая, как огненная бабочка в его сетях тухнет, сдавая позиции. Безумно приятно осознавать, как тот, что мешал к достижению цели, вот-вот, наконец, исчезнет, уступив дорогу. Перед глазами проносились словно разноцветные листы с их общим прошлым, где якобы умирает одна личина, перерождаясь в другую, полную противоположность ей. И уже можно было бы праздновать победу, по вмиг ослабевшей хватке Лави, по тому, как опустились плечи, а глаза закрылись, словно принимая эти кадры, мелькающие подобно кинопленке, как истину. Можно было бы, но когда в зеркале появился старик, нарекая очередную жизнь ради новой войны своего ученика именем, все пошло наперекосяк…

- Ты ошибся, мой дорогой Дик… - тихий, севший голос заставил с неким удивлением 48го посмотреть на этого экзорциста, чьи глаза все еще плотно закрыты. – В маленькой, почти ничтожной детали, но ошибся.
- И в чем же, мой Лави? – Склонившись, Дик почти беззвучно прошептал на ухо, едва касаясь губами, отчего 49ый поморщился.
- В имени. – Как гром среди ясного неба прозвучал голос рыжего ученика книжника. По зеркалу, перед которым книжники находились, прошлась трещина наискось, разделяя внезапно проявившиеся отражения двух парней, на которые с ужасом смотрел Дик.
- А ведь такой шанс был… - все так же тихо продолжил Лави, с легкостью сбрасывая руку предшественника, вставая, чуть пошатываясь от долгого сидения на коленях. Открыв глаза, 49ый с неким безумием посмотрел на Дика, точно скопировав его ухмылку, и сделал шаг назад, исчезая в зеркале, из которого ранее вышел его предшественник.
- Давай, поиграем. – Тихий звон пронесся по всему лабиринту зеркал, заставляя заскрипеть от злости зубами 48го. – Попробуй вырваться, разгадав загадку.
Последнее, что слышал Дик перед тем, как оказался заперт в той же самой ловушке, которую создавал специально для Лави. Миг – и зеркала, словно от мощной звуковой волны, разлетелись на мелкие осколки одновременно, впивающиеся в тело бывшего ученика книжника, разрушая его, уничтожая, превращая в зеркальную пыль. Одна-единственная оплошность стоила ему всего, к чему он шел и стремился, оставив после себя лишь след в когда-то бывшем лабиринте.

***
Вещь приобретает для нас значение, когда мы даем ей имя. Неважно какое – от уменьшительно-ласкательного до неопределенно-личного в стиле «хрень с ушами». Только тот, кто дал имя, имеет власть над этим объектом.

- Лави! Лави, очнись! – чей-то настойчивый, мерзко-высокий, мальчишеский голос разрывал сладостную дрему, вынуждая рыжеволосого юношу открыть заспанные глаза и недовольно уставиться на разбудившего его Уолкера.
- Вот видишь! И пинать не пришлось! – ликовал сероглазый мальчик, показав язык старшему товарищу. – Лави, собирайся, на следующей остановка нам выходить.
Что-то пробурчав про то, что собираться нет смысла – все равно в одежде спит, - 49ый преспокойненько вновь повернулся к экзорцистам задом, положив руки под голову. Наконец-то без кошмаров, спокойное забвенье. Благодать. Правда, поспать не дали – чья-та бесцеремонно-грубая рука крепко схватила за щиколотку и рывком скинула на пол бренное тело ученика книжника.
- Юу!..
- Встали и пошли. Живо. – Блеск холодной стали как никогда может остудить пыл любого, кроме еще не особо быстро соображающего спящего одним глазом недоэкзорциста.
«Так. С Диком разобрались, следующий пункт – Юу. Канда, а я знаю твое имя». – Улыбнувшись своим мыслям, огневолосый показательно душещипательно зевнул, устраиваясь на полу.

Пассажиры того поезда до сих пор в шоке от услышанного.


Dead come back home on Samhain.
 
Форум » С пером в руках за кружкой горячего кофе... » Фанфикшн » "На зеркальной поверхности". (D.Gray-man, Джен, ООС, АУ, драббл)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск:

 

 

 
200
 

Оцените наш сайт
Всего ответов: 235
 





 
Поиск