Вход · Личные сообщения() · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS Наша группа в ВК!
  • Страница 2 из 3
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • »
Модератор форума: Gita_Ogg  
Форум » Школа писателей » Справочник » Жанры (Библиотека)
Жанры
dinaltДата: Среда, 25.01.2012, 13:57 | Сообщение # 16

Добрый админ :)
Сообщений: 3147
Награды: 28
Репутация: 17
Статус: Offline
Басня

Басня, литературный жанр; краткий, обычно стихотворный рассказ, в иносказательной форме, сатирически изображающий человеческие поступки и отношения. Басня близка к притче и апологу. Персонажи Басня, помимо людей, — животные, растения, вещи. В начале или концовке Басня обычно даётся афористический нравоучительный вывод («мораль»). Басня — один из древнейших литературных жанров. В Древней Греции был знаменит Эзоп (6—5 вв. до н. э.), писавший Басня в прозе; в Риме — Федр (1 в. н. э.); в Индии сборник Басня «Панчатантра» относится к 3 в. Виднейшим баснописцем нового времени был французский поэт Ж. Лафонтен (17 в.). В России развитие Басня относится к середине 18 — началу 19 вв. и связано с именами А. П. Сумарокова («притчи»), И. И. Хемницера, А. Е. Измайлова, И. И. Дмитриева, хотя первые опыты стихотворных Басня были ещё в 17 в. у Симеона Полоцкого и в 1-й половине 18 в. у А. Д. Кантемира, В. К. Тредиаковского. В русской поэзии вырабатывается басенный вольный стих, передающий интонации непринуждённого и лукавого сказа. Басни И. А. Крылова с их реалистичной живостью, здравомысленным юмором и превосходным языком знаменовали расцвет этого жанра в России. На Украине Басня сочиняли Г. Сковорода, П. П. Гулак-Артемовский, Л. И. Глебов. В советское время приобрели популярность басни Демьяна Бедного, С. Михалкова, Ф. Кривина и др.



 
dinaltДата: Среда, 25.01.2012, 14:00 | Сообщение # 17

Добрый админ :)
Сообщений: 3147
Награды: 28
Репутация: 17
Статус: Offline
Притча

Притча, дидактико-аллегорический жанр литературы, в основных чертах близкий басне. В отличие от неё форма Притча 1) возникает лишь в некотором контексте, в связи с чем она 2) допускает отсутствие развитого сюжетного движения и может редуцироваться до простого сравнения, сохраняющего, однако, особую символическую наполненность; 3) с содержательной стороны Притча отличается тяготением к глубинной «премудрости» религиозного или моралистического порядка. Притча в своих модификациях есть универсальное явление мирового фольклорного и литературного творчества. Однако для определённых эпох, особенно тяготеющих к дидактике и аллегоризму, Притча была центром и эталоном для др. жанров, например «учительная» проза ближневосточного круга (Ветхий завет, сирийские «Поучения Ахикара» и др.), раннехристиансокй и средневековой литературы (см. притчи Евангелий, например Притча о блудном сыне). В эти эпохи, когда культура читательского восприятия осмысляет любой рассказ как Притча, господствует специфическая поэтика Притча со своими законами, исключающими описательность «художественной прозы» античного или новоевропейского типа: природа и вещи упоминаются лишь по необходимости, действие происходит как бы без декораций, «в сукнах». Действующие лица Притча, как правило, не имеют не только внешних черт, но и «характера» в смысле замкнутой комбинации душевных свойств: они предстают перед нами не как объекты художественного наблюдения, но как субъекты этического выбора. В конце 19 и в 20 вв. ряд писателей видит в экономности и содержательности Притча образец для своего творчества. Попытку подчинить прозу законам Притча предпринял Л. Н. Толстой. На многовековые традиции Притча опирался Ф. Кафка, а также интеллектуалистическая драматургия и романистика Ж. Притча Сартра, А. Камю, Ж. Ануя, Г. Марселя и др., исключающие «характеры» и «обстановочность» в традиционном понимании. Притча продолжает сохранять привлекательность для писателей, ищущих выхода к этическим первоосновам человеческого существования (ср. роль ходов Притча у Б. Брехта).



 
dinaltДата: Среда, 25.01.2012, 14:59 | Сообщение # 18

Добрый админ :)
Сообщений: 3147
Награды: 28
Репутация: 17
Статус: Offline
Лирика

Лирика (от греч. lýга - музыкальный инструмент, под аккомпанемент которого исполнялись стихи, песни и т.д.), один из трёх родов художеств. литературы (наряду с эпосом и драмой), в пределах которого мироотношение автора (или персонажа) раскрывается как непосредственное выражение, излияние его чувств, мыслей, впечатлений, настроений, желаний и пр. В лирическом образе через крупицу живого чувства (мысли, переживания) поэта выражает себя всё извечное бытие, глубинные социально-политические и духовно-исторические конфликты, напряжённые философские и гражданские искания. Это, в частности, находит отражение и в тематическом выделении таких видов Лирика, как философская («Бог» Г. Р. Державина, «Невыразимое» В. А. Жуковского, «Дар напрасный, дар случайный» А. С. Пушкина, «Истина» Е. А. Баратынского, «Фонтан» Ф. И. Тютчева), гражданская («К Чаадаеву» Пушкина, «Прощай, немытая Россия» М. Ю. Лермонтова, «Завещание» Т. Г. Шевченко, «Размышление у парадного подъезда» Н. А. Некрасова, «Читатели газет» М. Цветаевой, «Полночь в Москве» О. Мандельштама, «Россия» А. А. Блока, «Стихи о советском паспорте» В. В. Маяковского, «Дробится рваный цоколь монумента» А. Т. Твардовского), любовная, пейзажная и др.

«Великий поэт, - писал В. Г. Белинский, - говоря о себе самом, о своем я, говорит об общем - о человечестве, ибо в его натуре лежит всё, чем живет человечество» (Полн. собр. соч., т. 4, 1954, с. 521). Но в Лирика объективный мир обнаруживается через отношение к нему поэта, и его художественным эквивалентом выступает эмоциональное восприятие мира, преображенное в переживание субъекта. Событийность, действенный результат переживаний и стремлений, сфера поступков героя обычно остаются за пределами лирического произведения. И даже тогда, когда автор вводит в лирические произведения приметы внешнего мира - пейзажные, бытовые, портретные и пр., они утрачивают независимость от субъекта, изобразительные элементы приобретают, как правило, выразительные функции и становятся проводниками лирического переживания: либо его «зеркальными» отражениями («Сентябрьская роза» А. А. Фета), либо эмоциональными «сигналами» («Я на правую руку надела перчатку с левой руки» у А. Ахматовой), либо его символами («Парус» Лермонтова), либо, наконец, контрастным противовесом субъективному состоянию духа («Весна» Тютчева). Родовая сущность Лирика с максимальной наглядностью проявляется в произведениях, самый предмет которых составляет «сама душа, субъективность как таковая» (Гегель); здесь «... чувство довлеет самому себе, служит себе объектом...» (Веселовский А. Н., Историческая поэтика, 1940, с. 286).

Лирические произведения, передающее переливы и оттенки внутренней жизни, отдельные мгновения душевного движения, может достигать предельной краткости, и тогда в Лирика особенно явно проступает внешне-структурное отличие от эпоса, тяготеющего к развернутости во времени и пространстве, к монументальности. Лирическое произведение остаётся законченным, художественно-целостным созданием, даже если оно состоит всего из двух строк:

Я ненавижу ее и люблю. «Почему же?» - ты спросишь.

Сам я не знаю, но так чувствую я - и томлюсь (Катулл).

Претворяя неповторимое духовное состояние в художественный образ, Лирика придаёт ему широко обобщённое значение; лирическое произведение как бы предлагает читателям, переживающим аналогичное состояние, готовые формы его выражения; отсюда - заучивание и цитирование лирических стихотворений, как явление «быта» (предельный случай такой «анонимной» всеобщности лирического чувства - песня, например «Землянка» А. А. Суркова, «Жди меня» К. М. Симонова, «Летят перелётные птицы...» М. В. Исаковского). Вместе с тем любое умонастроение оформляется в Лирика как конкретно принадлежащее личности, как её внутренний монолог. В лирической композиции обычно главенствует созерцающее, воспринимающее, мыслящее «я», хотя в определенных типах Лирика, например в пейзажной, философской, «я» иногда только подразумевается, не присутствуя композиционно.

Если прототипом лирического «я» выступает сам автор, т. е. его подлинные настроения, «живьём схваченные и мгновенно превращенные в лирические эмоции» (Овсянико-Куликовский Д. Н., Собр. соч., т. 4, СПБ, 1912, с. 99), - в таких случаях обычно говорят о «субъективной», «личной» Лирика Однако субъективность и личностная подлинность лирического чувства не означают здесь буквального совпадения с биографическим опытом автора. Лирик, типизируя (или «объективируя») свои жизненные переживания, «отодвигает их от себя как объект» (Фет), творчески домысливает и преображает их, благодаря чему факт личной биографии перерастает в произведение искусства, а «самовыражение» поэта - в выражение дум и чаяний его современников. Показательна естественность, с какой «я» сменяется «мы» в «Думе» Лермонтова.

В Лирика «объективной» (или «ролевой») автор воспроизводит чужие мысли и чувства, так что несовпадение между «я» лирического персонажа и биографическим обликом автора становится очевидным (например, «Сумасшедший» А. Н. Апухтина, «Я убит подо Ржевом» А. Т. Твардовского). Однако намеченное различие двух видов Лирика, важное для изучения психологии творчества, в читательском восприятии отчасти «стирается» эмоциональностью лирического произведения, которая выражается в нём всегда открыто, как непосредственно авторская.

Своеобразие проблемы образа автора в Лирика акцентируется принятым в советской критике понятием «лирический герой». Термин «лирический герой» (впервые введённый Ю. Тыняновым применительно к лирике Блока) указывает как раз на то, что между реальной биографической личностью поэта-лирика и её отражением в искусстве может существовать некое единство, близость, но не тождество. Причём в связи с обсуждением границ содержания термина вопрос о степени этой близости стал в 1950-1960-е гг. предметом полемики. В одних случаях под «лирическим героем» подразумевалось предельно обобщённое «я», очищенное от эмпирики, биографических фактов и без остатка совпадающее с «мы» поколения, социальной группы, народа, в других - термин понимался как стыдливое прикрытие идеи субъективного «самовыражения» в Лирика Очевидно, понятие «лирический герой» наполняется строго определённым содержанием главным образом при анализе творчества таких лириков, в поэзии которых лирическое «я» присутствует не просто как знак единства отношения к миру, как призма авторского сознания (например, у Тютчева), а облекается устойчивыми чертами - биографическими, психологическими, даже сюжетными, выступает как фигура (например, у Блока, отчасти у С. Есенина), наделённая цельной характеристикой. Эта особая форма выявления авторского сознания рождается вместе с Лирика романтизма; открытие лирического героя в этом специфическом смысле принадлежит в русской поэзии Лермонтову. По-видимому, психологически-характерная фигура лирического героя занимает промежуточное положение между авторским «я» в лирическом дневнике, письме, послании и близких к ним формах (например, «Я вас любил...» Пушкина), с одной стороны, и персонажем в «ролевой» Лирика - с другой; лирический герой - это своего рода «роль», но не утратившая связи с идейно-психологическим обликом её прототипа - автора произведения.

Классификация жанров Лирика исторически изменчива, и нет ещё классификации, сколько-нибудь адекватной реальной сложности и многообразию лирических жанров. В народном творчестве, например, жанры классифицируются по практическому назначению и условиям исполнения (обрядовые, игровые, плясовые, семейные песни и т.д.), в античной литературе - по формам исполнения (речитативно-декламационная Лирика: элегия, ямб; сольная, хоровая); в европейской литературе эпохи Возрождения и классицизма - по эстетической тональности и социальной функции (ода, элегия, послание, песня и др.); в 19 в. - в основном по тематическому признаку (философская, гражданская, любовная, пейзажная и др.). В 19-20 вв. намечается также членение на медитативную Лирика (эмоциональная рефлексия, взволнованное раздумье о «вечных темах»: «И скушно, и грустно» Лермонтова, «Осенний вечер» Тютчева, «Не жалею, не зову, не плачу» Есенина) и суггестивную («внушающую» Лирика, очаровывающую «пленительной неясностью» - «Певица» Фета, «Зимняя ночь» Б. Пастернака). Ощутимо выступает иное видовое членение (в т. ч. песня, лирическое стихотворение, монументальная Лирика, например «Про это» Маяковского).

Образно-выразительные возможности, необходимые для творческого претворения и типизации внутренней жизни, Лирика открывает в самой природе слова - в фонетическом облике и звуковой сочетаемости слов, во внутренней форме слова, в синонимии языка, в синтаксически-интонационной организации речи. Здесь лирик находит ту «неожиданность выразительности слов», которая заменяет собой всякий способ описания событий (Н. Асеев). Эти возможности и реализуются в Лирика: слово «уплотняется» - обретает значимость каждый звуковой, интонационный, ритмический элемент, оттенок ударения, паузы, слога; речь насыщается аллитерациями и ассонансами, сравнениями, тропами, различного рода параллелизмами, синтаксическими фигурами. Повышению эмоциональности сильно способствует ритмическая организация речи. Поэтому Лирика тяготеет к стихотворной речи, а на определенных этапах развития (в творчестве трубадуров, менестрелей, мейстерзингеров) она срастается с музыкой.

Истоки Лирика теряются в далёкой древности. Уже самые ранние обрядовые и ритуальные народные песни - высокие образцы Лирика Вечно живыми остаются лирические произведения крупнейших поэтов античности (Сапфо, Анакреонт - Греция; Катулл - Рим); арабского Востока 6-7 вв. (в первую очередь Имру-уль-Кайса); прованских трубадуров; средневекового Китая (Ли Бо, Ду Фу), Ирана (Хафиз) и др. стран. На переломе двух грандиозных эпох - Средневековья и Возрождения - прозвучала лирика Данте, а сонеты Петрарки знаменовали начало нового времени. В 19 в. в Европе Лирика переживает подъём в переломные эпохи начала и конца века: Дж. Байрон, П. Б. Шелли, У. Вордсворт (Англия), А. Мюссе, П. Верлен (Франция), И. В. Гёте, Ф. Шиллер, Г. Гейне (Германия), Леопарди (Италия), А. Мицкевич (Польша), Э. М. Рильке (Австрия); потрясения 20 в. отразились в лирике Паоло Неруды (Чили), Гарсиа Лорки (Испания), Назыма Хикмета (Турция). В России всё богатство лирических жанров представлено в поэзии Жуковского, Пушкина, Лермонтова, Тютчева, Некрасова, Фета, Блока, И. Анненского. Высокие образцы Лирика создали советские поэты: Маяковский, Есенин, Э. Багрицкий, Пастернак, Н. Заболоцкий, Твардовский. Для советской Лирика характерны развитие монументальных и песенных жанров, тяга к драматизированным формам поэтической речи, а в тематическом плане - богатство и многообразие видов гражданской Лирика, проникнутой пафосом единства личности поэта и народа и наиболее типичной для поэзии социалистического реализма.



 
dinaltДата: Среда, 25.01.2012, 15:00 | Сообщение # 19

Добрый админ :)
Сообщений: 3147
Награды: 28
Репутация: 17
Статус: Offline
Драма

Драма (греч. dráma, буквально — действие), 1) один из трёх родов литературы (наряду с эпосом и лирикой; см. Род литературный). Драма (в литературе) принадлежит одновременно театру и литературе: являясь первоосновой спектакля, она вместе с тем воспринимается и в чтении. Драма (в литературе) сформировалась на основе эволюции театрального искусства: выдвижение на первый план актёров, соединяющих пантомиму с произносимым словом, знаменовало её возникновение как рода литературы. Его специфику слагают: сюжетность, т. е. воспроизведение хода событий; драматическая напряжённость действия и его членение на сценические эпизоды; непрерывность цепи высказываний персонажей; отсутствие (или подчинённость) повествовательного начала (см. Повествование). Предназначенная для коллективного восприятия, Драма (в литературе) всегда тяготела к наиболее острым проблемам и в самых ярких образцах становилась народной. По мысли А. С. Пушкина, назначение Драма (в литературе) в том, чтобы «... действовать на толпу, на множество, занимать его любопытство» (Полное собрание соч., т. 7, 1958, с. 214).

Драма (в литературе) присуща глубокая конфликтность; её первооснова — напряжённое и действенное переживание людьми социально-исторических или «извечных», общечеловеческих противоречий. Драматизм, доступный всем видам искусства, закономерно доминирует в Драма (в литературе) По мысли В. Г. Белинского, драматизм — важное свойство человеческого духа, пробуждаемое ситуациями, когда заветное или страстно желаемое, требуя осуществления, находится под угрозой.

Исполненные драматизма конфликты находят воплощение в действии — в поведении героев, в их поступках и свершениях. Большинство Драма (в литературе) построено на едином внешнем действии (что соответствует принципу «единства действия» Аристотеля), основанном, как правило, на прямом противоборстве героев. При этом действие прослеживается от завязки до развязки, захватывая большие промежутки времени (средневековая и восточная Драма (в литературе), например «Шакунтала» Калидасы), или же берётся лишь в его кульминационном моменте, близком к развязке (античные трагедии, например «Эдип-царь» Софокла, и многие Драма (в литературе) нового времени, например «Бесприданница» А. Н. Островского). Классическая эстетика 19 в. склонна абсолютизировать эти принципы построения Драма (в литературе) Рассматривая вслед за Гегелем Драма (в литературе) как воспроизведение сталкивающихся между собой волевых актов («акций» и «реакций»), Белинский писал: «Действие драмы должно быть сосредоточено на одном интересе и быть чуждо побочных интересов... В драме не должно быть ни одного лица, которое не было бы необходимо в механизме ее хода и развития» (Полное собрание соч., т. 5, 1954, с. 53). При этом «... решение в выборе пути зависит от героя драмы, а не от события» (там же, с. 20).

Однако в шекспировских хрониках и «Борисе Годунове» Пушкина единство внешнего действия ослаблено. У А. П. Чехова оно отсутствует: здесь одновременно развёртывается несколько сюжетных линий. Нередко решающую роль обретает действие внутреннее, при котором герои не столько совершают что-либо, сколько переживают устойчиво-конфликтные ситуации, уясняют свои позиции, напряжённо размышляют. Внутреннее действие, присутствующее уже в античных трагедиях и характерное для «Гамлета» У. Шекспира, доминирует в Драма (в литературе) конца 19 — середины 20 вв. (Г. Ибсен, М. Метерлинк, А. Чехов, М. Горький, Б. Шоу, Б. Брехт, современная «интеллектуальная» Драма (в литературе)). Принцип внутреннего действия полемично выдвинут в работе Шоу «Квинтэссенция ибсенизма».

Важнейшие формальные свойства Драма (в литературе): сплошная цепь высказываний, которые выступают в качестве актов поведения персонажей (т. е. их действий), и как следствие этого — сосредоточенность изображаемого на замкнутых участках пространства и времени. Универсальная основа композиции Драма (в литературе): сценические эпизоды (сцены), в пределах которых изображаемое, так называемое реальное, время адекватно времени восприятия, так называемому художественному. В народной, средневековой и восточной Драма (в литературе), а также у Шекспира, в пушкинском «Борисе Годунове», в пьесах Брехта место и время действия меняются весьма часто. Европейская Драма (в литературе) 17—19 вв. основывается, как правило, на немногочисленных и весьма пространных сценических эпизодах, совпадающих с актами театральных спектаклей. Крайнее выражение компактности освоения пространства и времени — известные по «Поэтическому искусству» Н. Буало «единства», сохранившиеся вплоть до 19 в. («Горе от ума» А. С. Грибоедова).

Предназначенная для «игры» на сцене и сосредоточивающая действие на замкнутых участках пространства и времени, Драма (в литературе), как правило, тяготеет к условности образов, о чём говорили Пушкин («изо всех родов сочинений самые неправдоподобные... сочинения драматические...» — Полное собрание соч., т. 7, 1958, с. 37), а также Э. Золя и Л. Н. Толстой. Готовность безоглядно предаваться страстям, склонность к внезапным решениям, к острым интеллектуальным реакциям и яркому лапидарному выражению мыслей и чувств присущи героям Драма (в литературе) в большей степени, чем людям в реальной жизни и персонажам повествовательных произведений. По мысли французского актёра Тальма, драматург и актёры соединяют «... в тесном пространстве, в промежутке каких-нибудь двух часов все движения, все волнения, которые даже и страстное существо может часто только пережить в долгий период жизни» («Тальма о сценическом искусстве», М., 1888, с. 33).

Основной предмет поисков драматурга — значительные и яркие, целиком заполняющие сознание душевные движения, которые являются преимущественно реакциями персонажей на ситуацию данного момента: на сказанные слова, на чьё-то движение и т.п. Мысли же, чувства и намерения, неопределённые и смутные, не связанные с ситуацией данного момента, воспроизводятся в Драма (в литературе) с меньшей конкретностью и полнотой, чем повествовательной формой.

В прежние эпохи — от античности и вплоть до 19 в. — названные свойства Драма (в литературе) вполне отвечали тенденциям общелитературным и общехудожественным. Преображающее, идеализирующее или гротескное начало в искусстве доминировало над воспроизводящим, и формы изображённого отклонялись от форм реальной жизни. В связи с этим Драма (в литературе) не только успешно соперничала с эпическим родом, но и воспринималась в качестве «венца поэзии» (Белинский). В 19—20 вв. Драма (в литературе) уступила первенство др. художественным формам и прежде всего роману, где противостояние человека миру и его психология воспроизводятся тоньше, шире и свободнее. Стремление искусства к жизнеподобию и натуральности, отозвавшись «снижением» Драма (в литературе) (особенно на Западе в 1-ю половину 19 в.), вместе с тем радикально видоизменило её структуру: под воздействием опыта романистов традиционная условность и гиперболизм драматического изображения стали сводиться к минимуму (Островский, Чехов, Горький с их стремлением к полной бытовой и психологической достоверности образов). Однако и новая Драма (в литературе) сохраняет элементы «неправдоподобия»: расхождение между формами реального и драматически претворённого бытия неизбежно. Даже в предельно, казалось бы, житейски достоверных пьесах Чехова многие высказывания персонажей условно поэтичны и декламационны: В. Немирович-Данченко назвал их «стихотворениями в прозе».

Использование драматургами 20 в. повествовательных фрагментов и активного монтажа сценических эпизодов нередко придаёт их творчеству колорит документальности. И вместе с тем именно в этих Драма (в литературе) откровенно разрушается иллюзия достоверности изображаемого и отдаётся дань прямому демонстрированию условности (непосредственного обращения персонажей к публике; воспроизведение на сцене того, о чём вспоминают или мечтают герои; вторгающиеся в действие песенно-лирические фрагменты).

В образной системе Драма (в литературе) неизменно доминирует речевая характеристика. Однако текст Драма (в литературе) должен быть ориентирован и на зрелищную выразительность (мимика, жест, движение), и на произнесение монологов и диалогов, а также соответствовать возможностям сценического времени, пространства и театральной техники (построению мизансцен). Отсюда непременное достоинство Драма (в литературе), обращённой к актёру и режиссёру, — её сценичность, обусловливаемая в конечном счёте конфликтностью, или драматизмом действия (см. Конфликт художественный).

Драма (в литературе) как род литературы включает в себя множество жанров. На протяжении всей истории Драма (в литературе) существуют трагедия и комедия; для средневековья характерны мистерия, миракль, моралите, школьная Драма (в литературе) В 18 в. сформировался жанр драмы (см. ниже), в дальнейшем ставший доминирующим. Распространены также мелодрамы, фарсы, водевили. В современной зарубежной Драма (в литературе) обрели важную роль трагикомедии.

Драма (в литературе) 19—20 вв. порой включает в себя лирическое начало (так называемые лирические драмы Дж. Байрона, Метерлинка, А. Блока) или повествовательное (Брехт называл свои Драма (в литературе) эпическими); в середине 20 в. распространяется «документальная» Драма (в литературе), обстоятельно и точно воспроизводящая реальные события, исторические документы, мемуарную литературу («Милый лжец» Дж. Килти, «Шестое июля» М. Шатрова, пьесы-инсценировки по «Дневнику Анны Франк»). Но как ни разнообразны формы Драма (в литературе), она сохраняет свою родовую специфику.

История Драма (в литературе) У истоков европейской Драма (в литературе) — творчество древнегреческих трагиков Эсхила, Софокла, Еврипида и комедиографа Аристофана. Древнеримская Драма (в литературе) представлена Плавтом, Теренцием. Античной Драма (в литературе) поручалась роль общественного воспитателя; она обладала высотой философского потенциала, пластическим величием трагедийных образов, яркостью карнавально-сатирической игры в комедии. Расцвет Драма (в литературе) на Востоке относится к более позднему времени. В Индии расцвет и доминирование драматических жанров падает на середину 1-го тысячелетия н. э.: творчество всемирно известного Калидасы (4—5 вв.), Шудраки (5 в.). Крупнейшие драматурги Японии — Дзэами Мотокиё (начало 15 в.), в творчестве которого Драма (в литературе) впервые получила законченную литературную форму (жанр ёкёку), и Тикамацу Мондзаэмон (конец 17 — начало 18 вв.). В 13—14 вв. сформировалась как литературный жанр светская Драма (в литературе) в Китае. «Золотой век» европейской Драма (в литературе) — английская и испанская ренессансная и барочная Драма (в литературе) (см. Возрождение и Барокко). Высота и трагедийность ренессансной личности, её титанизм и двойственность, её свобода от богов и зависимость от страстей и власти денег, целостность и противоречивость исторического потока воплотились у Шекспира в истинно народной драматической форме, синтезирующей трагическое и комическое, реальное и фантастическое, обладающей композиционной свободой, сюжетной многоплановостью, сочетающей тончайший интеллект и поэтичность с грубейшим фарсом. Трагедийные пьесы Кальдерона де ла Барка воплотили идеи барокко — дуалистичность мира (антиномия земного и духовного), неизбывность страданий на земле и стоическое самоосвобождение человека посредством духовного преодоления нужды, принуждения и личных страстей. Классикой стала также Драма (в литературе) французского классицизма; трагедии П. Корнеля и Ж. Расина психологически глубоко развернули конфликт личного чувства и долга перед нацией и государством. «Высокая комедия» Мольера, смыкавшаяся с трагедией по накалу страсти, сочетала традиции народного зрелища с принципом классицистской типизации, а сатиру на общественные пороки — с народной жизнерадостностью.

Идеи и конфликты эпохи Просвещения отразились в драматургии Г. Э. Лессинга, Драма (в литературе) Дидро, П. Бомарше, К. Гольдони; тогда же сформировался жанр «мещанской Драма (в литературе)» (средний между трагедией и комедией); была подвергнута сомнению универсальность норм классицизма, произошла демократизация Драма (в литературе) и её языка. Предвестницы романтической Драма (в литературе) — ранние пьесы Ф. Шиллера и И. В. Гёте; их поздняя драматургия периода «веймарского классицизма» явила образцы Драма (в литературе) масштабных идей и осознанного исторического смысла. В 1-й половине 19 в. наиболее содержательную драматургию создавали романтики (Г. Клейст, Байрон, П. Шелли, В. Гюго; см. Романтизм). Пафос свободы личности и протест против «буржуазности» облекались в яркие и динамичные события, обычно легендарные или исторические, во вдохновенный лиризм монологов и диалогов.

Реалистическая Драма (в литературе) (см. Реализм) возобладала в русской литературе начиная с 20—30-х гг. (Грибоедов, Пушкин, Н. В. Гоголь). Многожанровая драматургия А. Островского с её сквозным конфликтом духовного достоинства и власти денег, с выдвижением на первый план гнетущей силы социальной «обстановки жизни» и бытового деспотизма, с её пристрастием к светлому образу «маленького человека» и преобладанием «жизнеподобных» форм стала решающей в формировании национального репертуара 19 в. «Жизнеподобные», более или менее свободные от условности Драма (в литературе), исполненные трезвого реализма и психологизма, «сопряжённого» с эпичностью, создал Л. Толстой. На рубеже 19—20 вв. Драма (в литературе) претерпела радикальный сдвиг в творчестве Чехова: стали необязательными единство внешнего конфликта, волевая активность героев, перипетии действия. Чехов воссоздал душевную драму творческой и честной, мучительно ищущей, но не обретающей «сверхличную», «общую» идею интеллигенции, исполненной и возвышенно-романтических устремлений и бессилия, порой отчаяния перед гнетущей прозой повседневности. Глубокий драматизм он облёк в форму скорбно-иронического лиризма. Динамика его пьес не в событийности и диалогах-схватках, а в диалогах-беседах и текучести, «импрессионистичности» душевных состояний; реплики и эпизоды связаны ассоциативно, по принципу «контрапункта»; раскрытие эмоциональной сложности при обыденном течении событий достигалось подтекстом (разработанным Чеховым одновременно с Метерлинком).

Подъём западноевропейской Драма (в литературе) относится к рубежу 19—20 вв.: Ибсен, Шоу сосредоточивают внимание на острых социально-философских и нравственных конфликтах. Символистская драматургия Метерлинка периода 1896—1918, сохраняя «трагизм повседневной жизни», «тайны духа» и принцип подтекста («второго диалога»), насыщается реалистическими красками и оптимистическими социальными идеями. В 20 в. традиции реалистической Драма (в литературе) унаследовали Р. Роллан, Дж. Б. Пристли, Ш. О"Кейси, Ю. О"Нил, К. Чапек, А. Миллер, Э. Де Филиппо, Ф. Дюрренматт, Э. Ф. Олби, Т. Уильямс. Видное место в зарубежном искусстве занимает так называемая интеллектуальная Драма (в литературе), связанная с экзистенциализмом (Ж. П. Сартр, Ж. Ануй). Острые социально-политические коллизии 20—40-х гг. отразились в творчестве одного из крупнейших социалистических реалистов Запада Брехта. Театр Брехта — подчёркнуто рационалистический, интеллектуально напряжённый, откровенно условный, ораторский и митинговый.

У истоков советской Драма (в литературе) — творчество М. Горького, пьеса которого «Враги» начинает историю драматургии социалистического реализма. Героика революционной борьбы передана в пьесах Вс. Вишневского («Оптимистическая трагедия»), Н. Погодина (трилогия, посвящённая В. И. Ленину), К. Тренёва («Любовь Яровая»), Б. Лавренёва. Яркие образцы сатирической Драма (в литературе) создал Маяковский («Клоп», «Баня»), а также М. Булгаков («Багровый остров»), Ю. Смуул («Вдова полковника») и др. Жанр пьесы-сказки, сочетающей светлый лиризм, героику и сатиру, разработан Е. Шварцем. Социально-психологическая Драма (в литературе) представлена творчеством А. Афиногенова, Л. Леонова, А. Корнейчука, И. Микитенко, А. Арбузова, В. Розова, А. Володина, И. Друцэ, Э. Раннета. Единая в своей социальной тенденции советская Драма (в литературе) разнообразна по эстетическим и этическим идеалам, по жанровым и стилевым формам. См. также раздел Литература в ст. Союз Советских Социалистических Республик.

Лит.: Аристотель, Об искусстве поэзии, М., 1957; Гегель Г. В. Ф., Драматическая поэзия, Соч., т. 14, М., 1958; Белинский В. Г., О драме и театре, М.—Л., 1948; Брехт Б., О театре, пер. с нем., М., 1960; Волькенштейн В., Драматургия, М., 1969; Аникст А., Теория драмы от Аристотеля до Лессинга, М., 1967; Сахновский-Панаев В. А., Драма, Л., 1969; Карягин А. А., Драма как эстетическая проблема, М., 1971; Thompson A. R., The anatomy of drama, 2 ed., Los Ang., 1946; Dürrenmatt F., Theaterprobleme, 3 Aufl., Z., 1955; Styan J. L., The elements of drama, Camb., 1963; CIark В. Н., European theories of the drama, rev. by Н. Popkin, N. Y., 1965; Bentley E., The life of drama, L., 1966; Episches Theater, Köln—В., 1966; Kerr W., Tragedy and comedy, N. Y., 1967; Perspectives on drama, edited by J. L. Calderwood and Н. E. Toliver, N. Y., 1968.

В. E. Хализев.

2) Один из основных жанров (видов) драматургии наряду с трагедией и комедией. Подобно комедии, Драма (в литературе) воспроизводит прежде всего частную жизнь людей, но её главная цель — не осмеяние человеческих характеров и нравов, а изображение личности в её драматических отношениях с обществом. Подобно трагедии, она изображает героев в процессе их духовного становления или нравственные изменения, однако её характеры лишены исключительности, свойственной трагическим героям. Драма (в литературе) тяготеет к воссозданию острых противоречий и коллизий. Вместе с тем её конфликты не столь напряжённы и неизбывны и в принципе не исключают разрешения.

Предвестия Драма (в литературе) обнаруживаются уже в античной (например, у Еврипида) и особенно ренессансной драматургии; однако как самостоятельный жанр Драма (в литературе) сложилась и получила теоретическое обоснование только во 2-й половине 18 в. у просветителей (мещанская драма Драма (в литературе) Дидро, Л. С. Мерсье во Франции, Г. Э. Лессинга в Германии); её интерес к социальной практике, быту, нравственным идеалам демократической среды, к психологии простого, «среднего» человека способствовал развитию реалистических начал в европейском искусстве (см. Реализм).

Для начальных этапов развития Драма (в литературе) характерно благополучное разрешение изображаемых конфликтов. В дальнейшем внутренний драматизм сгущается, благополучная развязка встречается всё реже, а герой остаётся обычно в разладе с обществом, с самим собой; его участью всё чаще становится душевное страдание или одиночество («Гроза» и «Бесприданница» А. Н. Островского, «Строитель Сольнес» и «Гедда Габлер» Г. Ибсена, пьесы А. П. Чехова, Б. Шоу). Напряжённое идейное противоборство героя и среды (общих условий жизни) отличает драмы М. Горького. В середине 20 в. ведущей остаётся психологическая Драма (в литературе) Отдельные разновидности Драма (в литературе) смыкаются с иными жанрами, активно используя их средства выразительности (например, приёмы трагикомедии, театра масок и др.). Реалистическая психологическая Драма (в литературе) — распространённая форма современной советской драматургии.

Т. М. Родина.



 
dinaltДата: Среда, 25.01.2012, 15:00 | Сообщение # 20

Добрый админ :)
Сообщений: 3147
Награды: 28
Репутация: 17
Статус: Offline
Эпос (греч. éżpos — слово, повествование, рассказ),

1) род литературный, выделяемый наряду с лирикой и драмой; представлен такими жанрами, как сказка, предание, разновидности героического эпоса, эпопея, эпическая поэма, повесть, рассказ, новелла, роман, очерк. Эпос, как и драме, свойственно воспроизведение действия, развёртывающегося в пространстве и времени, — хода событий (см. Сюжет) в жизни персонажей. Специфическая же черта Эпос— в организующей роли повествования. носитель речи (сам автор или рассказчик) сообщает о событиях и их подробностях как о чём-то прошедшем и вспоминаемом, попутно прибегая к описаниям обстановки действия и облика персонажей, а иногда — к рассуждениям. Повествовательный пласт речи эпического произведения непринуждённо взаимодействует с диалогами и монологами персонажей. Эпическое повествование то становится самодовлеющим, на время отстраняя высказывания персонажей, то проникается их духом в несобственно прямой речи; то обрамляет реплики героев, то, напротив, сводится к минимуму или временно исчезает. Но в целом оно доминирует в произведении, скрепляя воедино всё в нём изображённое. Поэтому черты Эпос во многом определяются свойствами повествования. Речь здесь выступает главным образом в функции сообщения о происшедшем ранее. Между ведением речи и изображаемым действием в Эпос сохраняется временная дистанция: эпический поэт рассказывает «... о событии, как о чем-то отдельном от себя...» (Аристотель, Об искусстве поэзии, М., 1957, с. 45).

Эпическое повествование ведётся от лица повествователя, своего рода посредника между изображаемым и слушателями (читателями), свидетеля и истолкователя происшедшего. Сведения о его судьбе, его взаимоотношениях с персонажами, об обстоятельствах «рассказывания» обычно отсутствуют. «Дух повествования» часто бывает «... невесом, бесплотен и вездесущ...» (Манн Т., Собр. соч., т. 6, М., 1960, с. 8). Вместе с тем речь повествователя характеризует не только предмет высказывания, но и его самого; эпическая форма запечатлевает манеру говорить и воспринимать мир, своеобразие сознания повествователя. Живое восприятие читателя всегда связано с пристальным вниманием к выразительным началам повествования, т. е. субъекту повествования, или «образу повествователя» (понятие В. В. Виноградова, М. М. Бахтина, Г. А. Гуковского).

Эпос максимально свободен в освоении пространства и времени. Писатель либо создаёт сценические эпизоды, т. е. картины, фиксирующие одно место и один момент в жизни героев (вечер у А. П. Шерер в первых главах «Войны и мира» Л. Н. Толстого), либо в эпизодах описательных, обзорных, «панорамных» говорит о длительных промежутках времени или происшедшем в разных местах (описание Л. Н. Толстым Москвы, опустевшей перед приходом французов). В тщательном воссоздании процессов, протекающих в широком пространстве и на значительных этапах времени, с Эпос способно соперничать лишь киноискусство.

Арсенал литературно-изобразительных средств используется Эпос в полном его объёме (портреты, прямые характеристики, диалоги и монологи, пейзажи, интерьеры, действия, жесты, мимика и т. п.), что придаёт образам иллюзию пластической объёмности и зрительно-слуховой достоверности. Изображаемое может являть собой и точное соответствие «формам самой жизни» и, напротив, резкое их пересоздание. Эпос, в отличие от драмы, не настаивает на условности воссоздаваемого. Здесь условно не столько само изображенное, сколько «изображающий», т. е. повествователь, которому часто свойственно абсолютное знание о происшедшем в его мельчайших подробностях. В этом смысле структура эпического повествования, обычно отличающаяся от внехудожественных сообщений (репортаж, историческая хроника), как бы «выдаёт» вымышленный, художественно-иллюзорный характер изображаемого.

Эпическая форма опирается на различного типа сюжеты. В одних случаях событийность произведений предельно напряжена (авантюрно-детективные сюжеты Ф. М. Достоевского), в других — ход событий ослаблен, так что происшедшее как бы тонет в описаниях, психологических характеристиках, рассуждениях (проза А. П. Чехова 1890-х гг., романы Т. Манна и У. Фолкнера). По мысли И. В. Гёте и Ф. Шиллера, замедляющие мотивы — существенная черта эпического рода литературы в целом. Объём текста эпического произведения, которое может быть как прозаическим, так и стихотворным, практически неограничен — от рассказов-миниатюр (ранний Чехов, О. Генри) до пространных эпопей и романов («Махабхарата» и «Илиада», «Война и мир» и «Тихий Дон»). Эпос может сосредоточить в себе такое количество характеров и событий, которое недоступно другим родам литературы и видам искусства (с ним могут соперничать лишь многосерийные телефильмы). При этом повествовательная форма в состоянии воссоздавать характеры сложные, противоречивые, многогранные, находящиеся в становлении. Хотя возможности эпического отображения используются не во всех произведениях, со словом Эпос связано представление о показе жизни в её целостности, о раскрытии сущности целой эпохи и масштабности творческого акта. Сфера эпических жанров не ограничена какими-либо типами переживаний и миросозерцаний. В природе Эпос — универсально-широкое использование познавательно-идеологических возможностей литературы и искусства в целом. «Локализующие» характеристики содержания эпических произведений (например, определение Эпос в 19 в. как воспроизведения господства события над человеком или современное суждение о «великодушном» отношении Эпос к человеку) не вбирают всю полноту истории эпических жанров.

Эпос формировался разными путями. Лиро-эпические (см. Лиро-эпический жанр), а на их основе и собственно эпические песни, подобно драме и лирике, возникали из ритуальных синкретических представлений (см. Синкретизм). Становление прозаических жанров Эпос, в частности сказки, генетически связано с индивидуально рассказывавшимися мифами (см. Мифология). На раннее эпическое творчество и дальнейшее становление форм художественного повествования воздействовали также устные, а потом и фиксируемые письменно исторические предания.

В древней и средневековой словесности весьма влиятельным был народный героический эпос (см. ниже). Его формирование знаменовало полное и широкое использование возможностей эпического рода. Тщательно детализированное, максимально внимательное ко всему зримому и исполненное пластики повествование преодолело наивно-архаическую поэтику кратких сообщений, характерную для мифа, притчи и ранней сказки. Для героического эпоса характерно «абсолютизирование» дистанции между персонажами и тем, кто повествует; повествователю присущ дар невозмутимого спокойствия и «всеведения» (недаром Гомера уподобляли богам-олимпийцам), и его образ — образ существа, вознёсшегося над миром,— придаёт произведению колорит максимальной объективности. «... Рассказчик чужд действующим лицам, он не только превосходит слушателей своим уравновешенным созерцанием и настраивает их своим рассказом на этот лад, но как бы заступает место необходимости...» (Шеллинг Ф., Философия искусства, М., 1966, с. 399).

Но уже в античной прозе дистанция между повествователем и действующими лицами перестаёт абсолютизироваться: в романах «Золотой осёл» Апулея и «Сатирикон» Петрония персонажи сами рассказывают о виденном и испытанном. В литературе последних трёх столетий, отмеченных преобладанием романических жанров (см. Роман), доминирует «личностное», демонстративно-субъективное повествование. С одной стороны, всеведение повествователя охватывает мысли и чувства персонажей, не выраженные в их поведении. С другой — повествователь нередко смотрит на мир глазами одного из персонажей, проникаясь его умонастроением. Так, сражение при Ватерлоо в «Пармской обители» Стендаля воспроизведено отнюдь не по-гомеровски: автор как бы перевоплотился в юного Фабрицио, дистанция между ними практически исчезла, точки зрения обоих совместились (способ повествования, присущий Л. Толстому, Достоевскому, Чехову, Г. Флоберу, Т. Манну, Фолкнеру). Такое совмещение вызвано возросшим интересом к своеобразию внутреннего мира героев, скупо и неполно проявляющегося в их поведении. В связи с этим возник также способ повествования, при котором рассказ о происшедшем является одновременно монологом героя («Последний день приговоренного к смерти» В. Гюго, «Кроткая» Достоевского, «Падение» А. Камю). Внутренний монолог как повествовательная форма абсолютизируется в литературе «потока сознания» (Дж. Джойс, отчасти М. Пруст). Способы повествования нередко чередуются, о событиях порой рассказывают разные герои, и каждый в своей манере («Герой нашего времени» М. Ю. Лермонтова, «Иметь и не иметь» Эпос Хемингуэя, «Особняк» Фолкнера, «Лотта в Веймаре» Т. Манна). В монументальных образцах Эпос 20 в. («Жан Кристоф» Р. Роллана, «Иосиф и его братья» Т. Манна, «Жизнь Клима Самгина» М. Горького, «Тихий Дон» М. А. Шолохова) синтезируются давний принцип «всеведения» повествователя и личностные, исполненные психологизма формы изображения.

В романной прозе 19—20 вв. важны эмоционально-смысловые связи между высказываниями повествователя и персонажей. Их взаимодействие придаёт художественность речи внутреннюю диалогичность; текст произведений запечатлевает совокупность разнокачественных и конфликтующих сознаний. «Голоса» разных лиц могут либо воспроизводиться поочерёдно, либо соединяться в одном высказывании — «двуголосом слове» (см. М. М. Бахтин, Проблемы поэтики Достоевского, 1972, с. 324). Повествовательное многоголосие не характерно для канонических жанров давних эпох, где безраздельно господствовал голос повествователя, в тон которому высказывались и герои. В литературе же двух последних столетий, напротив, широко представлены внутренняя диалогичность и многоголосие речи, благодаря которым осваивается речевое мышление людей и духовное общение между ними.

2) В более узком и специфическом смысле слова — героический Эпос как жанр (или группа жанров), т. е. героическое повествование о прошлом, содержащее целостную картину нар. жизни и представляющее в гармоническом единстве некий эпический мир и героев-богатырей. Героический Эпос бытует как в книжной, так и в устной форме, причём большинство книжных памятников Эпос имеют фольклорные истоки; сами особенности жанра сложились на фольклорной ступени. Поэтому героический Эпос часто называют народным Эпос Однако такое отождествление не совсем точно, поскольку книжные формы Эпос имеют свою стилистическую, а порой и идеологическую специфику, а безусловно относимые к народному Эпос баллады, исторические предания и песни, народный роман и т. п. могут считаться героическим Эпос лишь с существенными оговорками.

Героический Эпос дошёл до нас как в виде обширных эпопей, книжных («Илиада», «Одиссея», «Махабхарата», «Рамаяна», «Беовульф») или устных («Джангар», «Алпамыш», «Манас», так и в виде коротких «эпических песен» (русские былины, южнославянские юнацкие песни, стихотворения Эдды Старшей), отчасти сгруппированных в циклы, реже — прозаических сказаний [саги, Нартский (нартовский) эпос].

Народный героический Эпос возник (на основе традиций мифологического Эпос и богатырской сказки, позднее — исторических преданий и отчасти панегириков) в эпоху разложения первобытнообщинного строя и развивался в античном и феодальном обществе, в условиях частичного сохранения патриархальных отношений и представлений, при которых типичное для героического Эпос изображение общественных отношений как кровных, родовых могло не представлять ещё сознательного художественного приёма.

В архаических формах Эпос (карельские и финские руны, богатырские поэмы тюрко-монгольских народов Сибири, Нартский эпос, древнейшие части вавилонского «Гильгамеша», Эдды Старшей, «Сасунци Давид», «Амираниани») героика выступает ещё в сказочно-мифологической оболочке (богатыри владеют не только воинской, но и «шаманской» силой, эпические враги выступают в облике фантастических чудовищ); главные темы: борьба с «чудовищами», героическое сватовство к «суженой», родовая месть.

В классических формах Эпос богатыри-вожди и воины представляют историческую народность, а их противники часто тождественны историческими «захватчикам», иноземным и иноверным угнетателям (например, турки и татары в слав. Эпос). «Эпическое время» здесь уже — не мифическая эпоха первотворения, а славное историческое прошлое на заре национальной истории. Древнейшие государственные политические образования (например, Микены — «Илиада», Киевское государство князя Владимира — былины, государство четырёх ойротов — «Джангар») выступают как обращенная в прошлое национальная и социальная утопия. В классических формах Эпос воспеваются исторические (или псевдоисторические) лица и события, хотя само изображение исторических реалий подчинено традиционным сюжетным схемам; иногда используются ритуально-мифологические модели. Эпический фон обычно составляет борьба двух эпических племён или народностей (в большей или меньшей мере соотнесённых с реальной историей). В центре часто стоит военное событие — историческое (Троянская война в «Илиаде», битва на Курукшетре в «Махабхарате», на Косовом Поле — в сербских юнацких песнях), реже — мифическое (борьба за Сампо в «Калевале»). Власть обычно сосредоточена в руках эпического князя (Владимир — в былинах, Карл Великий — в «Песне о Роланде»), но носителями активного действия являются богатыри, чьи героические характеры, как правило, отмечены не только смелостью, но и независимостью, строптивостью, даже неистовостью (Ахилл — в «Илиаде», Илья Муромец — в былинах). Строптивость приводит их порой к конфликту с властью (в архаической эпике — к богоборчеству), но непосредственно общественный характер героического деяния и общность патриотических целей большей частью обеспечивают гармоническое разрешение конфликта. В Эпос рисуются преимущественно действия (поступки) героев, а не их душевные переживания, но собственный сюжетный рассказ дополняется многочисленными статическими описаниями и церемониальными диалогами. Устойчивому и относительно однородному миру Эпос соответствует постоянный эпический фон и часто размеренный стих; цельность эпического повествования сохраняется при сосредоточении внимания на отдельных эпизодах.



 
dinaltДата: Среда, 25.01.2012, 15:01 | Сообщение # 21

Добрый админ :)
Сообщений: 3147
Награды: 28
Репутация: 17
Статус: Offline
Трагикомедия

Трагикомедия, вид драмы, совмещающий признаки трагедии и комедии. Мироощущение, лежащее в основе Трагикомедии, связано с чувством относительности существующих критериев жизни и проявляет себя в драме под влиянием духовного кризиса переломных эпох. Трагикомическое начало зарождается у Еврипида, усиливается в драматургии конца средневековья и Возрождения и отливается на рубеже 16-17 вв. в первый самостоятельный тип Трагикомедия; его признаки: сочетание смешных и серьёзных эпизодов, смешение возвышенных и комических характеров, пасторальные мотивы, а также идеализированные дружба и любовь, проведённые через опасности к безопасности и счастью, запутанное действие с волнующими ситуациями, длительной неизвестностью и неожиданными сюрпризами, преобладающая роль случая в судьбе действующих лиц; постоянство характера, как правило, отсутствует, но часто подчёркивается одна черта, превращающая персонаж в тип; события обычно автономны от действий героев.

Трагикомический элемент вновь усиливается в драматургии с конца 19 в. - в творчестве Г. Ибсена, А. Стриндберга, Г. Гауптмана, А. П. Чехова, в дальнейшем - у Ш. О"Кейси, Гарсиа Лорки, особенно у Л. Пиранделло, а в середине 20 в. - в пьесах Ж. Жироду, Ж. Ануя, Ф. Дюрренматта, Б. Биэна, Х. Пинтера, у Э. Ионеско, С. Беккета, К. Цукмайера. Современная Трагикомедия не обладает чёткими жанровыми признаками и характеризуется главным образом «трагикомическим эффектом», достижение которого предполагает, что драматург видит и отражает одни и те же явления действительности одновременно в комическом и трагическом освещении, причём комическое и трагическое часто усиливают друг друга. Трагикомический эффект основан на несоответствии героя и ситуации (трагическая ситуация - комический герой, реже - наоборот), на внутренней нерешённости конфликта; сочувствие одному персонажу часто противоречит сочувствию другому, автор от приговора воздерживается.



 
dinaltДата: Среда, 25.01.2012, 15:01 | Сообщение # 22

Добрый админ :)
Сообщений: 3147
Награды: 28
Репутация: 17
Статус: Offline
Трагедия

Трагедия (греч. tragōdía, буквально — козлиная песнь, от trаgos — козёл и ödе — песнь), драматический жанр, основанный на трагической коллизии героических персонажей, трагическом её исходе и исполненный патетики; вид драмы, противоположный комедии. Трагедия отмечена суровой серьёзностью, изображает действительность наиболее заостренно, как сгусток внутренних противоречий, вскрывает глубочайшие конфликты реальности в предельно напряжённой и насыщенной форме, обретающей значение художественного символа; не случайно большинство Трагедия написано стихами.

Исторически Трагедия существовала в различных проявлениях, однако сама суть Трагедия, как и эстетическая категория трагического, была задана европейским литературам древнегреческой Трагедия и поэтикой. По Аристотелю, Трагедия есть «... подражание действию важному и законченному...» «посредством действия, а не рассказа; совершающее путем сострадания и страха очищение подобных аффектов». («Поэтика», 1449 b; рус. пер., М., 1957).

Греческая Трагедия возникла из религиозно-культовых обрядов, посвященных богу Дионису (см. Дионисии), и сохранила печать ритуально-религиозного действа: греческая Трагедия есть воспроизведение, сценическое разыгрывание мифа с его борьбой между поколениями (богов, героев); она приобщала зрителей к единой для целого народа и его исторических судеб реальности. Именно поэтому греческая Трагедия даёт совершенные образцы законченных, органических произведений искусства (Эсхил, Софокл); безусловной реальностью происходящего она глубоко, психологически и физиологически, потрясает зрителя, вызывая в нем сильнейшие внутренние конфликты и разрешая их в высшей гармонии (посредством катарсиса). Такого единства жизненного и художественного, реального и мифологического, непосредственного и символически-обобщённого позднейшая Трагедия не знала; оно начинает разрушаться уже у Еврипида в связи со становлением человеческой индивидуальности, с расколом между судьбой личности и судьбой народа. Отныне Трагедия становится жанром литературы, который в течение долгих столетий определяется правилами риторики (римская Трагедия, например Сенека, средневековая византийская и латинская).

Развитие жанра Трагедия неравномерно: новый расцвет наступает в кризисную эпоху Позднего Возрождения и барокко, когда литературно-риторический жанр вновь насыщается изнутри конфликтами эпохи и находит для себя реальное воплощение в живой традиции народного театра. Таким образом, реальность вновь была осмыслена как трагическое свершение и разыграна как трагическая в формах театра. Кризис и «распад времён» выразились в испанской Трагедия от Л. Ф. де Вега Карпьо до Кальдерона де ла Барка и наиболее ярко — в английской Трагедия, прежде всего У. Шекспира, формально далёкая от античности, шекспировская Трагедия изображает бесконечную реальность человеческого мира, которую не собрать в узел одного конфликта в критический миг напряжения и разрешения, — сама кризисность неисчерпаема, можно лишь эпически неторопливо прослеживать назревание кризиса, выявляя его во всём разнообразии жизненных форм, оттеняя и усиливая трагическое иронией и комизмом. Трагизм Шекспира не укладывается в рамки отдельного (конфликта или характера героя), но обнимает собой всё, — как и сама действительность, личность героя внутренне открыта, не определена до конца, способна на изменения, даже резкие сдвиги. В середине 17 в., особенно в Германии, противоречия эпохи предстают в крайнем обобщении: в трагедиях А. Грифиуса жизнь — жестокое, кровавое действо накануне конца истории, и задача трагического персонажа — окончательный нравственный выбор вечного блаженства или вечных мук.

Во Франции, как результат рационалистического осмысления риторической традиции и её использования для реализации этических конфликтов в духе рационалистической психологии и философии, возникают блестящие образцы Трагедия классицизма (П. Корнель, Ж. Расин), Трагедия «высокого стиля» с непременным соблюдением так называемых «трёх единств» (времени, места, действия); эстетическое совершенство выступает как результат сознательного самоограничения поэта, как виртуозно разработанная чистая формула жизненного конфликта.

Реальность буржуазного общества оказалась критической для самого существования жанра Трагедия — жизнь бесконечно дробится, подчиняясь трезвой прозе обыденности; одновременно разрушается риторический канон литературных форм, рушится противопоставление стилей по их «высоте» и торжествует «среднее» — в драматургии «драма» как средний между трагедией и комедией вид (см. Драма, раздел 2-й). Трагическое напряжение и обобщенность стали достигаться косвенными способами (в том числе на комическом материале). Если на рубеже 18—19 вв. Ф. Шиллер создаёт Трагедия, обновляя «классический» стиль, то в эпоху романтизма Трагедия «обратна» античной — залогом субстанциального содержания становится не мир, а индивид с его душой (трагическая драма В. Гюго, Дж. Байрона, М. Ю. Лермонтова). В Австрии Ф. Грильпарцер сталкивает «барочный» стройный образ мира с опустошённостью современности; в Германии К. Ф. Хеббель пытается возродить героическую действительность через Трагедия, изнутри её.

В России реализм даёт убедительные образцы трагической драматургии на основе широкого и углублённого изображения непосредственной действительности («Гроза» А. Н. Островского, «Власть тьмы» Л. Н. Толстого); родство с жанром Трагедия сохраняет «историческая драма» А. С. Пушкина и А. К. Толстого.

С конца 19 в. появляются многочисленные стилизации, возрождающие классическую Трагедия и Трагедия в «высоком стиле» — пьесы Г. фон Гофмансталя, Вячеслава Иванова, Г. Гауптмана, Трагедия С. Элиста, П. Клоделя, позже — Ж. П. Сартра, Ж. Ануя и др.; эти эстетически оправданные и неизбежные опыты свидетельствуют, однако, о кризисе всей современной драмы; настроение безысходности, крайнего отчаяния, запечатленное в многочисленных западных пьесах, отрезает путь к Трагедия, коль скоро авторы пьес уже ощущают себя «по ту сторону» совершившихся трагических событий, которые не оставляют человеку простора для действий, а сами по себе превосходят в своей трагичности возможности искусства.

Напротив, литература социалистического реализма не порывает с традицией и чужда исторического пессимизма; именно поэтому в её драматургии могут получить выражение трагические конфликты современности, основанные на непримиримом столкновении враждующих сил истории. Победа героического начала, гибель не по собственной вине или ошибке («трагической вине» в классической Трагедия), трагическая катастрофа не как исход, а как преодолеваемый рубеж, — всё это даёт основание исследователям называть даже наиболее трагедийную революционную драму — «Оптимистическую трагедию» Вс. Вишневского — героической драмой. В ряду героической драмы рассматривают также «Шторм» В. Н. Билль-Белоцерковского, «Нашествие» Л. М. Леонова, «Орла на плече носящий» И. Л. Сельвинского, воплощающих трагическое начало в революционной, антифашистской и социальной борьбе.



 
dinaltДата: Среда, 25.01.2012, 15:01 | Сообщение # 23

Добрый админ :)
Сообщений: 3147
Награды: 28
Репутация: 17
Статус: Offline
Комедия (от греч. komodía), вид драмы, исполненный комического пафоса (см. Комическое).

Термин «Комедия» означал первоначально в Древней Греции весёлые песни (от komos - весёлая процессия и ode - песня). Долгое время под Комедия подразумевалось произведение, полярное трагедии, с обязательным счастливым концом; его герои, как правило, были из низшего сословия. Во многих поэтиках, вплоть до классицизма (Н. Буало), Комедия определялась как «низший» жанр, а вся драма делилась на полярно соотнесённые Комедия и трагедию; такое членение осознанно было нарушено в литературе Просвещения признанием «среднего» жанра - так называемой мещанской драмы. В 19 в. и особенно 20 в. Комедия - весьма свободный разноликий жанр.

Устремленный, прежде всего к обличению безобразного («недолжного», противоречащего общественному идеалу или норме), комедиограф претворяет его в смешные формы: герои Комедия внутренне несостоятельны, несообразны, не соответствуют своему положению, предназначению, «идее» - своей претензии, и этим выдаются в жертву смеху. Ослеплённость пороком (самовлюблённый урод) или иллюзорность сознания ставят комического героя ниже окружающей действительности или в разлад с ней, погружая его в «призрачную жизнь» (Гегель); её-то, как «антиидеал», как противоположность истинным общественным и человеческим ценностям, и развеивает смех, выполняя тем самым свою «идеальную» миссию. Диапазон комедийной критики чрезвычайно широк - от политической сатиры до лёгкого водевильного юмора. Однако даже в острой социальной Комедия («Горе от ума» А. С. Грибоедова) изображение человеческих страданий («мильон терзаний» Чацкого) допустимо лишь в определённой мере; иначе - сострадание вытесняет смех и Комедия преобразуется в жанр драмы («Дело» А. В. Сухово-Кобылина).

Наряду с незримым честным «лицом» всякой Комедия - смехом, положительное начало нередко бывает представлено в ней и непосредственно, зримо; например: «благородный комизм» в образе Фигаро у П. Бомарше; богатство человеческих чувств в комическом образе Фальстафа в комедиях У. Шекспира, вольнодумство Чацкого. Характеры в Комедия обычно выписаны очень рельефно: акцентируется не эволюция, а статика характера, не полнота его проявлений, а осмеиваемые черты, что выражает часто человеческую ограниченность, «кукольность» комического персонажа. Многовековая история Комедия породила разнообразные жанровые разновидности, отличающиеся композиционно-сюжетным строением, структурой образов, характером комического пафоса: Комедия характеров, Комедия бытовая (нравов), Комедия положений, Комедия интриги, Комедия-буффонада, лирическая Комедия, героическая Комедия, сатирическая Комедия и др.

Традиционными средствами создания комического эффекта в сюжете являются перемены от несчастья к счастью, «кви про кво» (одно вместо другого), узнавание и т.п. Комизм положений (особенно характерный для Комедия положений, основанной на хитроумной интриге, для водевиля и фарса) в большинстве классических Комедия (например, У. Шекспира, Комедия Гольдони, Н. В. Гоголя) сочетается с комизмом характеров (преобладающим в Комедия характеров; например, у Мольера или Грибоедова). Важнейшее средство комического эффекта - диалог, речевая комика (алогизм, несообразность с ситуацией, контраст с характером, пародия, ирония, а в новейшей Комедия - остроумие и игра парадоксами).

«Отцом» Комедия считают Аристофана, создателя общественно-политической сатирической Комедия В греческой новоаттической (Менандр) и римской Комедия (Теренций, Плавт) в центре внимания - перипетии личной, частной жизни. Разновидности античной Комедия: римская ателлана, мим, народная Комедия и др. Театральное воплощение античной Комедия требовало гиперболы, карикатурности, буффонады; актёры выступали в масках, изображавших лица традиционных типов. В средние века смеховое начало окрашивает собой народные карнавалы и проникает в лоно религиозных жанров; рождаются фарс, интермедия, соти, фастнахтшпиль. В европейских литературах выделяются устойчивые типы Комедия: итальянская «учёная комедия» 16 в. и комедия дель арте, сценическая система которой подняла народную традицию на уровень высокого профессионализма и оказала сильнейшее влияние на дальнейшее развитие европейского театра; испанская Комедия «плаща и шпаги» (Лопе де Бега, Тирсо де Молина, П. Кальдерой), «высокая Комедия» французского классицизма. Богатством настроений проникнуты любовные Комедия Шекспира, выражающие излюбленную ренессансную идею о всеобщей и неодолимой власти Природы над человеческим сердцем. Переплетая комичное и трогательное, сближая комическое и трагическое, Шекспир одновременно сочетал смешное уродство с жизнерадостным весельем («Двенадцатая ночь»), с красотой цельных характеров («Укрощение строптивой»). Мольер синтезировал народную комику (фарс, комедия дель арте) с ренессансной «учёной Комедия», классицистский анализ характера («тип страсти») с живостью народного зрелища и, подняв идейность Комедия до трагического накала, создал жанр «высокой Комедия». Просветительская Комедия сочетала саркастическую насмешку с весельем и чувствительностью положительных героев (Бомарше, Гольдони). В 19 в. образцы сатирической «социально-учительной» Комедия создают русские реалисты: Грибоедов, Гоголь, Островский, Сухово-Кобылин, Л. Н. Толстой; их пьесы углубляют Комедия характеров и нередко соприкасаются с трагедией. Под воздействием просветительской, а затем Комедия критического реализма формируется русская реалистическая школа актёрского искусства (М. С. Щепкин, П. М. Садовский, С. В. Шумский и др.). Новые возможности Комедия (ослабление интриги, повышенный психологизм, более сложные характеры, интеллектуальные поединки) раскрываются в конце 19-начале 20 вв. (в «Комедия идей» Б. Шоу и «Комедия настроений» А. П. Чехова). В 20 в. Комедия отличается чрезвычайным разнообразием жанровых модификаций (в том числе социально-обличительные комедии Б. Нушича, Б. Брехта, Ш. О"Кейси), вплоть до трагикомедии (Л. Пиранделло, Ж. Ануй) и трагифарса (Э. Ионеско), а также многообразием театр, форм и приёмов выразительности.

Советская комедиография представлена многими жанровыми разновидностями. Продуктивен жанр социально-бытовой Комедия, сочетающей сатирические и драматические мотивы и наследующей образно-стилевой строй реалистической классики 19 в. (Б. С. Ромашов, М. М. Зощенко, А. Е. Корнейчук, Л. М. Леонов; позже - С. В. Михалков, А. Д. Салынский, Ю. Смуул и др.). Популярен жанр «весёлой», или лирической, Комедия, использующей водевильные приёмы; её образцами остаются «Квадратура круга» В. П. Катаева и «Чужой ребёнок» В. В. Шкваркина. В существенно ином, условно-гротескном стиле созданы «сценические карикатуры» В. В. Маяковского «Клоп» и «Баня». Для условно-гротескного комедийного стиля характерно нарушение бытовой достоверности, крайнее заострение комических ситуаций (эксцентризм) и образов (гипербола, пародия, буффонада), символические и фантастические элементы, обнажение условности и т.д. Ряд черт гротескного стиля сложился в сатирическом фарсе Н. Р. Эрдмана «Мандат», в пьесах М. А. Булгакова. Своеобразный театр комической аллегории и сатирического символа создали Комедия-сказки Е. Л. Шварца, включающие и светлую лирику (даже самые остросатирические Комедия: «Дракон» и «Голый король»). Многокрасочна струя комического в ряде пьес Н. Ф. Погодина (например, «Темп», «Аристократы» и др.); комическое в них переплетается с романтическим, а патетика облекается в юмор. Комическое начало в драме вообще весьма распространено в советской драматургии, в том числе, например, во многих пьесах В. С. Розова («В добрый час!», «В поисках радости», «Перед ужином»), А. М. Володина («Назначение»), Л. Г. Зорина. Героическую Комедия представляет «Давным-давно» А. Комедия Гладкова, социально-бытовую - пьесы А. В. Софронова.

Советская Комедия многонациональна; различные по жанру Комедия, получившие признание за пределами республик, созданы А. Е. Корнейчуком, И. Комедия Микитенко, В. П. Минко (Украина), Комедия Крапивой, А. Е. Макаёнком (Белоруссия), Ю. Смуулом (Эстония), А. Каххаром (Узбекистан), С. Рахманом (Азербайджан), М. Г. Бараташвили (Грузия), Д. Комедия Демирчяном (Армения) и др.



 
dinaltДата: Среда, 25.01.2012, 15:02 | Сообщение # 24

Добрый админ :)
Сообщений: 3147
Награды: 28
Репутация: 17
Статус: Offline
Мистерия

Мистерия, жанр западно-европейского религиозного театра эпохи позднего средневековья (14—16 вв.). Наибольшее развитие получил во Франции. Содержание Мистерия (театр.) составляли библейские сюжеты. Авторами произведений были церкровные служители, учёные-богословы, врачи, юристы. Сцены религиозного характера чередовались с интермедиями — вставными комедийно-бытовыми эпизодами. Представления Мистерия (театр.) организовывались городскими властями совместно с ремесленными цехами во время городских торжеств, обычно в ярмарочные дни, на площади. Несмотря на руководство со стороны патрицианских и церковных кругов, Мистерия (театр.) была массовым самодеятельным искусством. В ней постоянно сталкивались и сочетались религиозная мистика и житейский реализм, вносимый исполнителями (главным обризом любителями-горожанами), набожность и богохульство. Яркие образцы Мистерия (театр.) — «Мистерия страстей господних» Арнуля Гребана (середина 15 в.), «Мистерия об осаде Орлеана» (пост. после 1429). Усиление реалистических и комедийных элементов вызывало нападки духовных и светских властей, а в 16 в. запрещение представлений Мистерия (театр.) В 19 — 1-й половине 20 вв. Мистерия (театр.) иногда ставятся в Обераммергау (Германия), в Париже перед собором Нотр-Дам. Ироническое осмысление средневековых Мистерия (театр.) отличает спектакль «История о преславном воскресении Миколая из Вильковецка» (1962, «Театр народовы», Варшава).

Мистерия (театр.) с 10 в. существовала также в Иране, где входила в религиозный обряд шахсей-вахсей. От неё ведёт начало один из видов персидской трагедии — тазийе.



 
dinaltДата: Среда, 25.01.2012, 15:02 | Сообщение # 25

Добрый админ :)
Сообщений: 3147
Награды: 28
Репутация: 17
Статус: Offline
Водевиль

Водевиль (франц. vaudeville), лёгкая комедийная пьеса с песенками-куплетами и танцами. Родина Водевиль — Франция. Название происходит от долины р. Вир (Vau de Vire), где жил в 15 в. народный песенник О. Баслен. Вначале Водевиль называли песенки в ярмарочных комедиях 1-й половины 18 в. Как самостоятельны театральный жанр Водевиль сложился в годы Великой французской революции и вскоре получил общеевропейское распространение. Классики французского Водевиль — Э. Скриб, Э. Лабиш — сохранили многие черты Водевиль как «народного произведения французов» (А. И. Герцен): задорное веселье, злободневные намёки. В России Водевиль появился в начале 19 в., унаследовав от комической оперы 18 в. интерес к отечественным сюжетам. Раннее развитие Водевиль связано с именами А. И. Писарева, Н. И. Хмельницкого, А. С. Грибоедова, А. А. Шаховского. В конце 30—40-х гг. в русском Водевиль заметны демократические тенденции, сближение с реалистической комедией нравов под влиянием натуральной школы («Лев Гурыч Синичкин» Д. Т. Ленского, водевили Ф. А. Кони, Водевиль А. Соллогуба, П. А. Каратыгина, Н. А. Некрасова). В конце 19 в. одноактные пьесы А. П. Чехова продолжили традицию Водевиль (но без куплетов). В советское время шли на сцене водевили Водевиль П. Катаева, Водевиль Водевиль Шкваркина и др.

С Водевиль в значительной степени связаны развитие комедийного актёрского искусства 19 в., борьба против обветшавших традиций классицизма. Игра актёров в лучших образцах Водевиль отличалась естественностью, непосредственностью, импровизационной лёгкостью диалога, чувством юмора; она требовала от исполнителя музыкальности, умения петь и танцевать. Актёры Водевиль владели искусством внешнего перевоплощения, трансформации, играя по нескольку ролей в одной небольшой пьеске. Французские актёры — Водевиль Дежазе, Ш. Г. Потье, П. Т. Левассор, Э. Арналь и др., подлинные преемники синтетического искусства демократического театра 18 в., блестящие исполнители Водевиль, — внесли свой вклад в развитие песенной национальной культуры (например, Дежазе считалась лучшей исполнительницей песен П. Беранже). В русском театре в Водевиль выступали, наряду с такими яркими комедийными актёрами, как Н. О. Дюр, Водевиль Н. Асенкова, Н. Водевиль Самойлова, Водевиль И. Живокини, для которых лёгкий жанр был основой репертуара, крупнейшие актёры-реалисты — М. С. Щепкин, И. И. Сосницкий, А. Е. Мартынов, К. А. Варламов, Водевиль Н. Давыдов и др. Они внесли в исполнительскую культуру Водевиль психологическую тонкость и сатирическую остроту.

Советский театр воспитал режиссёров, верно чувствующих специфику Водевиль (Р. Н. Симонов, Н. П. Акимов и др.), и актёров, овладевших искусством исполнения Водевиль (Водевиль Я. Хенкин, П. Н. Поль, Ф. Н. Курихин, А. Д. Вениаминов, Н. И. Слонова, С. А. Мартинсон и др.).



 
dinaltДата: Среда, 25.01.2012, 15:03 | Сообщение # 26

Добрый админ :)
Сообщений: 3147
Награды: 28
Репутация: 17
Статус: Offline
Фарс

Фарс (франц. farce, от лат. farcio – начиняю: средневековые мистерии «начинялись» комедийными вставками),
1) вид народного театра и литературы, распространённый в 14–16 вв. в западно-европейских странах. Фарс (театр.) отличался комической, нередко сатирической направленностью, реалистической конкретностью, жизнерадостным вольнодумством. Герои Фарс (театр.) – горожане. Крестьяне всегда высмеивались, так же как и представители мелкого дворянства. Образы-маски (глупый муж, сварливая жена, тупой судья, врач-шарлатан, учёный-педант, мошенник и т.д.), лишённые индивидуального начала, представляли собой первую попытку создания социальных типов. Фарс (театр.) были насыщены буффонадой. Наибольшую известность получили французские Фарс (театр.) (15 в.) «Лохань», «Адвокат Патлен» и др. Традиции народного Фарс (театр.) оказали большое влияние на развитие демократического направления во франц. актёрском искусстве (фарсовые актёры 17 в. – Табарен, Гро-Гильом, Готье-Гаргиль, Тюрлюпен и др.), на творчество Мольера. Традиции итал. Фарс (театр.) стали основой комедии дель арте, англ. Фарс (театр.) нашёл претворение в комедиях У. Шекспира, исп. Фарс (театр.) – в одноактных пьесах Л. де Руэды, в интермедиях М. Сервантеса; нем. Фарс (театр.) (фастнахтшпиль) получил литературное воплощение в творчестве Г. Сакса. Фарс (театр.) частично был возрожден в конце 19 и в 20 вв. в сатирических пьесах А. Жарри, Б. Брехта. Приёмы фарсовой буффонады сохранились в цирковой клоунаде.
2) В 19–20 вв. жанр буржуазно-коммерческого театра, не связанный с народной традицией: бессодержательные, часто скабрёзные комедии, построенные на внешних комических приёмах.



 
dinaltДата: Среда, 25.01.2012, 15:03 | Сообщение # 27

Добрый админ :)
Сообщений: 3147
Награды: 28
Репутация: 17
Статус: Offline
Мелодрама (от мело... и драма),

1) жанр драматургии; пьеса с острой интригой, преувеличенной эмоциональностью, резким противопоставлением добра и зла, морально-поучительной тенденцией. Возник в конце 90-х гг. 18 в. во Франции, достигнув наибольшего расцвета в 30—40-е гг. 19 в. Лучшие образцы Мелодрама (пьесы Ж. Мелодрама Монвеля, Э. Сувестра, Ф. Пиа и др.) несли протест против социальной несправедливости, религиозного фанатизма, показывали нищету и бесправие народа. Но постепенно Мелодрама утратила демократическую, гуманистическую направленность, уступив место внешней занимательности и слащавой сентиментальности.

В России Мелодрама появилась с конца 20-х гг. 19 в. (пьесы Н. В. Кукольника, Н. А. Полевого и др.). В. Г. Белинский и Н. В. Гоголь резко критиковали произведения этого жанра за отрыв от насущных интересов русского общества, неправдоподобие характеров и положений. В советском театре и драматургии интерес к Мелодрама возник в первые годы после Великой Октябрьской социалистической революции. Мелодрама Горький и А. В. Луначарский выступали в защиту Мелодрама, по существу приравнивая её к социальной драме романтического стиля. Отдельные элементы Мелодрама характерны для творчества некоторых современных драматургов (А. Н. Арбузов, А. Д. Салынский и др.).

2) Музыкально-драматическое произведение, в котором монологи и диалоги действующих лиц сопровождаются музыкой, перемежающей их или звучащей одновременно с ними. Один из ранних образцов такой Мелодрама — лирическая сцена «Пигмалион» Ж. Ж. Руссо (1762). Ряд Мелодрама был написан чешским композитором 18 в. И. Бендой. Русскому композитору Е. И. Фомину принадлежит Мелодрама «Орфей» (1792).



 
dinaltДата: Среда, 25.01.2012, 15:03 | Сообщение # 28

Добрый админ :)
Сообщений: 3147
Награды: 28
Репутация: 17
Статус: Offline
Моралите

Моралите (франц. moralitе), назидательный жанр западно-европейского театра 15—16 вв. Возник во Франции (пьеса «Благоразумный и Неразумный», 1436). Известность получили также английское и голландское Моралите конца 15 в. «Каждый человек», швейцарское Моралите «Бедный человек», итальянское Моралите «Священное представление о душе». Основные действующие лица Моралите — аллегорические персонажи, олицетворяющие силы добра и зла, вступающие между собой в борьбу за душу человека. В Моралите так же, как в мистерии, проповедовалась христианская мораль, но в нём не было религиозных сюжетов. Моралите содержало элементы антифеодальной критики, в отдельных случаях — мотивы социальной сатиры. Историческое значение Моралите в утверждении принципа типизации, которая носила абстрактный характер, но передавала контуры различных человеческих страстей, в приближении к ситуациям и конфликтам реальной жизни. Моралите ставились на примитивных сценических подмостках типа балаганов, но в Париже, например, разыгрывались и на сцене «Бургундского отеля».



 
dinaltДата: Среда, 25.01.2012, 15:04 | Сообщение # 29

Добрый админ :)
Сообщений: 3147
Награды: 28
Репутация: 17
Статус: Offline
Миракль

Миракль (франц. miracle, от лат. miraculum — чудо), жанр средневековой религиозно-назидательной стихотворной драмы, сюжет которой основан на «чуде», совершаемом каким-либо святым или девой Марией. Миракль начал развиваться в 13 в. во Франции, получив распространение во всех странах Западной Европы в 14 в. В Миракль изображалось вмешательство «небесных сил» в судьбу человека, приводящее к торжеству добродетели и наказанию порока. Во Франции наиболее известные Миракль — «Игра о святом Николае» (1200) Жана Боделя и «Миракль о Теофиле» (около 1261) Рютбёфа. В Англии термин «Миракль» употреблялся также для обозначения мистерии. В Испании Миракль были близки средневековому ауто; особенно большое распространение получили здесь в 15—17 вв. Возрождение средневекового Миракль в конце 19 — начале 20 вв. было связано с увлечением религиозной тематикой в символистском театре и драматургии.



 
dinaltДата: Среда, 25.01.2012, 15:04 | Сообщение # 30

Добрый админ :)
Сообщений: 3147
Награды: 28
Репутация: 17
Статус: Offline
Руны

Руны, эпические народные песни у карелов, финнов, эстонцев. Использованы Э. Лёнротом в «Калевале». Возникли в глубокой древности, отразили отдельные стороны материальной и духовной культуры первобытнообщинного строя, пережитки матриархальных и патриархальных отношений. Генетически восходят к архаичным космогоническим мифам. Основные сюжеты связаны с образами эпических героев Вяйнямёйнена и Ильмаринена. Поэтика Руны (эпические нар. песни) характеризуется параллелизмом стихов, анафорами, лексическими повторами, постоянными эпитетами, сходством сюжетных коллизий. Ранние образцы Руны (эпические нар. песни) имеют диапазон квинты или кварты, состоят из двух периодически повторяющихся диатонических попевок, основные размеры 3/4 и 5/4. Структура стиха Руны (эпические нар. песни) определяется его силлабическим строем. Исполнение Руны (эпические нар. песни) преимущественно одноголосное (соло или поочерёдно двумя рунопевцами), иногда оно сопровождалось игрой на кантеле. Из Руны (эпические нар. песни) составлены эпосы «Калевала» и «Калевипоэг». Известными исполнителями Руны (эпические нар. песни) были карельские сказители Перттунены, финские сказители Ю. Кайнулайнен, Параске Ларин.



 
Форум » Школа писателей » Справочник » Жанры (Библиотека)
  • Страница 2 из 3
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • »
Поиск:

 

 

 
200
 

Какие книги вы читаете?
Всего ответов: 101
 





 
Поиск