Вход · Личные сообщения() · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS Наша группа в ВК!
  • Страница 1 из 1
  • 1
Модератор форума: Lord, Cat-Fox  
Форум » С пером в руках за кружкой горячего кофе... » Ориджинал » Крушение
Крушение
ИгорьДата: Вторник, 13.03.2012, 14:58 | Сообщение # 1

Любитель
Сообщений: 22
Награды: 1
Репутация: 0
Статус: Offline
Название произведения: Крушение
Автор: Горовой Игорь
Бета: ---
Разрешение на копирование: Пожалуйста!
Рейтинг: R
Дисклеймер: Все права принадлежат мне
Жанр: Триллер/катастрофа/драма
Пейринг: Захар Климов (бизнесмен), Кирилл Звездунов (студент), Олег Нашевский (путешественник), Кевин Карн (американец), Мария Солдатова (девушка американца)
Описание: Четыре разные истории последних минут жизни пассажиров самолета потерпевшего крушение.
От автора: Приятного полета!
Статус: Завершено
 
ИгорьДата: Вторник, 13.03.2012, 14:58 | Сообщение # 2

Любитель
Сообщений: 22
Награды: 1
Репутация: 0
Статус: Offline
Я летел в Москву с очень важных переговоров из Штатов. Мы смогли подписать контракт, более чем выгодный. Трудно было даже предположить, что все завершится настолько успешно и что более удивительно быстро. Партнеры оказались сговорчивы и достаточно глупы, чтобы удовлетворить все наши изначальные требования.
Дома меня ждала семья. Жена, две дочери. Чего греха таить, торопился-то я не к ним. Сперва нужно было заскочить к Жанне. Я ее предупредил заранее, чтобы она выбрала сама гостиницу и ждала меня там. Как бы то ни было, но лучше нее стресс не снять никому.
В самолете я лениво листал интернет страницы на своем планшете. Опять какие-то митинги, нудные записи в блогах, рекламы и разоблачительные статьи. Все это так далеко от меня. Смешно читать записи о рутинной жизни офисного планктона. Это пишут те, кому никогда не владеть и не заработать то, что есть у меня. Им не ездить на BMW, не жить в личном доме, не купаться в роскоши. В той роскоши, которую я зарабатываю легче, чем выключаю свой золотой Nokia 6700 при взлете самолета.
Зачем корпеть у станков, сутками работать, тратя здоровье и нервы, когда можно подключить немного элементарной хитрости и проворности и стать наголову выше всех этих несчастных людей.
- Уважаемые пассажиры, просим соблюдать спокойствие. В левом двигателе возникли неполадки…
- Какого черта? – меня больше насторожило тревожное лицо стюардессы.
- Экипаж делает все, чтобы решить возникшие проблемы, - голос молодой работницы международных авиалиний дрожал.
- Под нами море. Мы разобьемся? Это шутка? – со всех сторон раздавились разные фразы, объединенные неприкрытым чувством страха.
- Просьба пристегнуться, оставаться на местах, не поднимать панику…
Было поздно. Кто-то начал молиться, кто-то плакать, кто-то матерился.
- Воспользуйтесь кислородными масками...
Как по команде сверху, словно лианы, свесились эти самые маски.
- Это…, - я не мог говорить.
Самолет стал явно накреняться на один бок. Из левого двигателя, что был дальше от меня, стал валить дым.
Понемногу стал нарастать треск, грохот, какой-то скрежет, но главное – нарастала паника.
- Да ну вас к черту.
Непонятно зачем я стал включать мобильник и набирать номер своих компаньонов в Москве.
Над Атлантикой моя корпоративная сим-карта и телефон оказались бессильны. Данный вид связи недоступен.
- Дайте мне срочно позвонить… - на лбу появилась холодная испарина.
- Да что тут… - самолет резко накренился на другой бок и стал набирать скорость. Вниз.
- Уважаемые пассажиры. Это капитан экипажа. Просьба не паниковать. Мы падаем… - нечленораздельные помехи и маты продолжили его речь.
Я закрыл глаза. Передо мной проносились лица людей, которых я видел последние дня три. Американцы, стюардесса, жена, дочери, Жанна, автомеханик, заправщик. Кто из них сейчас чем занят? Я сжал в одной руке телефон, другой стиснул подлокотник кресла. После очередного толчка планшет упал с глухим звуком на пол.
На мгновенье у меня в мозгу всплыла в уме бредовая мысль. Вспомнились слова продавца в сотовом салоне: «Вы можете застраховать ваш телефон от пожара, потопа». Интересно, мой телефон скорее сгорит или утонет. А еще контракты. Мой портфель D&G из натуральной крокодиловой кожи не горит. Так уверял другой продавец. Забавно. Обугленные кости вперемешку с поджаренным человечьим мясом, к которому прилипли лоскуты сгоревшей одежды и не тронутый портфель. Лишь немного обуглится эмблема дизайнера. Но под нами море. Зато мы не сгорим. Наверное. Наши разорванные на куски тела просто разбухнут. Нет. Нас съедят рыбы, крабы. Может даже акулы. Это расплата. Мы ели их, а теперь они нас. Банка консервов падает обитателям океана прямо на голову. Подогретые консервы. Отборное мясо с кусочками позолоты, драгоценных камней. Я представил как я, живой полуобгоревший, захлебывающийся болтаюсь на поверхности. А меня жрут.
Я выронил телефон. Нас еще раз сильно тряхануло. Погасли таблички, лампочки, экран в салоне.
В ушах нарастал свист. Вместе с ним я стал слышать то, что происходило вокруг. Вакханалия.
Я стал нажимать на кнопку вызова стюардессы. Сейчас это было похоже на впрыск усиленной дозы обезболивающего, как это делают в иностранных клиниках. На капельницах с подобными лекарствами есть небольшая кнопка, нажимая которую усиленная доза попадала в кровь, когда боль становилась совсем уж невыносимой. Я такое видел в Корее и в Швеции.
Я безумно нажимал на эту кнопку. Я хотел виски. Или коньяка. Дорогого. И креветок. Очищенных и обильно смоченных в специальном соусе. Прямо сейчас. Отдать тысячу долларов за обед. Нажраться деликатесов и сдохнуть. Так надо жить.
А еще нужно было забрать новенькую Ferrari из салона. Мне ее вчера еще подвезли под заказ.
Нет, сейчас определенно нельзя умирать. А Кравченко? Этот старый пердун должен мне семь тысяч.
А отец…. Я для него взял кредит на свое имя. Как он собирается платить, когда все документы у меня? Хитрец. Он будто бы знал об этом. Что же делать?
Вдруг раздался удар. Сильнейший. Иллюминаторы повылетали. Меня выбросило из сидения. Я не мучился. Мне размозжило голову обломками прежде, чем салон залила вода.
***
- Приятного полета, - я помню эти слова и вырубился. Вчерашняя попойка по поводу окончания стажировки не оставила мне сил. Благо перелет долгий. Высплюсь.
Я студент МГУ. Направление – российско-американские отношения. Мне осталось всего-навсего полгода. Потом диплом, а там уже по распределению в консульство. Неплохие перспективы. Но это потом. Сейчас минералки и спать. Хотя таблеточка от головы не повредит. Или бутылочка Bud.
- Приедешь в общежитие, сразу же нам отзвонись, - именно так сказала мать, когда я ей позвонил с аэропорта еще в Штатах, в ожидании рейса. Что ж так и сделаю.
- Вам что-нибудь принести? – передо мной склонилась очаровательная стюардесса.
Я всмотрелся в ее приятные черты лица:
- Хотелось бы конечно чего-нибудь выпить. Видите ли, мы вчера изрядно накидались с друзьями по случаю моего отъезда и теперь меня терзает абсолютно невыносимое похмелье. Впрочем, и бутылочка минералки смогла поддержать меня в столь трудный час. Ну а впоследствии я был бы совсем не против уединиться с вами в каком-нибудь укромном уголке. Мне так одиноко.
Я ухмыльнулся, на что стюардесса обиделась:
- Нахал.
В ее глазах, однако, показался намек на улыбку.
- Да, я такой, - я подмигнул.
- Я подойду к вам позже.
- Договорились, - кинул я ей вслед.
- Вам что-нибудь принести, - она уже подошла к следующему скучающему пассажиру.
Я развалился в кресле и закрыл глаза.
- Что вы будете делать по возвращению в Москву?
- Профессор, вот вернусь и посмотрим.
Эти фразы были произнесены мной в разговоре с профессором истории мистером Джейкобсом на вечеринке по поводу отъезда студентов по обмену. У него были реальные планы на мой счет в Штатах. А именно: либо пристроить меня при университете, либо в Институт археологии. Это было интересно. Но я терялся между любимой историей и прибыльной посольской работой, которую легко мог бы организовать мой отец. Все равно надо было, наконец, доучиться, да получить этот проклятый диплом.
Мне вдруг показалось, что самолет как-то дернуло, но оглянувшись, я понял, что показалось.
Я снова прикрыл глаза, но вдруг что-то заставило меня взглянуть в левый иллюминатор. Оттуда стал валить дым.
Мое возбуждение стал быстро передаваться по салону. Сначала пассажиры с удивлением, а то и с интересом стали смотреть на дымящийся двигатель. Но вскоре, по салону стала распространяться паника.
Нет, это не может быть настоящей аварией. Она ведь может повлечь за собой гибель.
Одна половина мозга пыталась убедить саму себя, что это небольшая неполадка и самолет должен дотянуть на одном двигателе. Вторая же рисовала перед глазами на фоне общей паники картины из Интернета и телевизора, где показывали обломки самолетов после крушений и останки людей. В те моменты я еще часто пытался понять и даже представить, что чувствовали люди внутри. Каково это знать, что скоро, очень скоро самолет рухнет и самолет станет одним целым с пассажирами. Звучит пафосно. И при малейшем осознании очень мерзко. На секунду я закрыл глаза.
Но это не помогало. Крики, плач и маты вокруг мешали представить хоть что-то и абстрагироваться от реальности.
А реальность-то пугала. В перспективе было падение. Кстати, а где мы сейчас? Что под нами? Океан, город, поле, горы. Что? Хотя для такой высоты насколько я понимаю все равно.
Мне стало очень жалко ту милую стюардессу. Но в разы сильнее себя. Я не планировал такого будущего.
Забавно (если это слово уместно в момент авиакатастрофы), но как бы выглядели мои планы. Слетать на стажировку, закончить там обучение, заключить трудовой договор с Microsoft, умереть в Тихом океане во время перелета.
Я открыл глаза. Сквозь густые клубы черного дыма в иллюминаторе еле-еле проглядывался изрыгающий и пылающий двигатель. Только я подумал о возможности взрыва, как раздался глухой хлопок, и ошметки левого двигателя полетели прочь, как крошки со стола. Самолет сильно накренился на противоположный бок явно нехотя. Это пилоты пытались удержать самолет ровно, ведь при самом откровенном и неконтролируемом падении самолет уже никак не удержать. Сил не хватит элементарно. А автоматика, как показывает практика, просто отключается в подобных ситуациях.
Я не знал, что делать. Я не был к этому готов. Меня не учили этому в университете, не научили родители, когда я был еще маленьким. Никто этому не учит.
А ведь я смирился уже.
Я осознал, что смирился с неумолимой гибелью. Наконец самолет максимально нарастил свист и скрежет и что было сил, ударился о гладь воды. Вода стала просачиваться через пробоины в фюзеляже, иллюминаторах. Кто-то уже умер, кто-то потерял сознание, те же, кто еще оставался в сознании, беспомощно оглядывались и лениво шевелились, находясь в состоянии безумного шока. На первый взгляд прошло минуты две, а салон уже заполнился водой. Еще две минуты и глухой удар – мы на дне.
Так я и захлебнулся. От силы секунд сорок я сдерживал дыхание среди мутной воды океана, в которой не торопясь, у самого потолка плыли телефоны, сумки, ручная кладь и опухшие тела пассажиров. Перед самой смертью я видел, как смелая темно-зеленая рыбка заплыла в самолет. Вот же сюрприз для нее.
***
Это путешествие я запомню на всю оставшуюся жизнь. Мечты все-таки сбываются.
С малолетства, слушая пластинки Rolling stones, мечтал попасть в страну свободы и рок-н-ролла. Америка. И вот, мне пятьдесят и я наконец-то посетил Штаты.
Впечатлений целый вагон.
Даже улетать как-то не хочется. Что меня ждет дома? Промозглые улицы Подольска, повседневная серость и холод. А там… Я хотел бы остаться там.
- Пристегните ремни, пожалуйста, взлетаем, - обратилась ко мне бортпроводница.
- Да конечно, - приветливо улыбнулся я ей.
- Спасибо, - она улыбнулась в ответ, - Приятного полета, - плавно покачивая бедрами, она удалилась.
- Я бы хотел остаться, - зачем-то я бросил ей вслед.
- Что вы сказали?
Я покачал головой и снова улыбнулся. Глупо, но искренне.
- Все-таки про Париж – это все брехня. Вот увидеть Нью-Йорк и умереть – это да, - обратился я к соседу. Молодому парню лет двадцати.
- Да ну, - бросил он мне, махнув рукой, - Сто раз там был! Если б не Metallica со своим юбилейным концертом, я бы не приехал в этот раз. Ну что там хорошего?
- А что хорошего у нас? – я был удивлен, шокирован и даже немного разозлен.
- Да у нас и вовсе полная задница! – он как-то удивленно посмотрел на меня.
- А где тогда хорошо? – поймал себя на мысли, что я уж слишком наивен перед этим сопляком.
- Не знаю, - он пожал плечами и воткнул наушники своего Ipod в уши.
- Америка была у меня мечтой всей жизни, - я не понимал, как он может так нахально говорить про мою сбывшуюся мечту.
- Плевать мне, дядя.
- Что? – я оглянулся по сторонам, как ребенок, что ищет помощи у взрослых.
Тем временем самолет взлетел. Можно было отстегнуть ремни и спокойно предаться одному из как ни странно многих способов убийства времени в долгом полете.
Я достал свой скромный фотоаппарат Canon 2200, который называли «мыльницей» и принялся разглядывать фотографии.
Каждая фотография вызывала воспоминания о моем путешествии, на которое я копил без малого десять лет. Причем не только, а точнее не столько деньги, сколько время и эмоции
Неожиданно самолет на мгновенье сильно затрясло, словно автомобиль, который съехал на полной скорости с асфальта на бездорожье.
Затем мелкая дрожь охватила воздушное судно и постепенно стала передаваться его пассажирам. Причину я сначала не разобрал и принял эти неудобства за попадание в воздушную яму. Что ж, такое бывает и ничего, в общем, страшного в этом нет.
Впрочем, мое спокойствие улетучилось с первым криком одного из пассажиров. Крикнул он нечто нечленораздельное и указал на потемневший от дыма иллюминатор.
Двигатель взорвался. Первая мысль оказалась абсолютно точной. Сначала пламя вырывалось редкими, но сильными сгустками из жерла двигателя, но вскоре потухло.
Точнее будет сказать, гореть стало нечему. Обуглившиеся части лопастей и каких-то деталей, наряду с обшивкой турбины отлетали от сильно пострадавшего левого крыла и падали куда-то далеко вниз, словно перья какой-то сказочной и невероятно большой птицы. Спустя пару минут самолет ощутимо для пассажиров накренился на другую сторону и устремился вниз. И здесь мое первое предположение оправдалось – мы падали в океан.
- Сохраняйте спокойствие, - стюардесса с глазами полными страха пыталась успокоить пассажиров, - Пожалуйста, - на ее глазах выступили слезы, и она быстро удалилась за шторку, где обычно сидели стюардессы, когда не выходили к пассажирам.
- Мужик, мы разобьемся, ну что ты расселся, мы все умрем, тебе плевать, - вопли моего соседа пробудили во мне дикое чувство страха.
- Умрем! – я прохрипел, - Но это же невозможно. Не в этот же раз. Мы разобьемся.
- Уважаемые пассажиры! Экипаж пытается сделать все возможное, чтобы избежать падения. Просьба не паниковать. Мы приложим максимум усилий.
- Сажайте на воду! Спасите нас! Будьте прокляты! Я не хочу умирать! Сделайте что-нибудь! Мне плохо!
- Я не хочу умирать, - я присоединился к вакханалии, что творилась вокруг.
- Сейчас упадем! – это были последние слова моего соседа.
Море было очень близко в иллюминаторе, а под свист и скрежет наш самолет приближал его еще сильнее:
- Господи, спаси и сохрани нас. Кто бы Ты ни был, спаси нас. Мы не хотим разбиться.
- Что с тобой? - мой сосед умер от приступа. Сзади молитвы стали неразборчивы от всхлипов и заиканий, - мы все сейчас разобьемся, все кончено, - самолет упал. Удар был такой силы, что половина фюзеляжа, которой мы ударились, на глазах стала деформироваться и впускать в себя кубометры воды. При этом пострадавшее крыло успело переломиться и задеть бензобак, пробить его и заискрить ошметками проводки, что и спровоцировало взрыв. От него-то я и погиб. Не помню, что и как мне оторвало, но за какие-то секунды я превратился в мясной конструктор «собери сам», который не был способен жить отдельно по частям. Взрыв был почти без огня. Пламя только вспыхнуло, как тут же было залито водой, в которой мы оказались за минуту, может две. А затем мерно стали идти ко дну.
***
Я никогда не летал на самолетах.
Если бы не это интернет-знакомство с русской красавицей по имени Маша я бы так и не полетел:
- Я вылетаю!
Это я написал ей в ICQ со своего коммуникатора HTC Sensation, когда занял свое место в самолете.
- Счастливо, - ответила она, завершив фразу кучей смайликов.
Не ожидал, что так бывает. Любовь заставила меня отправиться в Россию.
- А давай по Skype общаться? – написал я ей.
- Клево.
И вот мы уже видим друг друга. Я ее на экране коммуникатора, она дома на экране монитора.
- Мы взлетаем.
Попросили отключить средства связи. Ну, уж нет. Я решил весь полет оставаться со своей любимой на связи, пока мы с ней не встретимся в зале ожидания аэропорта с довольно странным для меня, американца, названием Домодедово. По-моему это, черт возьми, очень романтично. Да и она не против. Я послал ей воздушный поцелуй. Она улыбнулась и продолжала смотреть на меня пристально с наивной улыбкой ребенка.
- Прилетай скорее.
Чтобы не вызывать подозрений у персонала и пассажиров мы отключили звук и продолжал переписываться, глядя друг на друга.
Несколько часов и мы будем рядом. Побуду недельку и вернусь. А пока пусть оформляет визу, решает вопросы с квартирой и собирается. Через месяц-другой заберу ее с собой. Жить в России все-таки не вариант.
Взлетели.
Мы пристально смотрели друг на друга и писали всякие романтичные глупости друг к другу, не веря в свое счастье и скорую долгожданную встречу.
- А что будем делать, когда прилечу? - написал я ей среди моря осмысленных и не очень знаков поцелуев, улыбок и сердец.
Она задумалась на секунду:
- Пойдем гулять. Сегодня чудесная погода. Сходим на фонтаны, на площадь.
По большому счету мне было все равно, что делать. Хотелось просто ощущать рядом человека, который весь этот год был недостижимо далеко.
- Все что скажешь. Я готов просидеть с тобой все время в аэропорту, держась за руки. Мне будет достаточно этого. Знаешь, я почувствовал, что я.…Как бы это сказать. Ты можешь мне не верить, потому что я не знаю, какая ты в жизни, но.… В общем, я думаю, что я прав. Я искренне с тобой и прошу, поверь мне, - я пытался сказать, что люблю ее, но ничего не получалось.
Но она все и так понимала.
- Скорей бы ты уже прилетел.
Вдруг самолет тряхануло, и я выронил свой коммуникатор.
- Воздушная яма, - написал я ей. Ее лицо снова стало спокойным и безмятежным.
- А я уже испугалась.
- Не бойся.
- Я скоро уже буду выезжать, так что в дороге связь может немного тупить. Я вызову такси.
- Хорошо, - ответил я.
- Я сейчас отойду ненадолго, переоденусь и возьму все необходимое. Не скучай, - она послала мне воздушный поцелуй и, улыбаясь, убежала с экрана.
- Жду тебя и уже скучаю, - написал я и посмотрел в иллюминатор. Двигатель сильно коптил. В салоне возбужденные разговоры переходили в панику. И тут прозвучала истеричная команда.
- Мы падаем!
И вправду чувствовалось, как самолет накренился на противоположный бок и стал набирать скорость. Я испугался и почему-то инстинктивно включил звук в Skype.
- Я здесь, - Маша сначала написала, а потом, заметив значок включенного звука – произнесла.
- Что бы ни произошло, знай – я тебя люблю. Я не знаю, увидимся или нет, но я по-настоящему люблю тебя, как никто и никогда. Жаль, что все так…
Новый толчок, вызванный взрывом в двигателе, снова выбил из рук мой девайс.
На этот раз поднять я его не успел. Кто-то при сильном крене упал со своего места и, поднимаясь, раздавил его.
Наконец мы упали. Свист и скрежет напрочь заглушили все и расслышать, что происходило в салоне, было уже невозможно. Да и ничего там не происходило. Пассажиры кричали, будто это было так принято в подобных ситуациях, сами же смирились с участью приговоренных к смерти.
Я перелетел от удара три передних ряда кресел и упал в воду, которая постепенно, как в колбу стала заливаться в салон. От удара я потерял сознание и спокойно захлебнулся. Так и не увидев свою единственную любовь.
 
Форум » С пером в руках за кружкой горячего кофе... » Ориджинал » Крушение
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск:

 

 

 
200
 

Какой Ваш любимый жанр?
Всего ответов: 152
 





 
Поиск