Вход · Личные сообщения() · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS Наша группа в ВК!
  • Страница 1 из 2
  • 1
  • 2
  • »
Модератор форума: Lord, Cat-Fox  
Форум » С пером в руках за кружкой горячего кофе... » Ориджинал » Случайные визиты (по образу и подобию "Таис Афинской")
Случайные визиты
Lagrima-CristyДата: Понедельник, день тяжелый(((, 19.03.2012, 22:41 | Сообщение # 1

Критик
Сообщений: 232
Награды: 9
Репутация: 3
Статус: Offline
Название произведения: Случайные визиты
Автор: Lagrima-Cristy
Бета: нет такой
Разрешение на копирование: с моего разрешения
Рейтинг: R
Дисклеймер: все мое - никому не отдам
Жанр: про любовь и немного ангста, возможно, альтернативная история
Пейринг: ГГ, все остальное на ее совести
Описание: история любви(?) в псевдо-исторических декорациях...В сущности, весь рассказ посвящен описаниям нескольких встреч двух людей во временном промежутке десять лет
От автора: писалось исключительно ради атмосферы и деталей. Сначала думала написать что-то историческое, но поняла, что не справлюсь. И перенесла историю в выдуманный мир, практически во всем похожий на наш в эпоху античности. В общем, кто читал "Таис Афинскую" меня поймут. Рассказ большой, поэтому разобью на несколько частей
N.B. главная героиня гетера. Нужно пояснять, кто это?
Статус: завершено


 
Lagrima-CristyДата: Понедельник, день тяжелый(((, 19.03.2012, 22:42 | Сообщение # 2

Критик
Сообщений: 232
Награды: 9
Репутация: 3
Статус: Offline
Его визиты в мой дом всегда носили случайный характер, словно досадная остановка на пути к мечте. За десять лет я могу насчитать едва ли столько же встреч. И каждый раз почти не было слов. А были прохладные простыни и горячее дыхание возле уха, алые пятна на белой коже, там, где слишком сильно сжались пальцы, любовь пополам с яростью, точно он вздумал воевать даже здесь, в моей постели, и холодное синее утро, просачивающееся в комнату сквозь постукивающие на ветру занавеси из речного жемчуга. Но что бы не приносили эти встречи – сердечное смятение или мертворожденную радость, незаслуженную боль или неожиданную нежность – я храню каждую встречу в отдельной шкатулке собственной памяти, там, откуда их не смогут извлечь ни вино, ни горячечный бред, ни истязания дознавателей. С ними меня и похоронят. Больше мне ничего не нужно.

Срок нашей первой встречи – день Весеннего Равноденствия в восемнадцатый год Цикла Тельца. Кажется, жрецы придают особое значение таким вещам. Но по мне - наша встреча была самой обычной. Нет смысла расписывать, как находят себе любовников такие, как я.
Праздник во Дворце Басилевса… Воспламеняющие танцы под надрывное рыдание свирелей и бряцание систров… Лепестки миндаля, бесконечно падающие сверху, как снег, которого никто никогда не видел, кроме самых отчаянных путешественников в далекую Гиперборею. Душно от ароматного дыма, воскуряемого к расписному потолку, и от вида полуобнаженных фигур, сплетенных в откровенном танце. Чтобы приковать его взгляд, мне потребовалось лишь раз изогнуться до ломоты в позвоночнике, сделав кончики пальцев рук и ног единственной опорой для тела, а затем, по-змеиному, извернуться и опуститься на пол, полоснув черными волосами по гладким плитам. После этого голубые глаза с выражением абсолютной безмятежности в них неотрывно следили за мной. Даже поволока желания, любой взгляд делающая бессмысленным и мутным, не запятнала их прозрачности. Совсем молодой, лишь на пару лет старше меня, еще не погасивший в себе мальчишескую горячность, но уже знающий, каково это – идти в бой на острие атаки, он походил на одного из здешних бесшабашных богов, имен которых я не знаю и в которых не верю.
Сын басилевса. Если будет удачлив, хитер и изворотлив – наследник престола. Впрочем, такие редко блистают в дворцовых интригах, они идут напролом, пытаясь лбом пробить каменные стены. А потому, долгой жизнью похвастаться тоже не могут.
Но это все меня не касается. И единственное, что он получает в ответ – легкую улыбку, в которой вежливости больше, чем обещания.
Мой танец окончен. Бегу от предложений остаться, от всех этих мин золотом и горстей самоцветов, которые они готовы платить, за то, чтобы просто лицезреть мое лицо и слушать речи… Не без надежды на благосклонность сегодняшней ночью. Но я покидаю жаркий элизиум Дворца, где пахнет сандалом и опием, и выхожу в мокрую прохладу ночных улиц. От реки, по улице Горшечников, ползет туман, и звезды мерцают сквозь его белую вуаль загадочно и лукаво. Пот высыхает на коже, назойливое благоухание выветривается из легких, а лепестки миндаля падают с волос прямо в уличную весеннюю грязь. Сворачиваю в узкий переулок. Прекрасно знаю, что рискую, но почему-то не боюсь. Наверное, потому что он идет за мной. Я чувствую это каким-то внутренним чутьем, словно брошенные друг другу взгляды связали нас чем-то большим, чем просто взаимная приязнь.
Вхожу в дом. Рабыни, не дождавшись, уснули где-то на кухне, но мне ни к чему их услуги. Зажигаю лампионы – почему-то это действо приносит удовольствие – и, достав из ларя свиток с аморейскими стихами, сажусь на постель. Не знаю, сколько прошло времени, но, подняв глаза, вижу его в дверном проеме. Жемчужные занавеси, отброшенные с дороги, жалобно постукивают за спиной. Кажется, что молодой басилей пьян, но я-то помню, что чаша осталась нетронутой. Не говоря ни слова, он приближается, сокращает расстояние до неприлично близкого, ясно говоря о своих намерениях… Свиток подбитой птицей летит на пол.
Он всего привык добиваться силой, и меня берет почти насильно…Почти, потому что рука, готовая метнуться к запоясному кинжалу, нерешительно обвивает его шею. Меня сжимают в объятиях, крепко, до хруста в костях. Поднимают на руки, легко, как перышко, только чтобы сделать пару шагов, опустить на постель и подмять под себя. Мягкая шерсть покрывала касается голой спины, а тела начинают такой знакомый и одновременно новый для них танец. Дышу, рвано и часто, никак не могу захватить достаточно воздуха. Пахнет потом и еще чем-то, горьким и диким. Дурею от этого запаха…Смотрю в глаза своего любовника, голубые, как волны Босфора. Они по-прежнему спокойны, лишь зрачок расширился до невозможности, и кажется, что я падаю в его черноту…
Басилей достаточно опытен, но удивительно скуп на ласки, отчужден и холоден, словно наблюдает за происходящим со стороны. Он пришел за мной, а не моим искусством, к моей красоте, а не гармонии. Можно было бы научить его, как получить нечто большее, чем утоление плотского желания, но стоит ли того, возможно, единственная наша ночь?
Лишь один ласковый жест мужчина позволяет себе после – прижать меня к себе, объяв кольцом рук, и так уснуть… Чтобы утром уйти, бросив лишь свое имя – Танас - и обещание прислать оплату.
Прислал. Странную, но замечательную. Нисейскую кобылу редкой красно-каштановой отмастки.
И правда, что еще может подарить воин?
Меня не трогает, что он скрылся вот так. В моей жизни было и есть достаточно всего, чтобы не грустить о человеке, невзначай прошедшем по самой ее кромке. Но ведь, не впадая в печаль, можно просто помнить…


 
Lagrima-CristyДата: Пятница, 23.03.2012, 17:58 | Сообщение # 3

Критик
Сообщений: 232
Награды: 9
Репутация: 3
Статус: Offline
Помнить…почему-то очень долго и до мельчайших деталей. Даже сейчас…
Идет дождь. В саду ветер трясет деревья, и листья падают в пруд, гладкую поверхность которого дробят падающие с неба капли. Горят лампионы, чуть подрагивая на сквозняке. Где-то на кухне возится Като.
А Стена Свиданий у реки вся исписана моим именем. Но мне все равно, потому что холодно. И мыслям тоже, они ползают в голове, как сонные мухи. Большинство из них – о весне. Не той, что была, а будущей, которая уже близко, но никак не может преодолеть стену зимних дождей, окольцевавших Асфу.
- Хайрэ! – голос громкий и твердый.
Оборачиваюсь и, не удержавшись, смеюсь. Он говорит так, будто пришел в первый раз, будто не было двух лет, в течение которых лишь раз мне довелось его увидеть, и то издалека, на каком-то праздничном шествии. Он говорит так, будто вернулся домой…
Уж если кто и может отогреть мое замерзшее тело, то это Танас. Как ему удалось с первого раза столь прочно въесться в мою душу, врасти туда, как омеле – в ствол дерева? Если боги действительно всеведущи – они знают. Я же – лишь человек. Но чужие руки и губы не сумели переучить меня, не затерли его прикосновений. А мои – ничего не забыли, поэтому и пару лишних шрамов, и тонкую морщинку на лбу не удалось бы скрыть и в кромешной тьме. А здесь и сейчас – грозовой полумрак, странно бледные тела, устрашающая глубина зрачков…
У него явно прибавилось опыта. Лед тает под лавиной прикосновений, и мне становится горячо. Покрывало соскальзывает с влажной кожи, сбивается в ногах… Краем глаза вижу заглянувшую, было, в комнату и испуганно порхнувшую обратно Като. И улыбаюсь, снова улыбаюсь, бесконечно улыбаюсь, ловя его взгляд, удивительно ясный и, наверное, даже нежный. Не хочу верить, что чувство, ворочающееся в груди, - это радость от нашей встречи. Мудрые говорят, что все находится в равновесии, и за счастьем всегда приходит горе. Поэтому не верю, но продолжаю улыбаться, даже когда его жесткие пересохшие губы касаются моих.
В животе раскручивается огненная спираль, выжигая дотла. Кровь, превратившаяся в кипяток, вымывает из сердца остатки льда…Шорох дождя проникает в комнату, мешаясь с дыханием. Вновь накрываю нас одеялом, чтобы не упустить ни крохи случайного тепла. Слишком редко мне удается погреться у его огня. И я знаю, что завтра меня ждет остывшая постель, и годы…а может быть вечность… разлуки? Нет, не то слово. Ожидания…
Но ожидание откладывается. Просыпаясь, я вижу Танаса рядом.
Серый рассвет… В очаге дотлевают угли. Игра полутеней на лице басилея. Он уже не спит и тоже смотрит на меня. А затем, не изменившись в лице, зачитывает мой приговор:
- Мне нужно уходить.
Я киваю.
- Отец посылает меня в Парсу. Я…не знаю, сколько пробуду там.
«Я не знаю, вернусь ли».
Отвожу глаза. Но он берет меня за подбородок и целует. Я отвечаю, хоть и не так охотно, как накануне.
- Я зайду, как только вернусь…
- Я могу уехать в Кемет…
- Зачем?
Усмехаюсь.
- Говорят, скоро будет война. Ведь ты не просто так едешь на Восток?
- Вот уж не думал, что ты интересуешься политикой, - Танас хмурится и улыбается одновременно.
- А ты меня хорошо знаешь? – смотрю ему прямо в глаза.
- Нет, но…Если бы у меня было время узнать тебя лучше!
- Время остается лишь на это? – кладу ему ладонь на грудь и спускаюсь ниже, к животу. Чувствую, как он вздрагивает и подбирается, точно я хочу не приласкать, а причинить ему боль. – Ну что ж, это тоже своего рода разговор…


 
Lagrima-CristyДата: Воскресенье, 25.03.2012, 22:00 | Сообщение # 4

Критик
Сообщений: 232
Награды: 9
Репутация: 3
Статус: Offline
Но, как всегда, боги решают за нас.
В восемнадцатый день Месяца Дождей басилевса закалывают в его спальне, куда, кажется, даже мышь не проскользнет. А еще через месяц и старший брат Танаса пьет кубок с отравой, не зная, что руки, подающие вино, не так уж невинны и чисты. Спустя всего сутки Танас восходит на престол.
Это известие приносит Като. Раскрасневшаяся, задыхающаяся, она вбегает в комнату и скороговоркой рассказывает новость. Я слушаю вполуха. Моя поднятая рука останавливает ее. Она стоит, переминаясь с ноги на ногу, и теребит эксомиду.
- Я сказала что-то не то?
- Нет, Като. Все хорошо.
На вечер назначено торжественное шествие.
Я стою в толпе, щуря глаза и стараясь рассмотреть Танаса в рваном свете факелов. В белых одеждах, на праздничной золотой колеснице, запряженной двумя вороными лошадьми, он походит на молодого бога Солнца. И также ослепляет меня. Мое лицо закрыто яшмаком, не хочу сегодня слышать никаких предложений. Хочу стать тенью. Его тенью, чтоб всюду следовать за ним.
Толпа кричит от восторга, горстями кидая вверх лепестки роз. Белые, красные, желтые… Все люди, от мала до велика, очарованы новым басилевсом. А он упоен своим положением, своим богоподобием, он смеется и сам правит колесницей, медленно продвигающейся к Дворцу.
Я смотрю на него во все глаза. И наши взгляды встречаются. Узнал ли он меня? Вряд ли, но мне все равно становится тепло, и щемит в груди, точно кто-то рванул цепочку, на которую теперь посажено мое сердце.
Чьи-то пьяные руки пытаются сдернуть с меня платок, ложатся на талию, притискивают к себе…Выхватываю кинжал и наношу удар, скользящий, просто чтобы порезать наглеца. Крик боли режет уши. Меня отпускают.
- Шлюха! – гневное шипение не обижает. Сколько раз мне приходилось слышать это?
Отступаю в толпу и в следующую минуту забываю о происшествии.
Ночь…
Он стоит на балконе, глядя вниз на разгулявшийся народ. По-прежнему в белом, словно диковинная птица возносится над черным морем города. Вконец ослепнув душой, я ухожу.
А утром Като находит меня на ступеньках собственного дома.
Ожидание…

Кемет пахнет илом и пряностями. Он невыносимо грязен, но при этом удивительно строг и правилен. Поднимая глаза, воочию вижу солнечный диск, венчающий голову бога Ра. Такой же желтый и ровный. Одним глазом следит он за миропорядком, не меняющимся уже тысячи лет.
Прошло три года с тех пор, как я здесь. Като забеременела и вышла замуж – теперь у меня новая служанка. Ее зовут Хатсор. Молчаливая, черноглазая, с волосами, заплетенными в тысячу мелких косичек, она тенью ходит за мной, и, кажется, прячет в широких рукавах одеяния тонкий острый стилет. Уж не знаю, для кого – моих обидчиков или меня. Но она всегда знает, какая вещь нужна мне в данный момент, умеет красиво причесывать волосы и сурьмить ресницы. Моя душа спокойна, глаза в медном зеркале безмятежны, как воды Нила, а черты лица по-прежнему идеальны. Каждый вечер в моем доме собираются знатные люди, ценители красоты, как тела, так и духа. И порой я пою им, немного грустно, но, в общем-то, довольно бесчувственно, о завоевателе с глазами цвета далекого Эвксинского Понта и любви, похожей на парсийскую осень – огненно-алой и короткой.
А потом армия Эллины вытаптывает Кемет, его плодородные поля и пышные сады. Рушит древние храмы, разбивает лица зверобогов, выжигает оазисы и казнит жрецов. Они пьянеют от красивых искусных женщин и мальчиков, стоящих теперь сущий пустяк на рабских рынках. Я чуть не плачу, слушая об этом. Но не боюсь. И Мемфис с его черным сердцем и тайнами, наполовину утопшими в песке, сдается Танасу. Армия входит в город и утверждает свое господство огнем и мечом. А он все также хочет забыться в объятиях безжалостной и мертвой красоты.
Через два дня после захвата Мемфиса завоеватель из моих снов и песен стоит на пороге. От него пахнет кровью. Этот запах бьет в ноздри даже смешанный с розовым маслом, добавленным в ванну. А в его глазах – зарождающееся безумие, подкрепленное грубой терпкостью неразбавленного вина. С ним трое воинов, из тех, что сторожат покой господина, как верные псы. Они выкручивают руки Хатсор, попытавшейся защитить меня. Пока – она нетронута, лишь слегка оглушена, чтобы не вырывалась. Но стоит Танасу перейти грань со мной, как служанка достанется солдатам. Поэтому, когда басилевс сжимает мои плечи и целует жестоко и сильно, я выхватываю кинжал. Золотистая молния вспарывает воздух и ударяет ему в предплечье. Он вскрикивает. Воины вырывают из ножен мечи…
Я быстро подставляю лезвие к собственной шее...
Никому не позволю насиловать мою душу и тело.
Дышу мелко и часто, как загнанная ласка. Смотрю ему прямо в лицо, не зажмуривая глаз. Я не боюсь, даже зная, что сейчас умру.
Но Танас останавливает расправу одним взмахом руки. Его глаза меняют цвет с грозово-синих на голубые, совсем как в моих воспоминаниях. Он глубоко вздыхает и приказывает:
- Убирайтесь.
И все выходят, потому что его спокойствие кажется еще более страшным, чем хмельная развязность. Мы остаемся одни. Мгновения бьют в висок. Мне хочется обнять его и попросить прощения. Но я ни в чем не виновата, поэтому просто разглядываю изменившегося Танаса, стараясь привыкнуть к нему. И привыкаю. Я уже не вздрагиваю, когда он решительно шагает ко мне и обнимает.
В эту ночь он просто лежит рядом, гладит меня по волосам и говорит взахлеб. О непокорных городах, растертых в пыль его величием, об отблесках пожарищ в ночном небе, о криках, разрывающих душу, о солнце, прыгающим в глаза с острия сариссы. И много-много о боли, об одиночестве, о страхе закончить так же, как отец и братья. А еще о мечтах, ведущих за горизонт, но бесплодных и холодных, как льды Гипербореи.
Теперь от меня тоже пахнет кровью.
И это не вытравить, как не разорвать узелок, связавший воедино наши жизни. Где нам тягаться с богами, мой милый басилевс? Я знаю, что ты попробуешь, но, в конце концов, когда устанешь искать стены и пробивать их лбом, поймешь, что не мы выбираем свой путь.


 
PretorДата: Вторник, 03.04.2012, 07:37 | Сообщение # 5

Специалист
Сообщений: 198
Награды: 7
Репутация: 6
Статус: Offline
Это. Очень. Женское произведение. В отличие от "Таис Афинской", которую все же, написал мужчина, в советский период, когда чувственность была, мягко говоря, не в моде. Посему, мне тяжело рецензировать произведение, написанное "по мотивам" моей любимой книги детства, но с абсолютно полярным менталитетом автора.

Тем не менее, молчать нельзя, потому что очень редко на нашем ресурсе выкладывается что-то подобного уровня.
Дорогая Анна, мне очень приятно, что вы прилетели на огонек.
Некоторые критики путают свою работу с работой бет, которые правят ошибки. К счастью, здесь им ничего не обломится. Ошибок, как орфографических, так и стилистических - нет.

Очень хорошо подан сюжет. Практически без диалогов, но события описываются четко и "картинка" видна целиком. Пусть даже все это пропущено через "фильтр" ощущений одного человека. Это достоинство текста и показатель определенного уровня мастерства автора.

Некоторые чужеродные для читателя элементы в тексте, конечно, мешают, как было и в "Таис Афинской", перегруженной непонятными словами, которые, постепенно, конечно, усваивались, но различие между романом и рассказом в том, что в романе читатель смиряется и начинает понимать, о чем идет речь. В рассказе же, у него просто нет на это времени.

Порадовала стилистическая целостность и богатство языка, но это уж, как всегда в ваших текстах. Если бы я был женщиной - непременно бы почувствовал все своей шкурой. А так - смирился, что мне, как мужчине, в этом рассказе эмоционально многое недоступно.

Спасибо, творческих успехов!


I'm just a segment of your imagination
 
ПолитехникДата: Вторник, 03.04.2012, 13:28 | Сообщение # 6

Специалист
Сообщений: 294
Награды: 6
Репутация: 1
Статус: Offline
… Но что бы не приносили эти встречи – сердечное смятение или мертворожденную радость, незаслуженную боль или неожиданную нежность – я храню каждую встречу в отдельной шкатулке собственной памяти…
Первое, на что обратил внимание, при знакомстве с вашим произведением – это красивые обороты. Этому уделено много внимания, но сложные, витиеватые конструкции, что называется, к месту.

Второе приятное впечатление – грамотность: строя сложные, красивые предложения, вы делаете это очень грамотно, не забывая об их согласованности.

Как уже сказал Денис, нам, мужчинам, трудно понять произведение, подобное вашему, но стиль, грамотность, язык и яркие образы (переполняющие текст), доставляют эстетическое удовольствие, выделяя вашу работу среди других. Спасибо вам за то, что поделились своей работой и освежили раздел своим творчеством.
 
Lagrima-CristyДата: Вторник, 03.04.2012, 17:55 | Сообщение # 7

Критик
Сообщений: 232
Награды: 9
Репутация: 3
Статус: Offline
Quote (Pretor)
Это. Очень. Женское произведение

То, что и надеялась услышать) я читала Таис несколько раз, два в школе, другой - год назад. И для меня произведение так и осталось гимном Женщине и Красоте, своего рода философией (а в древности и религией), но написанным именно мужчиной (за что ему честь и хвала). Вот и захотелось написать о том же, но с женской точки зрения (хах! по принципу, сама себя не похвалишь...)
Quote (Pretor)
Некоторые чужеродные для читателя элементы в тексте, конечно, мешают

Надо словарь в конце сделать или сносок наставить. Извиняюсь, не подумала... happy
Спасибо!

Quote (Политехник)
Как уже сказал Денис, нам, мужчинам, трудно понять произведение, подобное вашему, но стиль, грамотность, язык и яркие образы (переполняющие текст), доставляют эстетическое удовольствие

Ну, со временем, думаю, смогу усовершенствоваться и написать на подобную тему так, чтобы все могли прочувствовать)

Интересно было услышать мнение мужчин по данному произведению! СПАСИБО Вам! smile

Впрочем, это еще не конец рассказа) немного позже продолжу выкладку




Сообщение отредактировал Lagrima-Cristy - Вторник, 03.04.2012, 17:57
 
ElvДата: Среда, 04.04.2012, 11:44 | Сообщение # 8

Опытный
Сообщений: 150
Награды: 6
Репутация: 3
Статус: Offline
Лагрима, тоже присоединюсь к предыдущим рецензентам, чтобы выразить восхищение вашей работой! Написано мастерски, атмосфера передана настолько нежно и с каким-то привкусом дикости. Я двигаюсь между строк, будто внутри стен, смазанных ароматным воском. В этом рассказе поются древние песни, и ветер горячий поднимается к небесам, я стою на горе, и соскальзываю по каждой букве вниз. Мне нравится. happy



Сообщение отредактировал Elv - Среда, 04.04.2012, 11:46
 
prof_DiДата: Четверг, 05.04.2012, 03:06 | Сообщение # 9

Профессионал
Сообщений: 346
Награды: 10
Репутация: 3
Статус: Offline
Давно хотела почитать и уже начала жалеть, что добралась только сейчас до него. Но...похоже, не мы выбираем время и место того, что должно произойти. Дочитав, поняла, что именно сегодня, сейчас Ваш рассказ - то, что так не хватало душе давно.
Согласна со всем сказанным выше: у Вас очень богатый, насыщенный язык; чистый и грамматически выверенный текст; и стилистика на высшем уровне.
Сюжеты всегда со своей авторской изюминкой. И этот не исключение. Может, виновата атмосфера античности, может, примесь востока, а может, такая "женская" главная героиня. Сильная и в то же время чуть ранимая в своих столь немногих и доступных по жизни слабостях. Я просто забылась на несколько минут среди Ваших строчек, забыла обо всем окружающем и жадно глотала строчку за строчкой. И несмотря на то, что окончательное ощущение Вашей истории мечется между мимолетным, характерным для жизни, счастьем и грустью и некой безнадежностью, я бы хотела узнать, как события сложатся в дальнейшем.
Оглядываясь назад, мне кажется, что было лишь мгновение чтения, так, легкое и недолгое скольжение, но в голове яркими обрывками всплывают обрывки текста и сознание слишком ярко рисует картины. Наверное, я еще долго буду ходить вот в таком полузабытье, оставаясь мыслями где-то в мире Вашего рассказа. И при мысли об этом я улыбаюсь.
Спасибо за то, что Ваши рассказы так захватывают и дарят такие насыщенные чувства.
Творческих успехов!


Бисова козявка (с)
 
dinaltДата: Четверг, 05.04.2012, 10:11 | Сообщение # 10

Добрый админ :)
Сообщений: 3147
Награды: 28
Репутация: 17
Статус: Offline
Quote (Lagrima-Cristy)
Он говорит так, будто пришел в первый раз

Quote (Lagrima-Cristy)
Он говорит так, будто вернулся домой…

вот это немного смутило... первый раз или домой? хотя конечно возможно и то, и то smile

иногда встречаются длинные предложения(я их очень сильно не люблю), но здесь они не мешают чтению.

написано действительно отлично! Хорошая работа, которая легко читается и не проходит мимо просто так.
Продолжай в том же духе!



 
Lagrima-CristyДата: Четверг, 05.04.2012, 19:14 | Сообщение # 11

Критик
Сообщений: 232
Награды: 9
Репутация: 3
Статус: Offline
Elv, prof_Di, спсибо за такие теплые отывы! Буду стараться!

Quote (dinalt)
иногда встречаются длинные предложения(я их очень сильно не люблю), но здесь они не мешают чтению

Да, знаю, что кое-что очень громоздко, но право, мне кажется, именно такой стиль подходит этому рассказу. Хочется погрузить читателя в то время (а ведь все же это писалось с эпохи античности), каким оно мне видится: ярким, чувственным и странно гармоничным. Спасибо!


 
ПолитехникДата: Пятница, 06.04.2012, 08:32 | Сообщение # 12

Специалист
Сообщений: 294
Награды: 6
Репутация: 1
Статус: Offline
Lagrima-Cristy, громоздко, это когда читать тяжело, а ваш стиль приятен для восприятия. Это все равно, что называть большую грудь модели или мышцы спортсмена чем-то громоздким. И да, такой стиль, несомненно, подходит к вашему произведению.
 
Lagrima-CristyДата: Воскресенье, 08.04.2012, 20:19 | Сообщение # 13

Критик
Сообщений: 232
Награды: 9
Репутация: 3
Статус: Offline
Три встречи. Три дня счастья, удушающего и головокружительного, как дым горящего Мемфиса. Город сожжен и разграблен до основания. Пламя лисицей прыгает по развалинам и подметает хвостом небеса. Багряное зарево рвется в окна по ночам. Но мне хорошо. Нет ни жалости, ни мыслей о будущем. Только мой дом – островок тишины в беснующемся городе – и мы в нем.
Через три дня – скомканное прощание, храпящие испуганные лошади, ветер, несущий черный пепел и, в белых одеждах с кривыми ятаганами, шесть наемников, которых Танас обязал в целости и сохранности доставить меня в Эллину, где сейчас самое безопасное место.
- Что тебе подарить? - вдруг спросил он, придерживая мою лошадь под уздцы. Ту самую нисейскую кобылу, отданную им в уплату за нашу первую ночь. – Проси все, что захочешь.
Я смотрю на него сверху вниз.
- Ничего. Как будешь в Асфе, приходи в мой дом.
Знаю, что Танас не сможет исполнить просьбу. Но мне, и, правда, ничего не нужно. Лошадь переходит на рысь, а я еще долго, до боли в мышцах, поворачиваю голову назад, чтобы наглядеться впрок на своего басилевса.
В небе, раскинув крылья, кружит ястреб.

Переходы, пустыня, опустевшие города, запутанные дороги… Хатсор почти не спит, сидит рядом со мной по ночам и охраняет, не доверяя наемникам Танаса. Я их тоже опасаюсь. Они молчаливы и вежливы, но именно это не нравится. Не могу понять, что за мысли у них в голове. Реши они изнасиловать и убить нас – я не удивлюсь.
Но Иштар благосклонна к таким, как я.
Спустя месяц кавалькада чинно проходит по улицам Асфы и останавливается возле моего дома. Не сказав ни слова, воины разворачиваются и галопом, распугивая прохожих, мчатся обратно.
Я вхожу в дом. Пыль поднимается от моих шагов и пляшет в свете солнца из окон. Мне становится грустно и одиноко при виде этого запустения.
Что ж, значит, сегодня вечером будет праздник. Я снова приму гостей, охочих до моего искусства. Пусть будет музыка, пусть будут стихи и шутки, но только не послушная память, рисующая Танаса, усталого и нахмуренного на фоне угловатых черных руин и просыпающегося солнца.


 
Lagrima-CristyДата: Воскресенье, 08.04.2012, 20:20 | Сообщение # 14

Критик
Сообщений: 232
Награды: 9
Репутация: 3
Статус: Offline
Фарминга жалобно стонет, вторя ритму тамбурина. Я плавно вскидываю руку и поднимаюсь на большой палец правой ноги, согнув другую в колене, и кружусь вокруг собственной оси, все убыстряя темп. Поймав момент, делаю скачок и приземляюсь на колени, затем сгибаюсь назад и кладу ладони рядом со ступнями. Алая ткань, взметнувшаяся вверх при прыжке, красивыми складками опадает вокруг моей фигуры.
Мелодия падает в пропасть и умирает.
Выждав положенное время, я встаю и иду к хозяину дома. Сажусь на подушки возле него. Руки Анталиска тут же захватывают мою. Губами он проводит по предплечью, по сгибу локтя, изукрашенному слегка потускневшим мехенди, узоры которого Хатсор старательно выводила неделю назад. Кожа, наверное, до сих пор пахнет лимоном и горчит хной. Я не отзываюсь, но и не сопротивляюсь. Мне даже нравятся поцелуи и властная ладонь на талии. Думаю, остаться на ночь, если предложат достойную цену.
После меня танцуют несколько молоденьких девушек, почти девочек. Острые коленки и локти, выступающие ребра, испуганные глаза и волны газовой ткани, обернутые вокруг худосочных тел. Интересно, кто из гостей интересуется подобным? Явно не Анталиск, продолжающий зацеловывать мои плечи и шею. Шершавая сильная ладонь поглаживает спину, и я качаюсь на легких дурманящих волнах удовольствия.
Но туман рассеивается, стоит прозвучать слову «Танас». Настораживаюсь, кошусь из-под прикрытых ресниц, выискивая, кто из гостей вспомнил имя моего проклятия. Видимо, спина напрягается, потому что Антилиск, оторвавшись от меня, спрашивает:
- Что-то случилось?
- Нет.
Но хрупкое очарование молодым хозяином разрушено, разбито вдребезги о стену ненужной, но стойкой привязанности моей души к своенравному басилевсу. Мужчина отлепляется от меня и старается вникнуть в суть развернувшейся беседы. Гости говорят о Танасе, о его походе, об огромном количестве дешевых товаров и рабов, появившихся на рынках после завоевания Парсы и Кемета. И о том, что уже два месяца от армии нет никаких вестей.
- Наверное, они уже дошли до Края Света, - усмехается Анталиск.
Я молчу, изо всех сил стараюсь молчать, сжимая губы в нитку.
- А если он погиб? Представляете, что начнется? Империя сейчас уже трещит по швам.
- Вчера в Кемете было еще одно восстание, а Киликия объявила себя свободной от власти басилевса.
- Достаточно посмотреть на то, что сейчас происходит во Дворце. Назначенный Танасом наместник устраивает одну оргию за другой, растрачивая казну…
- Может быть, кто-то из его архонтов скрывает смерть Танаса…
Чувствую, как кровь отливает от лица и бьет в сердце. Отворачиваюсь, чтобы никто случайно не подсмотрел за движениями моей души.
Мужчины все больше распаляются. Музыка умолкает. Танцовщицы замирают в ужасе, слушая брань и пьяные споры о судьбах Империи.
Поднимаюсь на ноги, шурша одеждами из кеметского льна, и иду к выходу. Анталиск, не раздумывая, бросается следом. Но на все его предложения и уговоры я лишь отрицательно качаю головой.
Мне уже ничего не хочется.
Месяц пытаюсь мириться с тяжелыми мыслями и отсутствием желаний. Мой дом закрыт. На улицу я выхожу, лишь покрыв голову калипитрой или замотавшись в яшмак.
Но все это проходит, и я воскресаю вместе с «мертвецом», внезапно объявившимся возле Самарканда с остатками армии и безудержной злостью на разваливающуюся Империю.
Еще три города превращены в руины, еще несколько тысяч рабов переправлены в Эллину, чтобы стать украшением местных рынков. По-моему, после завоеваний Танаса рабов стало куда больше, чем свободных людей.
Но об этом я думаю мельком, потому что снова чувствую, как бьется сердце. У меня нет даже тени надежды, что басилевс вернется в Асфу, и все-таки…Позволяю радости заползти в душу и свить там гнездо. Наверное, чтобы потом было еще тяжелее.
Танас обосновывается в далеких Сардах, оттуда управляя заново покоренной Империей.
А я снова смеюсь и танцую, и веду философские беседы с вельможами, учеными, поэтами и просто достойными людьми, быстро становящимися моими поклонниками. Теперь мое имя известно по всей Эллине.
Поэтому, когда утром незнакомый мужчина в запыленной одежде и в сопровождении трех солдат появляется на моем пороге, я улыбаюсь, думая, что это кто-то из путешественников, которым тут же рассказывают обо мне. Но он ставит на землю ларец и говорит так просто, будто это совсем не важно: «От Танаса»… Не знаю, сразу ли он ушел или стоял и смотрел, как я недоуменно верчу в руках шерстяную столу, сплошь покрытую драгоценными камнями семи видов. Эту вещь почти невозможно носить, не потому что она бесценна, а потому что весит около полутора коффинов и, наверное, может защитить от удара копья.
Подарок царя…
Стола до сих пор хранится у меня. Я одену ее, когда придет время отплывать в Царство Мертвых. Иначе, как он узнает меня там?


 
Lagrima-CristyДата: Пятница, 13.04.2012, 23:12 | Сообщение # 15

Критик
Сообщений: 232
Награды: 9
Репутация: 3
Статус: Offline
Хочу посмотреть на мать Танаса, умершую три дня назад, в седьмой день месяца Сбора Урожая. За городом, на берегу для нее уже возведен погребальный костер по образу Зиккурата и мавзолей, где будет лежать прах. Все ждут только прибытия басилевса, которому первым следует возложить факел.
Церемония начинается вечером, как только золото и багрянец заката меркнут, сменяясь насыщенной ночной синевой. Погребальная квадрига везет тело Амистис, покоящееся в живых цветах и источающее ароматы миро и нарда. Я не вижу ее, но почти наверняка знаю, как выглядит эта женщина. Она парсийка, а значит, у нее глубокие воловьи глаза под тонкими разлетающимися, как крылья чаек, бровями, прямой нос и пухлые губы. От природы бронзовая кожа в смерти приобретает неприятный желтушный оттенок, поэтому лицо закрыто яшмаком, прошитым золотыми и серебряными нитями. Она спокойна и сосредоточена, она жена басилевса и мать басилевса. Амистис гордится сыном и умирает умиротворенной, с чувством выполненного долга.
Вряд ли мне когда-нибудь будет знакомо это.
Танас берет лошадей под мундштуком и ведет к костру. Он не унаследовал томной красоты матери, глаза – голубая сталь, черты лица, хоть и правильные, но без намека на изящество. Лишь черные волосы, завивающиеся на кончиках, говорят о примеси парсийской крови, победившей кровь отца.
Басилевс восходит на костер и там, на самом верхнем ярусе, став ближе к богам и звездам, он перерезает горла лошадям. Слышу их замирающее булькающее ржанье, от которого становится муторно. Но Танас уже спускается и берет в руки факел, поднося его к дровам, обильно политым маслом. Они вспыхивают, пламя ползет вверх, и вскоре погребальный костер, по-царски пышный, вздымается к черному небу. У бочек вышибают пробки, льется вино, кажущееся кровью в ослепительно ярком свете.
Я не вижу лица Танаса, только расслабленную спину, бессильно опущенные руки и поникшие плечи. Смерть матери глубоко расстроила его. Хочется подойти и взять за руку, хотя бы просто соприкоснуться плечом, но положение не позволяет. Да и что сказать ему? Я не знаю своей матери, меня отдали в храм Иштар почти сразу после рождения. Кажется, она была сирийской наложницей у кого-то из парсийских князей. Это не добавляет мне знатности происхождения.
К утру костер прогорает. Легкий утренний ветерок перекидывает горстки пепла, который собирают в несколько золотых урн и ставят в мавзолей. Дверь запечатывают, и теперь никто не потревожит прах матери басилевса.
Бессонная ночь кинула тень на его лицо. В рассветной полумгле он кажется страшно постаревшим и хищно-жестоким. Подбираюсь как можно ближе, и меня замечают. Танас хмурит брови и закусывает губу. На лице ни радости, ни скорби - застывшая маска, выточенная искусным резчиком. Он подходит ко мне вплотную, внимательно изучая, точно видит впервые. Я тоже смотрю, отмечая, что снова придется привыкать к Танасу, за три долгих года поменявшего черты.
- Помнишь, ты обещал исполнить любую мою просьбу? Зайдешь?
Он еще больше сводит брови. То ли ему не нравится, что я разговариваю с ним столь откровенно в присутствии солдат и придворных, то ли устал от меня. Но басилевс не прогоняет зарвавшуюся любовницу.
- Зайду. Сейчас.
Он сажает меня в седло перед собой, так, будто я его невеста. Замираю в кольце знакомых рук, вжимаюсь в него…если бы можно было врасти! Почти не вижу дороги, но Танас и так помнит, где находится мой дом.
Мы заходим туда, вместе переступая порог. Хатсор, не глупая, тут же прячется куда-то, оставляя нас вдвоем. Уже полностью рассвело, но солнце по-осеннему равнодушно, и в комнате прохладно.
Наливаю ему вина в чашу, и он пьет залпом, неразбавленное, крепкое. Глубоко вздыхает и ловит мой взгляд. В его глазах плещется ярость, не ко мне – ко всему миру, смеющему поступать по-своему. Черты лица заострились, как у плотоядной птицы. Новый Танас способен причинить боль, не ведая того, потому что сам знал ее слишком много и давно перестал ощущать. А самое ужасное – ему нравится это. За яростью в глубине глаз тлеет безумие, еще слишком неясное окружающим, но уже заметное близким людям.
Меня опрокидывают на постель. Сминают ее идеальный порядок. Выплескивают злость в каждом движении, ломая…не сопротивление - я слишком хорошо знаю, как все будет – а бледную тень непокорности, возмущение не духа – тела, с которым обращаются слишком грубо и жестко.
Знаю…вижу насквозь своего басилевса…но больно. Отворачиваю лицо, чтобы он не видел зажмуренных глаз и гримасы, кривящей рот. Кусаю губы, пальцы, но молчу…потому что так надо. Потому что хочу достучаться до того, кто внутри, кто еще помнит о нежности и страсти. Слезы текут непроизвольно, больше от обиды, но я чувствую их тепло, губам становится солоно… И Танас прекращает истязать меня. Он прижимается теснее, хотя теснее уже вроде бы некуда, целует искусанные кровоточащие губы, пробует на вкус соль и железную горечь. Я открываю глаза и слабо улыбаюсь. Он продолжает, но уже не так порывисто, пытаясь доставить удовольствие и мне…
В этот момент он почти такой же, каким был семь лет назад.
Танас проводит у меня еще две ночи, пока решает дела в Асфе. Он мало говорит о походах, теперь больше о дворцовых интригах и планах один безумнее другого. Я не верю его идеям, но верю в него. Теперь мне лучше пифии открыто, как изменится мир и каким он будет в скором времени.
Басилевс уезжает, попрощавшись, как всегда, коротко и холодно. Напоследок он сообщает, что собирается жениться, как того требуют нужды Империи. Я пожимаю плечами и отвечаю, что один из моих любовников предлагает содержать меня и жить в его доме.
- Не имеет значения, что мы делаем порознь, - говорю я. – Но если боги определили нам еще одну встречу - ничто не помешает ей.


 
Форум » С пером в руках за кружкой горячего кофе... » Ориджинал » Случайные визиты (по образу и подобию "Таис Афинской")
  • Страница 1 из 2
  • 1
  • 2
  • »
Поиск:

 

 

 
200
 

Что Вы думаете о современно литературе?
Всего ответов: 89
 





 
Поиск