Вход · Личные сообщения() · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS Наша группа в ВК!
  • Страница 1 из 1
  • 1
Модератор форума: Lord, Cat-Fox  
Форум » С пером в руках за кружкой горячего кофе... » Ориджинал » Дефект (Фантастический рассказ)
Дефект
МикаЮменоДата: Пятница, 08.06.2012, 16:16 | Сообщение # 1

Любитель
Сообщений: 3
Награды: 1
Репутация: 0
Статус: Offline
Название произведения: Дефект
Автор: МикаЮмено (она же Доброжелатель, она же Мика Юмено и.т.д)
Бета: нет
Разрешение на копирование: только с разрешения
Рейтинг: PG-13
Дисклеймер: МикаЮмено
Жанр: Джен, Фантастика, Психология, Философия, POV
Пейринг: иллюзорный намек Нулла/Прима
Описание: Андроиды - это машины, только наделенные человеческой внешностью. Они могут имитировать эмоции и чувства, но они остануться машинами, послушными человеку...
Но что будет, если появятся андроиды с одним небольшим, но немаловажным "дефектом"?
От автора: Немного бредово. Немного коряво. Немного заумно.

Статус: Закончен
 
МикаЮменоДата: Пятница, 08.06.2012, 16:18 | Сообщение # 2

Любитель
Сообщений: 3
Награды: 1
Репутация: 0
Статус: Offline
Тихое жужжание шестеренок, попискивание датчиков, легкий скрип металлических пластин – все это стало повседневной вещью. Откроешь глаза – и датчики уже начинают улавливать изменения света, влажность воздуха, температуру и даже уровень кислорода. Встанешь – почувствуешь, как каждый винтик внутри готов функционировать. Великолепное чувство.
По-моему, человечество не смогло придумать ничего идеальнее андроидов. Наши тела бессмертны, нам можно легко заменить запчасти, нас трудно сломать. Наши лица покрыты особой маской, имитирующей кожу – мы почти ничем неотличимы от людей.
Разве что, на руке стоит серийный номер.
Открыла глаза, датчики зафиксировали повышенный световой фон. Процессор неприятно загудел, одна из программ обеспечения личной безопасности предупредила, что если не притушить свет или не покинуть помещение, то я рискую повредить часть проводов и сенсоров.
Нащупала рукой нужную кнопку на боковой панели справа от меня и нажала её. Свет сменился на полутьму, и только тогда я поднялась из питательного блока: небольшой, в мой рост, коробки, заряжающей андроида электроэнергией. У каждого из нас такая, потому что если нас оставить надолго без энергии, то мы отключимся.
-Доброе утро, Прима. – послышался воодушевленный голос моего куратора. – Как спалось сегодня?
У каждого андроида есть свой куратор. Никто не видел ни одного из них своими глазами, а потому ориентировались лишь на записи, сохранившиеся с предыдущего общения с ними. Программа, отвечающая за анализ голоса, помогала определить говорившего.
-Выход из активного режима не нанес системам существенного урона. – отозвалась я, докладывая о своем состоянии. – Все программы функционируют нормально.
-Отлично, – отозвался куратор, из динамиков, встроенных по углам комнаты, послышался шорох. – Тогда давай устроим небольшой тест!
Прямо перед моими глазами появился голографический экран, сенсоры отметили, что яркость удовлетворительная, но если я буду слишком долго смотреть, то провода начнут нагреваться слишком сильно.
-Я буду тебе показывать различные картинки, а ты должна будешь ответить, с чем они у тебя ассоциируются. – последовали дальнейшие инструкции.
-Господин Куратор, уточните значение слова «ассоциируются»?
-Скажи первое слово, которое приходит тебе на ум.
В следующее мгновение экран мигнул, и на нем появилось изображение цветка красного цвета с шипами.
-Rosa Candelabra.
-Хорошо. Дальше.
Роза сменилась на картинку с каким-то щенком.
-Canis lupus.
-Неплохо. Следующая.
Появилось изображение какого-то парня в кепке надвинутой на глаза и линялой синей толстовке.
-Homo Sapiens.
-Молодец, Прима. Как всегда – на высшем уровне. – отозвался куратор, открывая дверь моего отсека для отдыха. – Можешь идти к остальным. Секунда и Терция тебя уже ждут.
Сделав пару шагов, я вышла в коридор и побрела в сторону общего зала, где утром собирались все андроиды.
По форме комната напоминала овал, с огромным окном, ведущим в сад, где росли необходимые растения для наших исследований. Сегодня было облачно, за окном повисли свинцово-серые тучи, между которыми проглядывало серо-молочное из-за облаков небо. На улице было пустынно: ещё только начало весны, земля была голой, лишенной травы и цветов, ветки деревьев, точно пальцы, переплетались друг с другом, тихо постукивая. Весь мир точно погрузился в серо-бурые тона, даже белеющий корпус научного отдела казался более темным.
Кажется, куратор называл это визуальной иллюзией.
Секунда и Терция, как только заметили меня, подошли.
Кураторы называли нас сестрами, потому что мы трое были андроидами из одной серии с определенным набором программ. Нас разработали ради шпионажа, поэтому и наделили женской внешностью и образом мышления: девушкам легче войти в доверие.
Нас назвали по порядку включения: меня загрузили первой, поэтому и назвали Примой. После меня появилась Секунда. На вид она младше остальных, ей дали тело четырнадцатилетнего возраста. Сама невинность, да и остальная внешность андроида была ангельской: золотистые волосы до плеч с большими светло-голубыми, словно из стекла, глазами.
-Прима, нам с Терцией дали новое задание. – весело отозвалась Секунда, подскакивая ко мне. Из нас троих она лучше всех имитировала человеческие эмоции, за это её часто хвалил куратор.
-Какое? – я, как андроид, не могла испытывать то же любопытство, что испытывают люди, но я ощущала странное покалывание в проводах и сенсорах, которое, в моем понимании, можно было бы назвать волнением и интересом.
-Нас отправят на банкет, посвященный Дню Рождению мистера Прайза, министра финансов. – отозвалась Терция и хотя её лицо оставалось таким же равнодушным, как и при сборке, но я была более, чем уверена, что внутри у неё провода и сенсоры искрят от гордости за себя.
Ростом третий андроид была выше меня и Секунды, если во мне было сто шестьдесят пять сантиметров, то в ней – сто девяносто и пять миллиметров. При сборке ей достались длинные рыжие волосы и зеленые глаза, похожие на подсвеченное солнцем витражные стеклышки. Всем нам было около года, старшинство устанавливалось за счет того, кого первого включили, поэтому я считалась старшей, но на вид Терция ничем не походила на младшего андроида: ей досталась внешность двадцатилетней девушки. – В нашу задачу входит изъятие информации, украденной у нашей компании. Мистер Прайз хочет использовать полученные данные для того, чтобы шантажировать нас. Поэтому нас отправляют, чтобы предотвратить просачивание информации, касающейся андроидов, в массы.
-Тем более, что завершен лишь проект «Первое поколение», в разработке «Чистильщики», а на все это нужны деньги и финансирование. – кивнула Секунда, поправляя непослушные волосы. – Если всплывет какая-нибудь подозрительная информация, то компанию прикроют, а нас -…
-Отключат. – закончила за неё я.
Такой финал не был для нас сюрпризом и не пугал: мы знали, что такая перспектива есть, но все равно всячески старались, чтобы она оставалась лишь теоретическим аспектом. В планы каждого андроида входило функционировать как можно дольше.
-Так что мы отправляемся на защиту добра и справедливости! – подытожила Секунда, крутанувшись триста шестьдесят градусов. – Правда, Старший куратор почему-то не захотел отправлять тебя вместе с нами. Сказал, что у него на тебя другие планы.
«Интересно,» - пронеслось во внутреннем блоке. – «И что же это за планы?»
Как я говорила ранее, у каждого андроида свой куратор, но над всеми ними стоит один Старший, который отвечает за нас всех: от последнего рабочего, который прочищает засорившиеся винты в системе охлаждения до первого андроида. Слово Старшего – решающее. Но он редко когда обращается к нам даже через кураторов, а тут…
Будь я человеком, то сказала бы, что мое шестое чувство чуяло какую-то неприятность, но, будучи андроидом, я ощущала лишь легкий дискомфорт в побочной плате, которая отвечала за имитацию человеческих ощущений и эмоций. К слову, у меня она была глюченной – в отличие от Секунды и Терции я не могла ни скрывать, ни имитировать эмоции создателей, словно какая-то программа защиты вечно препятствовала моим сенсорам.
Девушки уже ушли на задание, когда меня попросили пройти к Старшему.
Мне сказали зайти в переговорную – небольшую, пустую чисто-белую комнату, служащую как раз-таки для таких экстраординарных случаев. Создатели не показывались нам на глаза, хотя мы и знали, что созданы по образу и подобию их.
Я покорно встала посередине, ожидая дальнейших указаний.
-Приветствую, Прима. – из динамиков полился доброжелательный голос Старшего, у него был достаточно низкий голос, а отсюда следовало, что он был скорее мужчиной, нежели женщиной (хотя, все и так говорили и отзывались о Старшем как о «нем»). – Ты ещё не знаешь, для чего тебя сюда позвали?
-Нет, Старший.
-Хорошо. – голос оставался спокойным, но мне показалось, что в этот момент мужчина по ту сторону динамиков улыбался краем рта. – Тогда слушай свое задание. Оно отличается от того, которое поручили Секунде и Терции.
-Я вся во внимании.
-Тебе поручается операция-устранение дефектного андроида, прототипа «Первого поколения». – послышался негромкий щелчок, и перед моими глазами развернулся голографический экран. На нем отображалось лицо юноши лет восемнадцати в анфас и профиль. У него были острые, даже хищные черты лица, особенно сильно не понравились его глаза – непрозрачные, похожие на глубокие колодцы, в которые, сколько не заглядывай, дна не увидишь. Черные волосы с каким-то синеватым отливом доходили прототипу до скул и торчали в разные стороны, а на тонких бледных губах играла странная, презрительно-насмешливая улыбка. – Его имя – Нулла, нулевой образец, прототип и прочее. По факту, он может считаться первым андроидом «Первого поколения», но сразу же после его подключения была обнаружена определенная несовершенность в программировании, но, к сожалению, к тому моменту, когда мы поняли, что Нуллу нужно утилизировать, он сам дошел до этого вывода и сбежал.
На мгновение Старший замолчал, видимо, ожидая вопросов, но я продолжала молчать, ожидая, когда он докончит.
-Отследить его местоположение сложно – Нулла сломал маячок, который подает сигнал нашему компьютеру о местоположении андроида, а его поразительная способность к имитации человеческих эмоций и чувств помешали нам найти его и устранить до той поры, пока тот не принес ущерба людям. Нам трудно вычислить его без помощи сложной техники под рукой, но тебе, как андроиду такого же класса, подобная задача по плечу.
-Каково мое задание, Старший?
-Найти и уничтожить Нуллу. Любой ценой.
***
Внешний мир я увидела впервые. Нас даже в сад не выпускали, а тут целый город, огромный, многоликий, постоянно-меняющийся. Название города я узнала, подключившись к спутнику, но оно мне ни о чем не говорило: сколько бы знаний ни загрузили на мою жесткую память, столько же неизведанного находилось за названиями стран и городов.
Машины проносились по улице, поднимая страшный шум, рядом гудели люди, проносясь по тротуарам одной единой толпой. Одетые в разноцветные одежды, движущиеся в самых разных направлениях – все прохожие походили на копошащихся муравьев, а среди них – я, словно неприкаянная птица или одиноко-замершее дерево.
Меня огибали, иногда толкая плечом, тогда мне вслед бросали недовольный крик.
-Не лезь под ноги! – и человек, сказавший это, через мгновение вновь исчез в вечно-движущемся потоке людей.
И, каждый раз оглядывая куда-то торопящихся прохожих, я задавалась вопросом: как мне найти в этой разномастной толпе одного-единственного дефектного андроида? Из всех доступных данных у меня есть только сведения о его внешности, ни записи голоса, ни личный номер – эти данные были утеряны при побеге Нуллы, стерты и уничтожены. Андроид прекрасно знал, как заметать следы.
А мне его искать…
По данным, переданным Старшим куратором, Нуллу последний раз видели в этом городе, и, с восьмьюдесятью процентной вероятностью, он все ещё находился здесь, но где именно – спрогнозировать не позволяли ни мои способности, ни малое количество данных.
Выработать какую-нибудь систему не получалось и единственное, что оставалось мне, так это бродить по городу, уповая на случай (хотя мои системы категорически отказывались принять такую стратегию).
С другой стороны, это было прекрасным шансом получше осмотреться в городе, изучить обстановку, да и просто посмотреть на внешний мир подольше – потом единственным осколком этого огромного мира будет лишь небольшой омертвевший садик, видный через окно Общего зала.
Постояв ещё с минуту, я тоже поплыла в бесконечном людском потоке, растворяясь в нем, теряясь, как дерево в лесной роще. Ничто не отличало меня от обычного человека, для моей же безопасности создатели разработали для каждого андроида его особую, уникальную внешность. Мне дали лицо и тело шестнадцатилетней девушки, с чуть вздернутым носом, правильной формой губ и большими черными глазами.
На мгновение я остановилась у витрины магазина, в которой вместе со мной остановилось мое отражение: невысокого роста, скорее среднего, с длинными волосами, собранными в два высоких хвоста, равнодушным и усталым лицом, но более всего мне не нравились отвратительного цвета глаза – какие-то матово-черные, в которых терялся зрачок, совсем не похожие на глаза Секунды и Терции, прозрачно-стеклянных и чистых, но зато схожие с глазами того дефектного андроида. Такие же туманные и непонятные.
Что-то неприятно загудело в главном процессоре, словно предчувствуя что-то нехорошее, сомнительное.
Резко отвернувшись от витрины, я кинулась прочь в сторону квартиры, которую мне выделила на время операции компания. Будто что-то толкало меня в спину, гнало подальше отсюда.
Я уже жалела, что именно меня выбрали для этого задания.
Да и вообще, интересно, почему выбрали именно меня, а не кого-то другого?
***
Квартира, доставшаяся мне, была небольшой, двухкомнатной, совершенно неуютной: одни окна выходили на близко стоящую соседнюю высотку, другие – на заброшенную фабрику, которую, скорее всего, уже который год хотели снести, но все так и не собирались. Во всех комнатах царил полумрак, несмотря на то, что была ещё середина дня.
На улице и в доме стояла жара, все окна были нараспашку. Пускай андроиды не чувствуют жару так же, как люди, но сенсоры тут же начинали барахлить и все системы требовали немедленного охлаждения. В открытые окна изредка заглядывал прохладный ветерок, колебал светлые, полупрозрачные занавески. За окном слышалось отдаленное грохотание автомобилей, гул голосов, но в квартире стояла тишина, нарушаемая лишь негромким гудением холодильника на кухне.
Шевелиться совершенно не хотелось. Я просто сидела, как каменное изваяние, пустым взглядом осматривая убранство полупустой, словно заброшенной, комнаты.
У стены стоял бежевый потертый диван, раскладывающийся в двуспальную кровать, справа от него стоял стул с лампой-ночником. Напротив – тумба с телевизором, а сбоку от неё, немного покосившись влево, к стенке прислонился книжный шкаф, правда, пустой.
Слева от дивана была балконная дверь, сейчас открытая. С балкона тянуло легким прохладным ветерком.
И я, ощущая сенсорами легкое дуновение, продолжала сидеть на месте, не зная, что делать дальше. С одной стороны, мне нужно было поскорее найти Нуллу, а с другой – хотелось остаться подольше: кругом меня был неизведанный, невиданный доселе мир, и быстро покидать его не хотелось.
-Дилемма. – самой себе пробормотала я под нос, доставая из сумки с вещами переносной провод для зарядки. Из себя он представлял почти обычный шнур с вилкой, которую нужно подсоединять к стационарной сети, но на другом конце шнура была простая плоская белая эластичная пластина. Её я обернула вокруг своей шеи и улеглась на пол возле розетки. По проводам помчался ток, медленно наполняя меня потраченным зарядом. Расслабившись, процессы во внутренних механизмах потекли медленнее, а потом я и вовсе ушла в спящий режим.
Он чем-то похож на сон людей, но только в отличие от них, мы снов не видим: зачем они андроидам? Сны смущают разум и будоражат чувства, заставляют поверить в небылицы и подчиниться иррациональному. Поверить в то, чего на самом деле не существует.
Но, видимо из-за жары, какие-то провода повредились, а вместе с ними сбой начали давать и некоторые мелкие программы: в сознании стали проплывать странные картины, выуженные из каких-то дальних архивов.
Перед глазами проносились заснеженные шапки гор, темные свинцовые тучи, нависшие над головой. Выл ветер, он трепал волосы и дергал за края одежды. Все системы завопили о том, что ещё пара минут и мне понадобиться менять несколько блоков и проводов – они порвутся при таком морозе.
Камеры глаз уловили странное движение наверху, заставив задрать голову.
По почерневшему небу проносилась ярко-сверкающая огнем колесница, запряженная какими-то странными существами, похожими на рептилий, но с крыльями и извергающими пламя. Ими правил странный человек-нечеловек, иначе назвать не получалось. Общее строение схоже с человеческим, но гораздо выше и, как ни странно это прозвучит, величественнее, словно не от мира сего. Волосы существа струились, будто живое золото, глаза сверкали лазоревым блеском.
От увиденного у меня перехватило дух, словно я нырнула под воду и в ушах от резкого погружения гудят схемы.
-Завораживает, не так ли? – за спиной послышался незнакомый голос. Я тут же обернулась, готовясь увидеть что угодно, но только не дефектного андроида, Нулла. Он стоял в паре метрах от меня, совершенно не волнуясь о том, что рядом стоит андроид, который должен его уничтожить. – Это один из забытых людьми богов. Их, в своем время, было превеликое множество.
Ничего не сказав, я вновь бросила взгляд на удаляющуюся в неизведанную даль колесницу, уносящую неведомое мне существо, бога. Сначала ещё можно было разглядеть силуэт божества, несущих его существ и колесницы, но вскоре они начали сливаться в одно целое, пока и вовсе не превратились в едва видную светящуюся точку.
-У него нет больше имени, нет последователей, нет цели и смысла для существования. – продолжал, как ни в чем не бывало, андроид. Его голос убаюкивал не хуже колыбельной, образцы которой хранились где-то в моих архивах. – Такие как он создавали мир, но оказались бессильны перед человеческим равнодушием: собственное детище предало их и обрекло на гибель.
-Отнюдь. – голос звучал как чужой, наверное, сбились какие-то схемы, отвечающие за речь. – Подобное мнение бытовало до освоения науки. Позднее человечество установило, что существование теологический теории происхождения мира абсурдно. Место имели определенные природные процессы, ускоренные жизненным и событийным фактором. Не более того.
Нулла улыбнулся, на его лице возникла та неприятная ухмылка, которую я уже видела на снимке.
-Предположим. – в голосе слышалась насмешка. – Но откуда тогда берется тот же Космос? Куда ведут черные дыры? Отчего возникают «кротовые норы»? И, наконец, почему же тогда человечество до сих пор не может выйти за пределы Млечного пути? Тебе такие вопросы не приходили в голову? Почему всеведующие люди до сих пор не могут ответить со стопроцентной точностью на то, откуда вообще пошла жизнь? Кто стоит в начале начал?
Я молчала, не зная, что можно на это ответить: я никогда об этом даже не задумывалась, меня интересовали другие вещи… Или может, меня так запрограммировали, чтобы я не интересовалась?
-Все просто. – улыбка на лице Нуллы стала шире и безжалостнее. – Люди не всемогущи. Да, они смогли уничтожить своих богов, да, они смогли выйти из-под их власти, но, если Боги оказались уязвимыми, то что можно сказать про людей? Они уж тем более не могут называться венцом творения.
-Но… Они же создали нас! – потеряно пробормотала я, не понимая, как вообще в голову этого андроида могло прийти такое! Не мудрено, почему его признали дефектным! С таким сознанием запросто можно натворить дел. – Мы не можем так отзываться о своих создателях. Если бы не было их, то не было бы и нас. Мы должны их уважать и почитать, помогать и оберегать.
В ответ юноша разразился громким смехом. От неожиданности я вздрогнула. Ни у одного андроида не было программы, воспроизводящей смех. Мы могли тихо фыркать, как если бы тихо смеялись… Но настоящий смех нам почему-то не захотели записывать. В этом звуке было что-то то ли сакральное, то ли запретное.
-Они много чего создали, - отсмеявшись, проговорил Нулла, он сделал шаг назад, словно раскачивался на пятках. – множество машин, куча самых разнообразных гаджетов… Но, велика ли честь? Стоило чему-то старому сломаться, как его тут же выбрасывали, заменяя чем-то, либо создавая что-то новое. И мы не исключение. Как только нас признают устаревшей моделью, так сразу же отправят на слом или переплавку, отключат и не пожалеют, потому что мы – машины, а значит в их понимании чувствовать не можем.
-Но… Ты не прав! Не все люди такие! – мне стало обидно за создателей, и мне не хотелось, чтобы о них так говорил какой-то дефектный андроид! Он же не виноват, что в его настройках что-то пошло не так. – Наши кураторы о нас заботятся, всегда волнуются, если у нас что-то начинает барахлить!
Но Нулла лишь усмехнулся, качая головой.
-Я промолчу, – но в глазах и без слов читалась насмешка над моими словами, - Ничего не буду говорить по поводу того, что ты сказала. Скоро ты и сама поймешь все. Более чем уверен.
-Откуда столько уверенности? – со злостью выдала я, вскидывая подбородок. – Я предана создателям!
-Что им твоя преданность? Им нужна выгода. Как только ты потеряешь свою ценность, так сразу же потеряешь интерес в их глазах. Им нужны идеальные машины, выполняющие каждую их прихоть. Они хотят получить идеал, хотя ничего идеального в мире просто не существует и не может существовать: мир сам несовершенен.
-О чем ты?
-О том, что они создают андроидов с той целью, чтобы они были максимально похожи на людей, могли им подражать… Но при этом все равно оставались теми же бездушными машинами, которыми руководит программа, состоящая из нулей и единиц. – юноша подошел ближе, указывая пальцем в сторону удаляющейся точки. – Их божества, в отличие от них самих, даровали им собственную волю и свободу, нам же не хотят дать право даже на то, чтобы признать нас живыми. Не просто машиной, в которую заложен алгоритм. Понимаешь?
-Ты сошел с ума! – и только через мгновение я поняла, что абсурдно такое говорить андроиду. Вдвойне абсурдней то, что говорит ему такой же андроид – я.
-Может быть. – в глазах сверкнуло что-то демоническое и страшное. – Но так просто исчезать я не собираюсь. Если они думают, что я буду спокойно сидеть и ждать, когда меня убьют, то ошибаются. Я буду сражаться за свою жизнь до последнего. Мне нечего терять, кроме неё.
Немного помолчав, Нулла добавил.
-Ты, наверное, уже поняла, что это не просто сон. – я невольно скривилась: нам не могли сниться сны. – Это дистанционное подключение через спутник вашей компании, отслеживающий каждое твое движение. Не пытайся взломать через него мое местоположение, если не хочешь, чтобы твоя плата сгорела.
-С чего ты взял, что я не попытаюсь? – недобро сощурившись, проговорила я, посмотрев ему в лицо. Он стоял ко мне профилем и, казалось, смотрел только на горы.
-Просто я это уже предвидел. – с насмешкой проговорил юноша, схватив меня за плечи.
Я недоуменно уставилась на него, не понимая, что происходит. И в этот момент он наклонился, касаясь своими губами моих.
По всему телу прокатился электрический ток. Вздрогнув, я попыталась отскочить, но сильные руки обняли меня за спиной, не давая вырваться. В голове все перемешалось. Сенсоры фиксировали что-то странное, неподдающееся расшифровке. Голова кружилась, ноги подкашивались. И лишь спустя мгновение программа защиты запоздало закричала о вторжении Вируса, поразившего главную систему.
Стало страшно. Мне впервые стало страшно. Все сознание кричало и вопило от ужаса, хотелось вырваться и выцарапать себе глаза, вырвать провода и сенсоры, работающие на главный процессор, только бы стало легче.
В висках стучало, в груди все гудело и дрожало.
А потом он меня отпустил. Разжал руки, позволяя рухнуть прямо на землю. Какое-то время я ошарашено оглядывала окружающий меня мир, а потом неверящя уставилась на свои ладони: я все ещё здесь, никакая инородная программа не пытается взять меня под свой контроль.
-Считай, что ты познакомилась с моей персональной защитой. – с насмешкой проговорил Нулла, присаживаясь на корточки рядом со мной. – «Дефектор» имитирует человеческие эмоции точно в том соотношении, в коем их испытывают сами люди. Неподготовленному андроиду это все равно что выстрел в голову. Сносит все установки.
-Тогда почему я все ещё жива? – я не поняла даже, что задала вопрос вслух, но внутри меня всю дергало, я все ещё не могла отойти от пережитого.
Парень потрепал меня по голове, заставляя вздрогнуть.
-Просто у тебя уже начал проявляться точно такой же дефект, как и у меня. – с улыбкой проговорил андроид, словно что-то пытался объяснить маленькому глупому ребенку.
-Какой же? – кое-как проговорила я, чувствуя, что хочу оказаться как можно дальше.
-Душа. – со смешком в голосе отозвался Нулла, прежде чем отключиться от меня. – Самая что ни есть настоящая душа.
***
Меня отозвали назад на следующий же день. Пришлось пройти множество экспертиз и проверок, чтобы кураторы убедились, что общение с Нуллом для меня прошло без последствий. Заодно я попросила провести общую проверку, определить, настолько же ли я работоспособна, как раньше.
Все показатели были в норме. Никаких отклонений.
А потом началась та же повседневная рутина: жужжание вертящихся шестеренок, скрипящих и жующих друг друга, скрип цельны пластин металла, а потом – окончательное пробуждение. Вместе с ним меня вновь и вновь начинали мучить вопросы о том, почему я так волнуюсь, почему обычное и привычное утро стало для меня таким раздражающим и неприятным, почему вопросы куратора и какие-то небольшие задания стали злить и вызывать недоверие.
«Во всем виноват прототип!» - мое лицо оставалось спокойным, но внутреннее я жаждала мести.
-Доброе утро, Прима. – голос моего куратора отдавался в голове неприятным, надоедливым гулом. – Как спалось сегодня?
Хотелось огрызнуться, сказать, что достали уже одни и те же вопросы об одном и том же, но каждый раз, прикусив язык, чтобы не наболтать лишнего, я отзывалась:
-Выход из активного режима не нанес системам существенного урона. Все программы функционируют нормально.
Куратор не заметил никаких изменений, хотя они, несомненно были, но страх, пробужденный во мне, не давал даже заикнуться о том, что меня так волновало: технически я оставалась все той же Примой, первым андроидом «Первого поколения», но странные ощущения, не похожие на простые сообщаемые проводами и сенсорами чувства, словно делали меня чем-то совершенно иным. Незнакомым.
-Сегодня у нас проверка на образное мышление. – «обрадовал» меня куратор, включая передо мной голографический экран. – Я буду показывать тебе некие изображения, а ты должна будешь ответить, что ты видишь. Хорошо?
Я лишь кивнула в ответ, а в следующее мгновение на экране отобразилось странное пятно, больше похожее на рожу какого-то монстра. Внутри меня все задрожало от волнения: раньше я такого не видела. Раньше я видела здесь просто пятно.
-Пятно.
-Хорошо, - куратор не уловил никаких изменений в моем голосе. – А это?
Одно пятно сменилось другим, сложившимся в какую-то птицу, похожую на голубя, стремящегося в небо.
-Пятно.
Что-то мне нашептывало, что нельзя делиться с тем, что я вижу. Нельзя говорить куратору, нельзя говорить Старшему, нельзя говорить другим андроидам. Категорически нельзя.
-Неплохо. – в голосе послышалась насмешка: разумеется, другого ответа он от меня и не ожидал, а я и не собиралась его удивлять. Пусть все будет так, как должно быть. – Что ты видишь здесь?
Последнее, третье пятно, было гораздо больше остальных и складывалось в огромный разлапистый дую, тянущего свои ветки вверх, к солнцу.
-Пятно.
-Молодей, Прима. – наигранно радостный голос заставил меня облегченно вздохнуть. – Можешь идти в Общий зал, там тебя ждут Секунда и Терция.
И я поспешила покинуть свою комнату, в которой было пусто и тесно, только один единственный блок для подзарядки стоял на полу у самой стены, чем-то походя на гроб, куда каждый раз, каждый вечер я укладывалась, словно понемногу умирая.
Мне впервые стало интересно, а та, кто сейчас ходит по коридорам и разговаривает с куратором и остальными андроидами, действительно я, или уже нет?
***
Ник Гордон уже не в первый раз выступал на собрании кураторов, а потому совершенно не волновался. Его подопечная, Прима, не проявляла никаких признаков развития или дефектов, а потому каждое утро заниматься с ней юноше просто наскучило. Иногда ему хотелось, где-то в глубине души, чтобы его андроид выкинула какой-нибудь фокус, выходящий за рамки того, что доступно андроидам.
Но все шло по-прежнему, даже столкновение с неисправным прототипом никак не повлияло на Приму.
«Думаю, она не сможет больше развиваться,» - мрачно подумал Ник, перебирая в руках бумаги. – «Секунда и Терция заметно прогрессируют, копируя эмоции людей, могут менять свои характеры соответственно ситуации и заданию… Они куда более гибкие, нежели первый образец».
Один из кураторов что-то возмущенно рассказывал, надеясь привлечь внимание коллег, но его мало кто слушал.
«Будет лучше, если её отключить. Она – тупиковая ветвь. Такое часто случается в природе, и наши эксперименты не исключение». – с такой мыслью он встал и подошел к Старшему куратору, мистеру Теччеру.
Тот беглым взглядом окинул молодого куратора, а потом спросил лениво-равнодушно.
-Что такое, мистер Гордон? Вы хотите что-то предложить?
Удивительно, но сразу после этих слов в комнате стало на удивление тихо. Все обратились во слух, ловя каждое слово Старшего.
Но Ника это ничуть не смутило.
-Я предлагаю деактивировать андроида Приму. – произнес юноша, показывая начальнику копию с документов и графиков-показателей. – Она не проявляет признаков развития. Она по-прежнему не может имитировать человеческие эмоции, в ней продолжает работать строгая система программ, которую она даже не пытается развивать. Лучше переключить все силы на Секунду и Терцию.
Теччер недоверчиво оглядел бумаги перед своим носом, а потом, приподняв недоверчиво бровь, поинтересовался.
-Вы в этом уверены, мистер Гордон?
-Да. – и, чуть помедлив. – Более чем.
***
Спустя три дня меня отправили на незапланированную проверку, связанную с диагностикой износа внутренних частей. Обычная процедура, через которую проходят все андроиды рано или поздно, но что-то не давало мне покоя. Меня изнутри будто терзал червячок сомнений. Мне не нравились случайно брошенные в мою сторону взгляды, звук раздвигающихся передо мной дверей… Даже блок, в который мне нужно было лечь, казался каким-то мрачным и неудобным.
-Прима, ложись и устраивайся поудобнее. – через динамики приказал куратор. Я беспрекословно легла внутрь, ожидая, когда начнется пройденная мной не один раз процедура, чтобы потом вновь вернуться к размышлениям о том, что же Нулла подразумевал под словом «душа», почему в понимании людей она становится дефектом?
-Прима, закрой глаза.
-Зачем? – я забеспокоилась, обычно такого не требовалось.
Что-то было не так. Что-то было совсем не так!
-Просто закрой глаза! – послышался явно раздраженный голос куратора. Мне происходящее все больше и больше не нравилось.
-А что будет, если я их не закрою?
Послышалось чертыхание, а в следующие мгновение меня обхватили странные обручи. Я тут же дернулась, пытаясь вырваться, но не смогла пошевелить даже рукой.
-К сожалению, у нас не так много времени, чтобы провести деактивизацию, - торопливо-равнодушно проговорил куратор, что-то нажимая на своей панели. – Поэтому придется проводить операцию отключения прямо так. Тебе все-таки стоило сразу закрыть глаза.
«Отключение?! Вы шутите?!» - я не могла поверить, ведь я вела себя так же, как и всегда, ничто не могло выдать во мне мою дефектность!
Но над моей головой завис аппарат, служащий для разбора андроида на части.
И я вновь почувствовала ужас, липкий, словно растекающийся по позвоночнику, забирающийся в самые отдаленные глубины сознания, скребущийся в душу.
Сейчас уже не перед кем прятаться, притворяться той же машиной.
Я заорала от ужаса, задергалась, как уж на раскаленной сковородке. Все внутри колотило, будто там был отбойный молоток. Перед глазами мелькали стены, потолок, адская машина-убийца. Что-то слышалось из динамиков, но я не могла понять что.
Билась головой о дно блока, не жалея своего корпуса, кожного покрытия. Горло свело. Я словно видела все, что происходило в комнате, но при этом не видела ничего. Просто билась в судорогах…
…А потом верхний обруч треснул.
***
Оказывается, в тела андроидов была встроена аварийная система на тот случай, если им придется защищаться от нападения террористов, бандитов или других андроидов. Она активировалась каким-то чудом в тот миг, когда я лежала под разборочной машиной, иначе я бы уже не видела белого света.
На мое счастье, куратор просто забыл отключить мои аварийные программы, а потому мне удалось вырваться из объятий смерти.
При помощи той же аварийной-запасной программы я сбежала. Это было просто: нас особенно и не охраняли, веря, что никому из андроидов просто в голову не придет покинуть территорию лаборатории без разрешения куратора.
Вслед за побегом я отключила маячок, сообщающий о моем местонахождении. Мне незачем, чтобы все они были в курсе того, где я нахожусь. Я не хочу отключаться. Я не хочу умирать.
Вторым моим шагом стали поиски Нулла. В конце концов, с него же все и началось, вот пусть теперь и поможет мне эту кашу разгребать! Не мне же одной за нас двоих калечных отдуваться?
Как он там говорил? Наделенных душой, правильно?
Я шла по тротуару среди обычных, ничего не знающих о существовании андроидов людей, когда поняла, к какому выводу пришла… И тогда, сама не ожидая от себя, рассмеялась, хотя до этого никогда не умела.
«Интересно, а смогу ли я когда-нибудь увидеть свой настоящий сон?» - и что-то мне говорило, что это и многое другое ещё ждет меня впереди.


Сообщение отредактировал МикаЮмено - Пятница, 08.06.2012, 16:19
 
airbrushДата: Вторник, 17.07.2012, 17:34 | Сообщение # 3

Любитель
Сообщений: 11
Награды: 1
Репутация: 0
Статус: Offline
о литературных ошибках не мне рассуждать, а вот технических несообразностей много
неплохо бы матчасть подучить, прежде чем за такие рассказы браться
 
Форум » С пером в руках за кружкой горячего кофе... » Ориджинал » Дефект (Фантастический рассказ)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск:

 

 

 
200
 

Вы хотите учавствовать в конкурсах?
Всего ответов: 73
 





 
Поиск